дошагали до улицы Попова.
- Вот и прибыли, - сказал Глеб, нажимая на кнопку звонка.
На ступеньках лестницы, ведущей на веранду, показался невысокий полноватый человек с круглым лицом, на котором сияла широкая добрая улыбка.
- Глеб, дорогой, добрый день!
- Добрый, добрый, дорогой Эдуард! С Праздником! Друзья, представляю вам моего хозяина и друга - Эдуарда. Прошу любить и очень жаловать.
Эдуард открыл калитку и широким жестом пригласил всех на участок. По тропинке подошли к крыльцу и поднялись на застеклённую веранду. Удобно расположились на венских стульях.
- Я сейчас принесу щеночка, минуточку. - Эдуард снова улыбнулся и удалился в глубь дома.
Лена и Роман с любопытством осмотрелись. Посреди веранды стоял круглый стол, а вдоль стен расположились старинные, явно довоенные диваны.
- Где-то я всё это видел. Наверное, в кино, - задумчиво проговорил Роман.
- Да-да, знакомый антураж, - добавила Лена.
- Ну конечно! Эта обстановка один в один похожа на дачу доктора Иркутова из нашего детективного фильма "Дело No 306". Помню, смотрел его в пионерском лагере ещё в шестьдесят пятом году. Может, всё это и снимали здесь, в Кратово, - Глеб прошёлся по веранде, глядя в окна на кратовские сосны.
Из-за двери послышались торопливые звуки шагов Эдуарда и негромкое потявкивание.
- Какое очаровательное создание! - Леночка вскочила со стула. Она взяла щенка на руки, и он прижался к ней своим мягким тельцем.
- Нравится? - Эдуард лучился доброжелательностью.
- Очень! Спасибо большое. Расскажете, чем его нужно кормить?
- Да, конечно. Я тут вам подробную инструкцию приготовил, - Эдуард передал Лене несколько листов из школьной тетрадки в клетку, исписанных крупным разборчивым почерком.
Лена осторожно переложила щенка в переносную корзинку.
- А сыр ему можно?
- Можно, только немного и несолёный. Специи нюх у собак раздражают.
Лена достала из своей сумочки половину бутерброда с сыром, который не доела в кафе, и просунула сквозь прутья щенку. Тот смахнул сыр и благодарно завилял хвостом. Хлеб не тронул, видно, был не голодный. А сыр воспринял как негаданное лакомство.
С Эдуардом простились, как со старым знакомым. Он проводил молодых людей до калитки и даже помахал на прощание рукой. Обратный путь пролегал мимо того же кафе.
- Давайте отметим ваше приобретение. - Глеб вопросительно посмотрел на Лену. - Не возражаете? Всё-таки не часто такое случается, как покупка собаки.
Лена согласно кивнула. Роман также не возражал. В кафе Глеб повторил тёте Клаве свой утренний заказ, вернув ей те полтора рубля, которые получил от неё на сдачу. Опять расположились за столиком и с удовольствием отдали должное напитку. Щенок спокойно почивал в переноске, стоящей рядом со столиком.
- Глеб, вы, наверное, в вашем посёлке были знакомы с кем-то из большого начальства? - поинтересовалась Лена.
- Да, не без этого. У нас в соседях был дядя Костя Черненко. Тоже жил в таком же финском домике, как и мы. Его дочка дружила с моей сестрой. А у меня в друзьях был Алёша Крючков. Были мы с ним не разлей вода. Вместе в овраге курили сухую крапиву, тайком от дяди Володи катались на великах на сорок второй километр, покупали там на станции в бакалее соевые батончики "Рот Фронт". А однажды залезли в кусты за спортплощадкой и наткнулись на осиное гнездо. Так эти осы за пару минут превратили наши физиономии в воздушные шары. И бедная моя мама, которая работала в посёлке детским врачом, вылила на наши боевые шрамы целый пузырёк зелёнки!
- Вот как интересно получается: вы из такой семьи, а работаете грузчиком в магазине, - сказала Лена. - Вам не обидно?
- Тут всё дело в том, какой магазин, - отвечал Глеб. - У отца в цековском пайке подчас не было таких конфет, как у нас бывают. Шутка, конечно. Но я ещё в детстве понял, что карьера, тем более партийная или международная, не для меня. Мне и в магазине хорошо. Нас и в нём неплохо кормят. А что, вы меня осуждаете?
- Жизнь, с её взлётами и падениями, это волновая функция времени, - задумчиво сказала Лена. - И мы каждый день решаем уравнение: пойти на работу или остаться дома, встретиться с тем-то человеком или махнуть рукой, навестить родителей на выходные или посидеть с друзьями и расписать пулю.
- Вы любите преферанс? - удивлённо спросил Глеб.
- Люблю, - тряхнула белокурыми кудряшками Лена, - только расписывать не умею.
Все рассмеялись.
- И что же? Как вы предлагаете решать это уравнение? Ведь у вас есть какая-то идея?
- Я вот что думаю. Мы из своего прошлого помним не так уж много. Столько всего произошло с нами за всю жизнь, а остались в памяти отдельные яркие моменты. А я предлагаю заполнять эти пробелы как кому захочется.
- Как это? - воскликнули оба молодых человека.
- Очень просто. К примеру, двадцать пятого января прошлого года был пасмурный день. Вы же не помните, что было в этот день?
- Почему же, - оживился Глеб, - очень хорошо помню: я вышел из дому, поскользнулся на тротуаре и упал. Три дня потом лежал с растяжением.
- Значит, возьмите другой день, когда не помните, - не смутилась Лена. - Например, первое февраля.
- Допустим. И что дальше?
- А дальше вот что: вообразите, что в этот день вы вышли из дома, солнце выглянуло из-за тучи, запахло весной, и в этот момент вам улыбнулась незнакомая красивая девушка. Вы от неожиданности улыбнулись ей в ответ и сказали: "Какая прекрасная погода! Вы любите "Лакомку" за двадцать восемь?" Девушка ответила: "Люблю, но не в это время года". А вы ей: "Тогда позвольте в этот холодный прекрасный день угостить вас горячим кофе с пирожным "картошка". Я знаю прекрасное кафе за углом, там в это время бывает совсем мало народа". Она рассмеялась и приняла ваше предложение. Как вам такое решение прошедшего забытого дня?
Молодые люди помолчали, обдумывая. "Мне нравится", - подумал Роман.
- Мне нравится, - сказал Глеб. - Но это значит - нафантазировать, напридумывать то, чего никогда не было.
- Не было, так будет! - упрямо тряхнула головкой Леночка. - Лучше бежать по гребням волн, чем скатываться в депрессию вместе с тянущими вас на дно мутными потоками неприятностей. Помните, как у Грина? Его бегущая по волнам всегда меня волновала, простите за каламбур. А сам Грин бедствовал, ему
