думает и что намерен делать Амин. Драматичность этой ситуации заключалась и в том, что посол был в хороших отношениях с Гореловым, который тоже был «влюблен» в Амина. И вот друг или хороший знакомый посла везет, как говорят, на него «телегу». Такой водевиль в восточном стиле был сыгран Амином в Кабуле.
В течение летних и осенних месяцев 1979 года произошли еще некоторые события, которые заслуживают внимания. Пока я был в августе в отпуске, Б.С. Иванов поставил вопрос о том, что целесообразно группу спецназа «Зенит», которая занималась практически охранными функциями, вывести из Афганистана. А вместо «Зенита» и нескольких человек из группы «Альфа» прислать сводную офицерскую роту пограничников непосредственно для охраны и обороны посольства и других учреждении, которые находились на территории рядом с посольством. Как мне рассказывал Владимир Чучукин, когда этот вопрос Б.С. Иванов в августе обсуждал у посла и там присутствовал генерал армии Павловский, прибывший 18 августа, Павловский бросил жесткую реплику, что это провокация, что нельзя в посольство вводить какие-то воинские подразделения. По словам Чучукина, Б.С. Иванов не выдержал и тоже в довольно резкой форме сказал ему, что этот вопрос согласован с двумя членами Политбюро и надо это делать, так как обстановка требует постоянной охраны посольства вооруженными подразделениями. И надо сказать, что вскоре после моего возвращения из отпуска в посольство прибыла рота пограничных войск, которая состояла из офицеров и прапорщиков. Командовал этой ротой майор Чемерзин. Разместили их, как и предыдущую группу «Зенит», в школе. Они привели в порядок подсобные помещения, сделали себе столовую, потом начали строить баньку. С ними были четыре служебных собаки. Пересмотрели план обороны. Эти люди квалифицированно подходили к решению тех задач, которые были перед ними поста влены.
Федор Яковлев
В Кабуле появляется спецназ[12]
Федор Яковлев
В 1979 году — сотрудник группы «Зенит-1»
Поводом для направления группы спецназа (ГСН) КГБ в Афганистан стала гибель трех советских специалистов во время мятежа в Герате 15 марта 1979 года. Президенту Афганистана Нур Мухаммеду Тараки в очередной просьбе о вводе советских войск в Афганистан руководство СССР отказало, но с учетом нестабильной ситуации в стране и во избежание в ходе очередных беспорядков гибели советских специалистов, которых в Афганистане и в Кабуле, и по провинциям было много, в том числе с семьями, решило отправить в Афганистан небольшую мобильную ГСН, которая при возникновении кризисных ситуаций, сопряженных с угрозой для жизни советских дипломатов и специалистов, могла бы в течение считанных часов предпринять экстренные меры по их спасению в любой точке Афганистана.
Выбор пал на спецрезерв КГБ — сотрудников с опытом агентурной работы, владеющих как минимум одним иностранным языком и прошедших разведывательно-диверсионную подготовку на Курсах усовершенствования офицерского состава (КУОС). Спецрезервист был не только хорошо подготовлен физически, но и умел практически все: стрелять из стрелкового оружия любых систем, прыгать с парашютом, ориентироваться на местности, работать с различными типами мин, а при необходимости и самостоятельно изготавливать взрывные устройства. Он также знал азбуку Морзе, мог работать ключом на радиостанциях разных типов, владел приемами рукопашного боя, был готов работать как в составе группы, так и в индивидуальном режиме. Плюс профессиональное умение работать с людьми, анализировать ситуацию, принимать взвешенные решения и держать язык за зубами, что в той обстановке было далеко не последним фактором. Так что выбор был вполне обоснованным, к тому же спецре-зерв был в ведении 8 отдела Управления «С» (нелегальная разведка) Первого Главного управления (внешняя разведка) КГБ СССР, что обеспечивало дополнительную секретность появления ГСН КГБ в Афганистане.
Основой первого состава ГСН «Зенит» в количестве 38 человек было решено сделать выпускников КУОС 1979 года, которые как раз проходили обучение по семимесячной программе (с января по июль) и к этому времени не только фактически завершали курс специальной подготовки, но и находились на пике своей физической и морально-психологической формы. С учетом того, что в состав группы включили специально вызванных куосовцев из предыдущих выпусков со знанием фарси (дари) и несколько преподавателей, а на КУОСе проходили подготовку около 60 человек, то можно себе представить насколько жестким был отбор, если в группу включили только одного из трех выпускников!
Финальная стадия процедуры отбора проходила предельно просто — сначала руководство КУОС провело для отобранных общее собрание, на котором рассказало об оказанной высокой чести выполнить ответственное правительственное поручение, но при этом конкретная страна и задачи не озвучивались. Затем каждого индивидуально приглашали в кабинет начальника КУОС полковника Григория Ивановича Бояринова, где находились еще два представителя из Управления «С». Диалог с каждым кандидатом происходил примерно одинаково:
— Вы готовы к выполнению ответственного правительственного задания за пределами нашего государства?
— Да, конечно.
— Вы осознаете крайнюю опасность задания, необходимость жертвовать собой ради других, и то, что многие из вас из этой командировки могут не вернуться?
— Да, конечно.
— Следовательно, вы принимаете решение о своей готовности к выполнению порученного задания осознанно, с учетом всех обстоятельств и возможных негативных последствий для себя лично?
— Да, конечно.
— Вы свободны.
После окончания процедуры «собеседования», если его, конечно, можно таковым назвать, снова собрали всех вместе, сообщили о решении Политбюро ЦК КПСС направить в Афганистан на два месяца ГСН КГБ и уведомили, что руководителем ГСН назначен Бояринов, его заместителями Василий Степанович Глотов из Управления «С» и преподаватель физподготовки КУОС Александр Иванович Долматов.
Естественно, что уведомление о своем предполагаемом невозвращении было воспринято куосовцами без энтузиазма, но и особых переживаний по этому поводу тоже не было, поскольку на курсах много внимания уделялось не только специальной, но и психологической подготовке, поэтому куосов-цы были готовы выполнить любое задание в интересах своей Родины в любой точке земного шара и были уверены в своих возможностях. Это абсолютно не означает, что им промывали мозги, готовя бездумных и на все согласных роботов. Наоборот, на КУОС учили принимать решения обдуманно и осознанно, но куосовцы действительно были патриотами своей великой Родины и готовы были ее защитить даже ценой собственной жизни, как бы высокопарно это ни звучало.
Хотя, в отличие от других учебных заведений СССР, в том числе в системе КГБ, на КУОС марксистско-ленинская подготовка… полностью отсутствовала. Правда, в феврале во время парашютно-десантной подготовки на базе Тульской дивизии ВДВ куосовцам читали порядка 10 «лекций» о положении в международном рабочем движении, но читались они перед обедом и после очень интенсивных двухчасовых занятий по физподготовке, поэтому естественно, что большинство слушателей, к тому же попав с
