тёрке.
Соединяем с растопленным маслом, сахаром, кокосовым молоком. Перемешиваем на совесть, солим (очень в меру), снова перемешиваем.
Теперь сложный этап. Обдаём кипятком листья кукурузы. Что значит «выкинули»? Я же говорил, что они пригодятся! Доставай.
Итак, обдаём листья кипятком. Сворачиваем из них этакие кульки размером с половину початка примерно. Снизу и посередине перевязываем бечёвкой.
Вливаем кашу. Постарайтесь, чтобы кулёк не протекал. Затем внутрь втыкаем ломтик сыра (в нашем случае). Или кусочек шоколада, например.
Памонья поощряет творческий подход. Перевязываем кулёк сверху. Опускаем в кипящую воду на 40 минут. Достаём, снимаем листья (вот теперь их можно выкидывать).
Если всё сделано правильно, памонья затвердеет, а внутри нас будет поджидать расплавленный сыр или шоколад!
Ливан
– А на первом этаже, дорогая, я намерен установить 3–4 десятка манекенов, которые будут двигаться по моей прихоти.
Представляете, чтобы кто-нибудь так описывал дом своей мечты будущей супруге? Обрисовывал, так сказать, перспективы семейной жизни. А ведь описывал. И обрисовывал. И построил, в конце концов. Человека этого звали Муса, воздвигнутое им сооружение по-прежнему высится в живописной местности недалеко от Бейрута.
Самый странный дом, который я видел в жизни. В комплекте с захватывающей историей любви и мести.
В первой половине прошлого века в бедной ливанской семье появился на свет мальчик по имени Муса. Уверен, его рождение сопровождалось яркими знамениями. Лики в облаках, падёж домашнего скота, какие-нибудь указания на то, что в мир явилась персона чрезвычайная.
В ранней юности Муса влюбился в одноклассницу, которая как раз была из богатеев. Это любовь. Девица, видать, сызмальства отличалась практичным взглядом на вещи.
– Сначала покажи мне свой за́мок, – заявила она.
– Я построю замок для тебя, – воскликнул юнец.
Дело происходило в школе, учителю надоели эти разговоры про замки в разгар алгебры, и он выпорол сорванца. Так зародилась месть. Муса вырос, выучился на строителя и отгрохал себе, натурально, замок. Потом, как водится, позвал на новоселье бывшую возлюбленную и скептика учителя, чтобы насладиться торжеством. Поставить кое-кому на вид былые заблуждения. Представляете, как ему было приятно? Впрочем, это далеко не вся история. Ну, подумаешь, замок людоеда. Во времена оного на Рублёво-Успенском шоссе строили крепости похлеще.
Муса пошёл куда дальше и населил замок персонами, которые так или иначе повлияли на его жизнь. Вернее – манекенами, изображающими оных. В натуральную величину, некоторые в оригинальной одежде, так сказать, прототипов. Часть кукол электрифицирована и может выполнять определённые действия. Например, в доме имеется классная комната, где сидят ученики (все в натуральную величину). А упомянутый учитель при нажатии кнопки порет кукольную копию Мусы.
Если вы считаете, что это звучит странно, то представьте, как странно это выглядит. Манекенов в доме немало, полагаю, сотни полторы. Можно сказать, замок – их обитель. Вообразите: анфилада, заполненная безгласными фигурами. Тихонько жужжат моторчики. Кто-то как бы печёт хлеб, кто-то играет в нарды. Натурально, дом с привидениями. Посреди пандемониума разгуливают туристы (наследники Мусы превратили замок в аттракцион).
Помимо кукол, жилище украшают старинные предметы обихода, разное искусство, коллекция оружия. Ну как «коллекция»… Муса, похоже, удержу не знал ни в чём. В доме сотни ружей, пистолетов, пулемётов – можно экипировать небольшую армию.
Полагаю, в своей эксцентричности Муса встал на одну ступень со знаменитыми психованными британскими лордами прошлого. Великими эксцентриками, которыми гордятся потомки!
В замке подают кофе, а к нему – десерт «намура». Можно сказать, оплот порядка среди царства хаоса. Почему «порядка»? В состав входит манная крупа, а что может быть нормальней манки?
«Намура»
Готовится час с небольшим.
Итак, потребуется:
• Манная крупа – 2 стакана;
• Нежирный йогурт – 1/3 стакана;
• Сахар – 1 стакан;
• Сливочное масло – 4 столовые ложки;
• Тахини (паста из кунжута) – 2 столовые ложки;
• Орехи (миндаль, фисташки, кешью) – полстакана;
• Сахарный сироп – 1,5 стакана.
Смешиваем в миске крупу, сахар, масло, йогурт.
Форму для выпекания смазываем тахини.
Вливаем смесь, посыпаем орехами.
Выпекаем в духовке при температуре 180 градусов до золотистого цвета.
Поливаем сахарным сиропом. Режем на квадраты или ромбы. Остужаем и подаём!
Латвия, замок Цессис
Ошеломить! Это от слова «шлем»! Ну конечно же!
Этимологическое озарение настигло меня, когда в шлем (типа «бацинет») звонко ударил меч (типа «бастард») и слегка меня ошеломил.
– Извини, – пророкотал мой обидчик Кростопс из-под забрала, но мне показалось, что он ни о чём не жалеет. Шлем, подшлемник, кольчуга, поддоспешник, латные рукавицы, романский меч, треугольный бугортный щит почти лишили меня мобильности. И я ведь сам позволил напялить на себя средневековую экипировку!
Латвия, замок Цессис. Снимаем забавный (по задумке) эпизод о кухне тёмных веков. Молодой интеллигентный экскурсовод Кростопс в майке с надписью «No rage[22]» рассказывает, как во времена оных в огромных каминах замка крутились вертела с бараньими тушами, кухари фаршировали курицу перловкой, изюмом и абрикосами, а дорогие редкие огурцы подавали дамам на десерт вместе с дынями.
«Небольшой поединок в доспехах для колорита!» – звучало довольно невинно. Кто же знал, что, облачившись в железо, Кростопс (деятельный участник клуба исторического фехтования) буквально преобразится! И теперь он хищно кружит, выискивая прорехи в моей обороне. Это несложно. Моих сил едва хватает, чтобы не свалиться под весом кольчуги и прочего обмундирования. Бам! Снова удар по шлему. «No rage»… Оно и видно.
Глаза заливает пот, сердце бьётся прямо о кольчугу, проклятущий Кростопс не даёт ни роздыху, ни сроку. Странно, мы же, вроде, снимаем кулинарную передачу!
Наконец ноги мои подкосились, и ваш славный рыцарь грянул оземь.
«Тут войско Оркнейское обратилось в бегство, испуганное смертью короля Лота, и были они захвачены и перебиты, все воины до единого», – Т. Мэлори, «Смерть короля Артура».
– Сэр Кристоп, – взмолился я. – Пощади, ибо, как сказано у сэра Мэлори, рыцарь, не ведающий милосердия, – недостойный рыцарь. Возьми мой меч, моего коня, оставь мне только рубашку.
Жестокий сэр Кристоп
