Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 52
Большее значение, чем «холодная земля», на которую опирается солдатский зад, могут иметь холодные – в переносном значении – ноги. Холодные ноги – это всегда олицетворение скрытого страха, в данном случае – страха перед старшими по званию и всей мощной военной машиной. У солдат нет шанса избавиться от давления, и все оно опускается вниз[59]. Типичный прусский солдат, вымуштрованный и покорный до предела, при виде командира щелкающий каблуками и сжимающий ягодицы (чтобы, упаси господь, наружу не выскользнули истинные чувства), – вот прототип типичного больного геморроем.
Обращает на себя внимание частота заболеваемости геморроем в совсем другой среде и при совершенно иных обстоятельствах – у молодых девушек, первый раз оказавшихся в дзен-монастыре. Параллель между двумя этими ситуациями заключается в подавляющем, требующем абсолютной дисциплины авторитете, которому подчинены обе группы. Солдаты в армии не могут защищаться. Монахини сами не хотят этого, поскольку пришли в монастырь подчиняться авторитету. Им предписывается не действовать активно и учиться не настаивать на своем, а искать решение проблем в классической практике сидячей медитации. При этом может активизироваться тот или иной неосознанный узел, и если с ним не проводится работа, он опускается вниз. Однако с помощью той же техники медитации со временем все такие узлы могут быть развязаны. Молодые мужчины после окончания срочной службы обычно находят другие способы «выпускать пар» – возможно, не слишком элегантные (по сравнению с медитацией), но все же действенные, и нужда в узлах в области заднего прохода отпадает.
При геморрое основа болезненной ситуации – это подавление со стороны внешнего авторитета. Оно может вызывать неосознанное неприятие и даже ненависть, но при этом авторитет кажется настолько непререкаемым, что прямое противодействие ему немыслимо. Остается только обходной путь через заднюю дверь. Но даже этого больной не может себе позволить и вытесняет протест в область бессознательного. Чувство бессильного страха при этом настолько велико, что он не решается выпустить пар в виде газов. Напротив, он старается сдержать предательские газы и наглухо замуровать задний проход, усиливая нормальные перекрывающие механизмы возведением дополнительных баррикад.
Но снижение давления и избавление от него дается больному тяжело, тяжело до крови, ведь в этой области заключена вторая причина его проблем. Страх и, следовательно, стесненность препятствуют избавлению, в чем больной убеждается во время мучительных актов дефекации. Часто болезнь сопровождается запором, и многие медики даже считают его «причиной» геморроя. На самом же деле это только звено в цепи, следствие «неспособности выпускать». Узлы, как пробка, закрывают выход. При внутреннем геморрое в болезненный процесс вовлечен естественный перекрывающий механизм, который явно перевыполняет свою задачу. Но и внешние узлы весьма эффективно запирают выход из организма.
Несмотря на возведенные перед выходом баррикады, больной все же время от времени должен выпускать что-то из своего организма. Сильнейшие боли говорят о том, насколько это сложно. Характер стула такого больного показывает, что сам пациент очень сильно держится за то, что отдает. Если калу все же удается преодолеть узлы, к нему часто примешивается кровь. Пусть при этом кровоточит не сердце, а заднее место, но, в конце концов, вся кровь поступает от сердца. Запорами чаще всего страдают люди, которым особенно по сердцу материальные ценности (как мы знаем, на уровне тела символом денег является кал). По аналогии с выражением «кровавые деньги» можно говорить и о «кровавом стуле». «Кровавые деньги» человек получает, переступив через чье-то право на жизнь; «кровавый стул» – это знак того, что совершается преступление против собственных прав. Заставить кого-то «заплатить кровью» – значит лишить его и жизни, и материальной базы для нее; а заставить себя истекать кровью – значит выбить материальную почву у себя из-под ног.
Еще отчетливее эта тематика прослеживается на хронической стадии, когда кровь в узлах сворачивается. Поток жизни (= жизненные силы) не только застревает в узлах, но человек еще и сидит на нем.
Предпосылки для развития геморроя скрываются за слабостью соединительной ткани, склонностью к варикозному расширению вен и образованию тромбозов[60]. В этой ситуации болезненной проблемой может быть осознание собственной закоснелости и черствости. Человек с готовностью отрывает весь поток своих жизненных сил от сердца, однако этот поток не течет в положенном направлении, а оказывается на самой окраине мира, в прямом смысле слова – в заднице.
Типичный «конфликт власти», при котором человек покорно сносит давление, оказываемое на него со стороны, сужает и стесняет поток его жизни, что в первую очередь проявляется в сужении сосудов и соответствующем повышении артериального давления. Если же природа внешнего давления такова, что от него действительно невозможно ускользнуть и его нельзя уменьшить (поскольку его оказывают исподволь или его источник обладает слишком большим могуществом), приходится искать освобождения «окольным путем», сзади – выпуская газы. Если же для человека неприемлем такой «сомнительный» путь, он становится потенциальной жертвой геморроя, ведь даже самый нижний уровень его организма заперт наглухо.
Свободный уровень этого симптома виден в истечении крови при геморрое. Узел разрывается; хирург, проводя операцию, идет по следам Александра Великого, разрубившего гордиев узел одним ударом. Разрез скальпелем приносит освобождение застоявшейся жизненной энергии и снова приводит систему в движение. Консервативные методы лечения тоже ведут к прорыву: искусственно вызывается понос или же очень мягкий стул, что облегчает процесс отдачи и выделения. Все прочие традиционные методы: ванны, постановка свечей – также привлекают необходимое внимание к этому «презираемому» месту. В конечном итоге речь идет о том, чтобы выпрямиться, встать и снизить этим давление. Или же можно совершенно осознанно остаться сидеть, подобно дзен-монаху, готовому решать проблемы на духовном уровне. Если бы такой монах захотел встать и направить стоящую на месте энергию на движение и физическую борьбу, он выбрал бы один из типичных видов восточных единоборств, например, айкидо. Реализация энергии борьбы скрытно, исподволь характерна для восточных единоборств, в которых почти никогда не применяется прямое нападение, а используется энергия соперника для борьбы с ним же. Побеждать оружием противника – это хорошо известный принцип. Именно к такому использованию энергии геморрой принуждает своего владельца. Даже при силовой борьбе ниже пояса, как показывают восточные единоборства, существуют честные правила.
Рак слишком сложное явление, чтобы рассматривать его только применительно к конкретному органу. Способность злокачественного новообразования распространяться по всему телу указывает на то, что речь идет о заболевании организма в целом. В конечном итоге рак, этот кошмар нашей эпохи, характеризует и общество в целом. Хотя вряд ли найдется культура, которой рак был бы незнаком, – его обнаруживают даже в мумиях инков, возраст которых более пятисот лет. Но именно в современных промышленно развитых странах он чрезвычайно быстро завоевывает позиции. В древнекитайских научных трактатах упоминания о раке встречались чрезвычайно редко, хотя средняя продолжительность жизни в Древнем Китае была очень велика – столетний возраст там никого не удивлял. Это опровергает утверждения о том, что заболеваемость раком в промышленно развитых странах выше из-за большей продолжительности жизни в них по сравнению с другими регионами. Известно, что индейцы – коренные жители Америки – до завоевания континента европейцами жили дольше, чем в более поздние «цивилизованные» времена. Но если аборигены до соприкосновения с европейской культурой были едва знакомы с раком, то после «открытия Америки» стали вполне соответствовать тенденции нового времени.
Из всех болезней именно рак внушает нам наибольший ужас. Мы называем его злокачественным. Даже инфаркт миокарда, уносящий намного больше жизней и сопровождающийся запредельной болью, не производит такого пугающего впечатления. Объяснить это можно только тем, что рак взаимодействует с темой, лежащей глубоко в тени нашего сознания.
Ни одна другая болезнь не показывает взаимосвязь между телом, душой, духом и обществом более наглядно и откровенно. Неважно, рассматриваем ли мы рак на уровне клетки, структуры личности или общественной ситуации – всюду обнаруживаются аналогичные образцы.
Раковые клетки отличаются беспорядочным, хаотичным ростом. У отдельной клетки разрастается слишком большое ядро. В переносном смысле ядро, содержащее всю информацию о строении и жизнедеятельности клетки, можно рассматривать как голову целого организма под названием «клетка». Это «преобладание головы» над прочими частями организма является типичным критерием диагностики рака.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 52
