Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 142
Выслушав доклад, Фрол (а это, разумеется, был именно он) некоторое время сидел молча, в задумчивости барабаня пальцами по столу. Когда он во время набега крымского хана Девлет-Гирея на Москву сумел уничтожить начальника турецкой разведки, Буслам-пашу, лично руководившего всеми действиями хана, то в руки особника попал и весь секретный архив паши. Тогда особникам Лесного стана, действовавшим совместно с незабвенным воеводой русского войска, князем Михайлой Воротынским, благодаря этим документам удалось разоблачить и покарать множество вражеских агентов в русском стане.
Однако не все оказалось так просто. Самая важная часть архива оказалась зашифрованной. Ключ от шифра Буслам-паша унес собой в могилу. Понадобились годы, чтобы криптографы Лесного Стана смогли расшифровать записи паши. Как и предполагало руководство особой сотни, их старание и терпение не были потрачены понапрасну. Они получили ценнейшие сведения не только о внутренней, но и о внешней резидентуре турок, нацеленной на подрывную работу против государства Российского. Часть сведений были реализованы лешими совместно с внешней разведкой Посольского приказа. Тем не менее, кое-что из расшифрованного долго оставалось загадкой.
Особенный интерес вызывала собственноручная пометка Буслам-паши напротив записи о некоем английском мастере: «Использовать только в важнейшем случае для убийства русского царя или большого воеводы». Сведения о мастере даже в шифрованном секретном документе были настолько скупы, что разыскать его и призвать к ответу было почти нереально. Тем не менее, стало очевидно, что этот ценнейший кадр турецкой разведки представляет собой весьма серьезную потенциальную угрозу, особенно в кризисной ситуации. Руководство Лесного Стана решило направить для нейтрализации опаснейшего скрытого врага своего агента. Разработку операции поручили Фролу, и тот решил внедрить в старую добрую Англию бойца особой сотни Катерину под видом вернувшейся из заморских колоний любимой подруги леди Джоаны.
И вот та самая Катька, она же мисс Мэри, сидит перед своим начальником и докладывает о выполнении задания.
– Как мы с тобой решили неделю назад, здесь, на озере, – продолжала Катька, – мистера Смита следует вначале допросить, и лишь потом – уничтожить. Я намеревалась встретить и взять его за жабры на постоялом дворе. Но тут, как на грех, появился небезызвестный тебе маркиз Генрих фон Гауфт, собственной персоной. В общем, он меня опередил и обыграл.
Катька досадливо пристукнула кулаком по переборке. Фрол лишь качнул головой: дескать, в разведке всегда так – кто кого опередит хоть на шаг, тот и выиграл.
– Пришлось на ходу менять план и тащиться с ними в лагерь королевского войска, – Катька, разумеется, совладала с эмоциями, и голос ее вновь зазвучал ровно.
– Молодец, что смогла навязать маркизу свою персону. Это – высокий класс! – вполне заслуженно похвалил подчиненную Фрол.
– В лагере от контактов с мастером, я, разумеется, была отстранена, – Катька не подала виду, что похвала такого профессионала, как Фрол, явилась для нее дорогой наградой. – Но мне удалось организовать почти непрерывное наблюдение за его шатром. Итоги наблюдения следующие. Во-первых, сама палатка была небольшого размера. Во-вторых, в нее не вносили никаких громоздких предметов. То есть мастер не мог изготавливать, собирать, или налаживать какую-либо мощную тяжелую машину типа дальнобойного орудия. В-третьих, хотя маркиз фон Гауфт в моем присутствии явно торопил мастера с выполнением заказа, в палатке никогда не зажигали огня и вечером все работы прекращались до следующего утра. Вероятно, он работал с порохом или горючей жидкостью. Вот и все, что я могу доложить.
– Это очень важная информация, – раздумчиво произнес Фрол. – Давай подытожим, что мы имеем в остатке. Итак, в лагерь королевского войска под Псковом направляется английский мастер, на которого Буслам-паша возлагал миссию по уничтожению русского царя или большого воеводы. Очевидно, сюда его вызвал ни кто иной, как наш общий друг маркиз Генрих фон Гауфт – один из любимых учеников покойного Буслам-паши. Очевидно также, что объект его диверсии – псковский воевода князь Иван Петрович Шуйский. Согласна?
Катька кивнула.
– Теперь давай попытаемся определить способ, которым они собираются уничтожить нашего воеводу, – бесстрастно продолжил Фрол. – История убийства монархов и полководцев насчитывает много веков. Два наиболее распространенных метода – клинок и яд. Но чтобы воспользоваться одним из них, необходимо приблизиться к объекту вплотную. Поэтому убийцами обычно бывают подкупленные или запуганные люди из ближнего круга – из свиты или охраны. Причем тут английский часовщик?
– Может быть, он должен изготовить некий кинжал, замаскированный под обычный предмет, или, например, перстень со скрытым ядовитым шипом, которым они собираются снабдить убийцу? – неуверенно предположила Катька.
– Да, наверняка речь идет о каком-то хитроумном устройстве, – согласился Фрол. – Но ты правильно заметила, что он, скорее всего, работал с порохом или зажигательной смесью. Значит, это все-таки не холодное оружие и не яд.
– Убийство из огнестрельного орудия? – воскликнула Катька. – Это, действительно, новое слово в технике убийства высокопоставленных персон!
– Да не такое уж новое! – усмехнулся Фрол. – Несколько лет тому назад во Франции по приказу ихнего тогдашнего короля, Карла Девятого, было совершено покушение на предводителя гугенотов – адмирала Колиньи. Убийца засел в доме на улице в Париже, по которой должен был пройти адмирал, и выстрелил в него из аркебузы. Но выпущенная стрелком пуля всего лишь ранила адмирала.
– Ты хочешь сказать, что в князя Шуйского будут стрелять из сверхдальнобойного ружья? – в голосе Катьки звучало явное сомнение.
– Вряд ли. Даже если этот мастер изобрел какое-то ружье, способное послать пулю на недосягаемую доселе дистанцию, нет никакой гарантии, что выстрел достигнет цели. В того же адмирала Колиньи в Париже стреляли с нормального прицельного расстояния, и не убили. Нет, тут не ружье, а что-то другое!
– Что же другое? – пожала плечами Катька. – Бомба?
– А что? – воскликнул Фрол. – Пожалуй, это как раз бомба! Понятно, что не обычная ручная граната, с фитилем, а замаскированная под некий предмет. И запал у нее должен быть механический, кремниевый, как у наших гранат!
– Действительно, – согласно кивнула Катька. – Такое устройство хорошо согласуется со всей нашей информацией: часовых дел мастер, работающий с порохом! Надо же! Подкладывание бомбы – это абсолютно новое слово в технике покушений!
– Если наша с тобой догадка правильная, то главный вопрос в том, кто именно подложит эту бомбу! Личная охрана князя Шуйского не подпустит к нему чужого человека и на пушечный выстрел! А после начала осады Разик усилил эту охрану нашими бойцами.
– Наши тоже охраняют князя? – почему-то помрачнев, севшим голосом переспросила Катька.
– Да, – подтвердил Фрол. – Наша парная смена всегда дежурит при воеводе… А позволь спросить: ты по что вдруг нахмурилась, соратница?
– Мелькнуло у меня предчувствие нехорошее, – медленно, подбирая слова, вымолвила Катька. – Ведомо ли тебе, что Михась сейчас в плену вражеском?
– В плену?! – радостно вскричал Фрол, нарушив свою обычную невозмутимость. – Ну, слава богу! А то мы опасались, что он погиб! Что ж ты, злодейка, сразу мне не сообщила радостную весть?
– Я докладывала о выполнении задания, – отрезала Катька. – И потом, я думала: вдруг ты знаешь? Или вообще сам его туда послал?
– Нет, о пленении Михася мне было неведомо. Но, как ни удивительно, ты почти права: я знал, что королевские гусары – главные наши противники во время конных вылазок, последнюю неделю перед штурмом начали почему-то активную охоту именно за Михасем! Я даже посоветовал ему, чтобы, если, упаси Бог, он вдруг попадет в плен, то не дергался бы оттуда бежать, а разузнал вначале: чего им, собственно, от него надобно?
Фрол сделал паузу и в упор требовательно взглянул на Катьку:
– Ну, я тебе все рассказал! А теперь ты выкладывай свои предчувствия!
Девушка кивнула, помолчала, собираясь с мыслями и еще раз взвешивая все то, что она собиралась сейчас доложить.
– Как тебе хорошо известно, Фрол, мир чрезвычайно тесен. Так вот, прибыв из-за трех морей в лагерь королевского войска, я столкнулась нос к носу не только с родным братцем, но и еще с одной знакомой! Правда, ни тот, ни другая, меня не узнали. Михась был без сознания, а знакомая хотя и пребывала в полном здравии, но вот во время той нашей давней встречи она как раз-то и была не в себе, поскольку у меня на глазах сверзлась с коня на всем скаку, причем башкой оземь. Мы тогда, во время набега Девлет-Гирея, эвакуировались из горящей Москвы и взяли сию разбившуюся девицу в свою карету.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 142
