гокудо. Это не талант и не проклятие, просто ты такой. Я подумал об этом, когда ты чуть не отрезал себе палец, а когда Ягами принес мне деньги, которые вы собрали со школы, я укрепился в своем мнении о тебе. Ты хладнокровен и дисциплинирован, безжалостен и верен. Лучше солдата борёкудан не мог бы получить.
— Никогда не мечтал к вам примкнуть, — признался я.
— Я этого и не прошу, но это твой путь, даже кои не может плыть против течения вечно.
— А как же Ягами?
— У него нет возможности ответить отказом, он лишен этой роскоши. Как и ты он участвовал в драке в «Фениксе», его обнаружили в двух шагах от трупа Комори. Он будет отбывать наказание в Габутай, и это ещё одна причина, почему я здесь. Не хочу оставлять сына без поддержки, в лагере бывает… жестко.
Я задумчиво посмотрел в окно.
— Ты уже решил, не нужно растягивать, — произнес Дайго, поглядывая на часы. — Осталось только озвучить.
— Я согласен, — кивнул я. — Габутай.
— Я не сомневался ни на секунду. Оттуда ты выйдешь чистым, как стеклышко, ни криминальной истории, ни проблем с законом. Будешь волен делать, что заблагорассудиться. Но мы-то с тобой знаем, что наши дороги связаны, не так ли?
— Думаете, что я вступлю в клан?
Он поднялся со стула и пошел к выходу. У двери остановился, чтобы ответить.
— Ты знаешь мое прозвище, которое дали на улицах?
— Что-то слышал… — напрягся я, пытаясь вспомнить. — Зверь Кабуки-Тё.
— Каменный зверь Кабуки-Тё… — повторил он. — Особое имя получают лишь избранные, те, кто стал легендой на улицах. Я заслужил его, когда мне было 19 лет. Я был самым молодым членом клана, кто получил прозвище. Но ты меня переплюнул, даже не вступив в клан, ты умудрился получить неофициальный титул. Хочешь знать, как мои парни тебя называют?
Я не ответил, но он все равно сказал.
— Маленький Они, — ответил Ягами-сан.
— Мне не нравится, — отозвался я.
— Передам им, что Они не нравится, когда его считают маленьким. Зато тебе не придется выбирать иредзуми, — усмехнулся он. — Ах да, чуть не забыл…
Он бросил мне на кровать ключ от наручников и вышел не попрощавшись.
* * *
Холодный бледный свет окрасил коридор больницы. Пять утра. На плече у меня висела сумка.
Прошел почти месяц моего пребывания здесь. Швы сняли, рана почти полностью затянулась.
Я стоял у двери палаты, что располагалась в соседнем крыле. За все время я ни разу сюда не заходил. Но больше тянуть было нельзя — Ягами должен был подойти с минуты на минуту. А после этого мы отправимся в Габутай.
Это была палата Асами.
После двух операций, она находилась на реабилитации в той же клинике, но я не мог найти в себе сил, чтобы навестить её хоть раз.
Я тихо отодвинул дверь и бесшумно вошел. Она лежала спиной ко мне, едва прикрывшись одеялом.
— Ты пришел меня убить? — спросила Миса, едва я переступил порог. — Передумал?
Черт, надо же… Я думал, что она спит.
— Нет, — ответил я, прошел по палате и встал у окна.
Не похоже, что она спала, следов сна на лице не было.
За тот период, что мы не виделись, она ещё похудела. Остались только глаза, что казались теперь ещё больше. Да и волосы немного отрасли, или это потому что я привык видеть их расчесанными, а не как сейчас.
— Тогда зачем? — поинтересовалась она.
Я помедлил с ответом. Скинул сумку на пол, приблизился к ней, она не пошевелилась. Я сел рядом с кроватью на корточки.
— Я хотел узнать, почему ты не рассказала ничего полиции.
— А что я могла рассказать? Что ты серийный убийца из другого мира? — ответила она монотонно. — Кто бы мне поверил?
— Миса-чан, ты знаешь о чем я. Каори, Баку, Сато… прочие…
— Я боялась, что ты придешь за мной.
— Не ври. Если бы ты боялась, то в первую очередь рассказала бы все, что знаешь.
Она перевернулась на спину и подложила под руку подушку.
— Икари… Ты и правда такой, как говорил? Бесчувственная тварь, которая только и думает о пропитании?
Я не ответил, продолжая буравить её взглядом.
— Хочешь, чтобы я рассказала, почему не сдала тебя?
Миса закатила глаза, уставившись в потолок. Белые губы приоткрылись, намереваясь что-то сказать, но вновь плотно сжались. Ресницы мелко подрагивали, брови сошлись на переносице.
— Я скажу тебе, — прошептала она. — Если ты скажешь, зачем меня спас.
Я потер переносицу, собираясь с мыслями. Пробежал взглядом по палате. В отличие от моей, у Мисы стояли цветы и конверты с пожеланиями скорейшего выздоровления. Кто-то даже притащил ей огромного плюшевого медведя, что занимал место в углу.
— Почему тебе это так важно? — покачал я головой.
— Я думала об этом. Много. Ты должен был оставить меня в особняке, позволить истечь кровью, ведь я потенциальный свидетель и представляю опасность. Я анализировала твои действия и слова и этот один момент сильно выбивается из общей цепочки. Это не похоже на тебя.
— Все просто, — ответил я тихо. — Я действую всегда только из личных побуждений, опираясь лишь на желания. Я не хотел твоей смерти, вот и все. Я… Пожалуй, пора признать этот факт, Миса-чан. Я изменился, и в этом твоя вина. Ты меня изменила.
— Поэтому я ничего не сказала, — она повернула голову в мою сторону. — Потому что, все это ложь. Ты не такой, каким себя выставляешь. Ты ведь пришел не за этим. Ты уезжаешь и пришел попрощаться.
— Откуда ты знаешь?
— Ягами навещал меня, в отличие от тебя, — произнесла она с укором. — Он рассказал, что вас отправляют в колонию.
— Мы уезжаем сегодня.
— Вот значит, как это все закончится… — Она протянула руку и вцепилась мне в ладонь. — Тогда я скажу…
— Что? — не сообразил я.
— Ты тоже меня изменил. Очень сильно. Я никогда так сильно не хотела жить, как рядом с тобой.
— Ты сделал это, мудачила, доволен? — услышал я Музу. — Твоя подружка больше не пустышка, её душа очищена. Радуйся, мать твою.
— Если ты просто холодный убийца, то почему я… —
