тебя, что имя, фамилия, отчество и прочие данные подлинные. Подправлено лишь кое- что. Фотографии и прочие мелочи. Пришлось прибегнуть и к компьютерным технологиям. Знающий человек всё это делал.
— Ну у тебя и знакомства,- покачал я головой, в ответ на услышанное,- даже не буду спрашивать, где и при каких обстоятельствах ты познакомился с таким человеком. Меньше знаешь крепче спишь.
— Правильно мыслишь. — ответил мне дядя на это,- и потом ты всё равно не встретишься с этим человеком не при каких обстоятельствах.
Далее он стал вынимать из сумки, купленную для меня, в Москве, одежду. Я увидел несколько футболок, две рубашки ( одна с коротким, другая с длинным рукавом), пару кроссовок, пару туфель, джинсы, спортивный костюм, дюжину пар носков, ветровку и всякую разную мелочь. По словам дяди на первое время этих вещей мне должно было хватить, а затем если я хочу буду выглядеть более или менее модно, то покупать одежду мне придется на чёрном рынке. Он так же сказал мне, что тщательно удалил с купленной одежды все бирки, так, что идентифицировать её без специальной экспертизы, будет не просто ( если вообще возможно).
— Ты, словно к заброске в тыл врага меня готовишь, пробормотал я, глядя на стопку одежды.
— В тыл, не в тыл, но особенно выделятся тебе не желательно. И вот, что ещё, Эдик, лучше всего тебе осесть где- ни будь в провинции. В Москву, разного рода режимные города тебе лучше не соваться. В провинции всё же контроль по слабее. 1978 год,это, конечно не сталинские времена, но всё же. Попадать в поле зрения МВД или не дай Бог КГБ, а тебе это крайне не желательно. Пересидишь тихо первые десять лет, а там в стране по тихоньку всё менятся начнёт. По свободнее станет. И вот тебе подспорье, — и дядя принёс из своей комнаты две толстых общих тетради.
В них оказались записаны даты основных исторических событий, которые должны были произойти в мире в период с 1978 года, а так же результаты крупнейших спортивных соревнований, включая Олимпиады, чемпионаты мира и Европы по наиболее популярным видам спорта. Когда я перехлестывал, заполненные мелким, убористым почерком страницы тетрадей, то с удивлением обнаружил в них даже результаты розыгрышей в НХЛ, НБА и чемпионата США по американскому футболу.
— Это возможно пригодится тебе. Поможет в случае чего срубить денег на тотализаторе. И кто его знает, может быть сумеешь в перестройку за границу выбраться. Тогда это будет уже проще. А там при помощи этого,- и дядя Володя, помахал в воздухе одной из тетрадей,- ты запросто сможешь денег по лёгкому срубить. Ну и обустроится, как следует. Не всё же тебе здесь свой век коротать. Можно и мир посмотреть. А с деньгами это значительно проще будет. Только спрячь эти тетради так, что бы ни одна живая душа их сыскать не смогла. А еще лучше выучи наизусть всё то, что в них написано, а как выучишь, так сразу их в огонь!
* * *
Вечером дядя рассказывал мне, как летом 1978 года, он со своей женой Маргаритой, отдыхал на Чёрном море в Старо — Таманске.
— Я с Риткой тогда, в те края впервые приехал. До этого мы только в Крыму были. Приехали дикарём. Остановились в частном секторе. Хозяйку звали, Татьяной. Татьяной Петровной Сердюченко. И так нам у неё понравилось, что мы потом уже только к ней и приезжали. Целых двадцать лет. Пока Татьяна не умерла. Сдружились с ней и с её семьёй. Очень душевная женщина была. Запомни её адресок на всякий случай. Авось, пригодится!
Пустившись в дальнейшие воспоминания он рассказал, как познакомился тогда с молодой женщиной, врачом — онкологом Варварой Панфёровой.
— На диком пляже мы с ней впервые встретились. Там недалеко от дома в котором я с Ритой остановился был дикий, галечный пляж. На нём мы как — то утром и встретили Варвару. Она в отпуске была, отдыхала в находящемся рядом профилактории. Ну мы с ней и подружились. Ей тоже немного лет тогда было. Двадцать шесть всего. Москвичка. Дед и отец академики, вернее отец академиком потом стал, тоже по медицинской части. Дед эпидемиолог. И до войны и после, на всякие эпидемии ездил, в том числе и за границу. Но Варвара несмотря на такую родословную очень простая женщина была. Мы с ней каждый день встречались, гуляли по городу. Она нам много про Старо Таманск тогда рассказала. Очень с ней интересно было. Мы первые уезжали и уезжая обменялись телефонами. Потом уже в конце августа будучи в Москве созвонились. Ну стали опять общаться.
— Тетя Рита тебя к этой Варваре не ревновала часом? — поинтересовался я.
— Балбес ты, Эдька! Балбес и охламон. Хотя Варвара женщина красивая была, спору нет, красивая и умная. Но мне никто кроме Риты нужен не был. А Варвару жаль. Очень жаль.
— А,что с ней случилось?
— Пропала она. Без вести пропала. В том же году осенью. Так и не сыскали её. Ни живой, ни мёртвой. Хотя вот тут я как то в интернете статью про неё нашёл. Посмотри. Я в закладках её сохранил.
Дядя включил компьютер и через несколько минут я углубился в изучение материала под названием «Варвара — краса, длинная — коса», на каком то отдающем сильной желтизной ресурсе.
Из него я узнал, что молодой и подающий большие надежды врач- онколог Варвара Панфёрова, внучка академика Панфёрова, который в свою очередь был соратником известного советского эпидемиолога академика Николаева ( который несмотря на всю свою известность, лично мне, был решительно не известен), бесследно пропала без вести, в Москве в ноябре 1978 года. Не смотря на все предпринятые поиски ( которые предпринимались, далеко не формально, всё — таки исчезла внучка академика, и дочь крупного специалиста в военной микробиологии, в последствии тоже академика), ни малейшего её следа отыскать так и не удалось. Не помогли и усилия её жениха, молодого офицера КГБ. В общем тайна исчезновения Варвары Панфёровой, осталась не разгаданной до сего дня. В заключении я полюбовался на фото героини материала. Косы, ни длинной, ни короткой на этом фото у неё не наблюдалось, но, что касается «красы» то, она была на месте. Что и говорить, бесследно исчезнувшая, тридцать с лишним лет назад, Варвара, была весьма эффектной женщиной.
— Вот только, Варвара, ничего не говорила, ни про никакого, своего жениха,
