женщина! А ты вместо неё обращаешь внимание на какую-то голограмму...
Тяжело вздохнул, закрыл глаза. Снова открыл. И ответил.
— Снежана. Мне любопытно. И ты обещала мне рассказывать про себя, это основа нашей договорённости. А этот плакат, висящий в твоей спальне... Ведь это твоя спальня, так?
— Моя. Ладно. Уел. На голограмме — Ива. Гладиатор.
— И почему она висит у тебя на стене?
— В смысле, почему? Она чемпион, многократная победительница боёв. Настоящая легенда Кровавой Арены! Эта девчонка — кумир миллиардов. Уверена, едва ли не каждый второй парень в обитаемом мире мечтал ей вдуть, хотя бы разок... А может, и не только парень... — Снежана провела кончиком языка по губам. — Что?..
— Да так, ничего...
— Нет уж, ты скажи!
— Сказать? Ладно. Я несколько, скажем так, обескуражен вашим поведением, юная леди.
— В жопу леди! Юных и не юных! Темнозар, ну позволь мне побыть собой хотя бы здесь, хотя бы немножко! Не будь занудой!
— А обычно тебе не дают?
— Конечно! Обычно «это не надевай, так не вставай, то не говори, с этим не общайся». И всё в том роде. Невыносимо!
Рассмеялся.
— Да, нелегка жизнь юной леди, которая не жалет быть юной леди.
— Не то слово. Поэтому и надеюсь, что мы хотя бы сейчас оторвёмся по-полной!
— А как же твой отец?..
— А мой отец дал добро делать с тобой всё, что посчитаем нужным. Всё, чтобы ты не заскучал. А так как братец откололся сам, ты теперь полностью в моих руках! И считаю, мы легко обойдёмся без всей этой наносной херни! Ведь так?
— Хорошо. Раз без всей этой херни... Может, всё-таки пояснишь, чего ты хочешь?
— Чего? Так я сказала же, развлечься!
— Ах да, точно. Как я мог забыть. А твой отец...
— Если я устрою кровавую оргию с сотней девственниц и скажу, что так было надо — он ответит: молодец дочь, и больше этот вопрос поднимать не будет. Я взрослая девочка! Могу делать, что захочу!
— Оргию... С сотней девственниц?...
— Ну, с двумя сотнями. Или с тремя. Или что тебя удивляет?
— Да нет, ничего. Скажи только... И часто вы так развлекаетесь?
— Нет.
— Нет — не часто?
— Ну да. Не часто... Слушай, Темнозар. Хватит меня вопросами донимать. Время не ждёт!
Задев меня бедром, Снежана шагнула к выходу и полуобернулась, приглашая идти следом.
Я кинул прощальный взгляд на висящую на стене голограмму.
— Хорошо, но у меня последний вопрос. Всё насчёт этого плаката думаю. А ты когда-нибудь бывала на Арене?..
— На Большой?
— Ну да, конечно. На какой ещё? Стал бы я про какие-нибудь ваши местечковые бои спрашивать.
— Нет, не бывала... Хотя отец несколько раз туда попадал по работе, ни разу меня с собой не брал.
— И я не бывал.
Снежана улыбнулась.
— И ты хочешь туда попасть...
— Ну да. Интересно, как это ты догадалась?
— Так у тебя же всё на лице написано. Не нужно даже никаких эмпатий-импатий, как в семье твоей матушки. Ты прямо прирождённый дипломат и игрок в покер, Темнозар!
Усмехнулся.
— Это был сарказм. И... Ты тоже туда хочешь попасть. Ведь так?
— Ну да. Это тоже очевидно. У нас столько общего, не правда ли, Темозар? Может, слетаем туда вместе? А? Большой чемпионат уже через пару недель...
— Я не знаю, проживу ли завтрашний день... А ты мне такие планы далеко идущие предлагаешь строить. Тем более, всегда есть вероятность, что придётся разгребать очередной вал каких-нибудь неотложных дел.
— Но принципиально — ты не против...
— Да. Конечно. Принципиально я не против.
— Значит — решено! С отцом поговорю.
Не стал спорить. То, что рано или поздно придётся возвращать долг, я не сомневался. Поэтому — почему бы не сделать закладку на будущее, и почему бы не поставить на эту серую яхту? Вдруг что-то да выгорит? Как попасть на эту несчастную Кровавую Арену, я представлял довольно смутно. А у Перовского или его дочери вполне могли быть выходы на нужных людей.
Мы продолжали идти вперёд, и как-то вдруг наступило неловкое молчание. Я, погружённый в свои мысли, даже и не думал что-то с этим делать. Снежана то и дело кидала на меня многозначительные взгляды. Наконец, она не выдержала.
— Это страшно, наверное, когда у тебя нет Алтаря? Когда после гибели возродишься Кровавые знают где, и скорее всего попадёшь в руки к тем, кто контролирует ближайшее Пятно Хаоса?
Отвечать очень не хотелось, но и молчать было бы неприлично. Поэтому — в который уже раз за этот день пожал плечами.
— Наверное, да. Наверное, страшно.
И подумал при этом — что нет, не страшно. Страшно погибать, когда знаешь, что точно не вернёшься назад. Ни с помощью Алтаря, ни в Пятне Хаоса, никак вообще. И когда не понаслышке знаешь, что это такое — Преисподняя.
Снова над нами повисло молчание. На этот раз его развеять поспешил уже сам, вспомнив вопрос, который хотел уточнить.
— А вы же демонологи, да?
— Да.
— Призовёшь какого-нибудь беса?
— Нет. Темнозар, это же неприлично, просить других демонстрировать способности...
— Ну я же просто спросил. Ни разу не доводилось встречаться с демонологами.
— А с другими, типа, встречался часто?
Подумал что да, в прошлой жизни кого только не довелось повидать. К нам на сафари прилетали со всего обитаемого мира. Даже не всегда люди.
Воспоминание вмиг испортило настроение. Перехватил удивлённый взгляд Снежаны, и криво улыбнулся.
— Ну, кое с кем встретиться довелось. Оборотень, гравимансер...
Про то, что прикончил Парашаева и Миронцева, я рассказывал ещё за столом. Делать из этого секрет было бы глупо — информация рано или поздно разошлась бы всё равно, так или иначе.
Проблемой было только то, что оборотня я убил окончательной смертью. Его родичи уже наверняка узнали об этом, ведь он так и не возродился а Алтаре. Вопрос был в том, останется ли информация, что род потерял одного из сильнейших бойцов, секретной — или ею решат поделиться с остальными. В последнем случае почти наверняка ко мне возникнут вопросы, причём у каждого, кто будет в курсе ситуации, вне зависимости от местоположения и политического блока, к которому он принадлежит.
Я надеялся, что род оборотня посчитает за лучшее сохранить всё в тайне. Очень
