передёргиванием расположенной вокруг спускового крючка огибающей его скобы, и у меня не получилось с первого раза сделать всё правильно.
Пока возился, уже начавшего палить в нашу сторону противника подстрелила девушка.
Но на этом всё не закончилось. Вооружённые враги продолжили вываливаться из-за угла, будто не боясь нашего огня и не замечая уже валяющихся на полу неудачливых предшественников.
Не зря, к слову… У меня опять кончились патроны, на этот раз в магазине винтовки. И перезаряжаться не успевал — для начала надо было как минимум разобраться, как это делать.
— Пустой! — крикнул уже почти зашедшей в комнату напарнице, а сам потянулся за гранатой.
Два сухих щелчка возвестили о том, что у неё та же проблема. Причём сразу в обоих стволах.
У меня ещё были плазменные шары, а на худой конец — возможность метнуть меч… Но очень уж не хотелось демонстрировать все свои способности, ведь каждый из врагов нашего рода мог теперь внимательно изучить записи боёв и получить бесценную информацию.
Будто подслушав мои мысли, напарница взмахнула рукой. Едва различимое оптическое искажение метнулось вдоль коридора, в сторону уже начавших палить в нашу сторону противников… И просто снесло им головы, да ещё вдобавок оставило глубокую выщерблину в противоположной стене.
— Перезаряжайся! — крикнул девушке уже на бегу, огромными прыжками приближаясь к повороту коридора. Конечно, правильно сейчас было бы вломиться в каждую комнату, убедиться, что там никого нет… Но кто нам даст спокойно занматься этим? Судя по приближающемуся топоту и голосам, на подходе были уже новые гости.
На ходу выдернул чеку гранаты и метнул её уже тогда, когда из-за злополучного поворота появлялись новые стрелки. Кинул снаряд как раз так, чтобы начинённый взрывчаткой металлический цилиндр с удобной рукояткой ударился о стену, а после отлетел за угол.
Сам нырнул вниз головой и кувыркнулся в сторону, уходя с линии огня. Несколько стволов уже смотрели в мою сторону, вот-вот готовясь расцвести ярким, смертоносным пламенем…
Взрыв ударил по ушам, уже почти поймавших меня на мушку стрелков раскидало в стороны. Граната взорвалась после удара, но с небольшой задержкой — как раз, как рассчитывал, уже за злополучным поворотом. Так что всех противников посекло, меня нет.
Я же подхватил, наконец, нормальное оружие — вырвал из рук ближайшего ко мне покойника револьвер. Ещё один прыжок — и я у злосчастного поворота. Одновременно дёрнул зубами чеку второй гранаты и зашвырнул её вслед за первой, но уже без бильярдных ухищрений
Тут же снизу появилась чья-то голова — то ли потерявший ориентацию раненый подполз, то ли кто-то решил схитрить и не ломиться вперёд, как баран, а напасть из неожиданного положения. Приставил ствол ко лбу наглеца и выстрелил.
Раздался взрыв, и я сам высунулся за угол.
Там оказалась лестница. Больше — никого живого, только на площадке ниже скорчилась женщина-негритянка в форме горничной.
Никаких угрызений совести при её виде не испытал. Из-под передника убитой выглядывала рукоять револьвера… Похоже, зря опасался насчёт возможных невинных жертв, тут таких просто не было.
Снизу, судя по шуму, к нам уже поднималась очередная партия пушечного мяса. Но пока была небольшая передышка. Поспешил собрать побольше оружия и стащил нескольких мертвецов, сделав из них что-то вроде баррикады. Пока возился, рядом присела моя напарница, которая успела перезарядить оба ствола и сейчас помогала собирать трофеи.
— Спрячься. Подпущу их поближе…
Девушка послушно отступила за угол, в мёртвую зону. Я же лёг за своим импровизированным укрытием, прямо в лужу натёкшей крови. К сожалению, сейчас было не до брезгливости.
Ориентироваться приходилось чисто на звук, камеры всё так же не подчинялись мне. Немного выждал, чтобы увеличить количество потенциальных жертв, и открыл по забегающим наверх людям шквальный огонь.
— Прикрой! — крикнул напарнице, а сам вскочил и побежал вниз, паля прямо в спины отступающим и добивая раненых.
Так, поддерживая друг друга огнём, мы спустились на один пролёт, расстреляв ещё не менее десятка противников.
Правда, там пришлось всё же остановиться — пока девушка стаскивала очередные трофеи и перезаряжала оружие, я держал на мушке лестницу. Дверь на этаж, по счастью, была закрыта, причём на засов — и даже если её начнут отпирать или ломать, у нас будет время заметить это и подготовиться.
Враги тоже ослабили напор. Не иначе — выдохлись.
Воспользовавшись передышкой, я решил попробовать поговорить.
— Эй! Слышите меня?
— Катись в Преисподнюю!
— Вы сами там окажетесь скоро, бестолочи! Если продолжите в том же духе! Я убиваю окончательной смертью, Дит свидетель.
— Да знаем… Душегуб. А ты знаешь, какая за тебя награда?..
— Награда?
— Награда, награда! За уничтожение тебя и твоей подружки дают пять миллионов кредитов! Три — какой-то Наум, один — барон Крогг, и один от того, кто пожелал остаться неизвестным! Как тебе такое, а? Ты не выйдешь отсюда живым! У тебя просто не т шансов!
Конечно, ничего удивительного… Одна из основных статей дохода Кровавой Арены — тарифы на передачу бойцам различных предметов. Серди которых наибольшей популярностью пользуются не экземпляры оружия, снаряжения или боеприпасы, а клочки бумаги с портретами определённых людей, текстовые описания, что с ними надо делать, и числовые значения, дающие понять, сколько за это заказчики готовы заплатить. Довольно распространённая практика. Собственно, чего я ждал, когда влез в бои как участник и не стал скрывать свою личность?
— Я-то выйду живым. А вот вы — нет! В последний раз предлагаю сложить оружие и прекратить бессмысленную борьбу!
Задействовал способности. Ведь я был полностью уверен в том, что говорю. Противники должны были это понять.
— Мы не боимся, — голос, тем не менее, дрогнул. — Пусть это риск… Но шанс разбогатеть для каждого из нас… Кому-то повезёт!
— Нет. Мне жаль… Повезёт кому-то, но не вам.
Мы закончили с перезарядкой, и я вновь атаковал. Чувствовал, что затягивать нельзя, затянувшееся затишье и готовность противников общаться явно свидетельствовала, что они что-то задумали или кого-то ждут.
Для начала закинул вниз два пистолета-пулемёта, заклинив им спусковые крючки… Морковками. Вывалились из карманов одного из убитых, он, судя по огрызкам, постоянно их жрал.
Следом свалился на головы врагов сам, стреляя уже более прицельно и двигаясь с такой скоростью, что никто просто не успевал в меня попасть.
Не давая врагу опомниться, спустились ещё на один пролёт. Здание, как выяснилось, было трёхэтажным, и мы как раз оказались на нижнем, у выхода в просторный обеденный зал, сейчас пустой и заваленный лишь
