внимание. Да и если и будут нежелательные зрители кого они увидят в ночной темноте? Женский силуэт в платье? А парик на мне или натуральные волосы, пойди разбери в темноте. Это тебе не центральные улицы Нью-Йорка, что горят яркими огнями реклам и фонарей, тут трущобы. Один фонарь на весь двор, да и тот так тускло светит будто доживает свои последние дни.
Машину чужака вычислить не трудно. Во дворе нашей общаги не бывает машин. Тут люди не всегда на еду денег имеют, а уж на тачку, не смешите мои тапочки. Банально открываю дверь тачки, ключом владельца и плюхаюсь в старую развалюху. Форд 1935 года выпуска. Раритетная машинка. Вставляю ключ в замок зажигания, а владелец молодец! Завелась с пол оборота. Самый богатый пригород Мэдисона знает каждый мальчишка. Мы все мечтаем приобрести там добротный дом и жить, шикарно жить с приходящей прислугой*.
Приходящая прислуга* — городок не столь богат. Мне тут некоторые «сообщали» в комментариях о роскошных особняках латифундистов, что владели сотнями и тысячами рабов до отмены рабства и имели блестящие образование. Да такие были… Но в простых рабочих городках все куда как скромнее. Обычно прислуга приходила раз в неделю, два раза в неделю и т.д. короче от размера кошелька владельца дома. Постоянную содержать было крайне дорого…
Набираю скорость на трассе. Да это не гоночный болид, а убогая тачка 30-х годов, но как же давно я не управлял транспортом с двигателем внутреннего сгорания. Кайф! Замечаю дом Билла Клинтона. Паркую машину возле него. Аккуратно закрываю дверь автомобиля и направляюсь к парадной двери. Замки тут чудные и забавные, мы в свое время куда более сложные и оригинальные даже в подвалах многоэтажек встречали и вскрывали. Потому без особых задержек прохожу в дом. Аккуратно снимаю с рук элегантные дамские перчатки, теперь можно оглядеться…
* * *
— Доброе утро сэр, не желаете кофе? — Обращаюсь я к грузному мужчине лет 65–70, что прошел на кухню.
— Ты кто такой? — Он похоже слегка подвис от ситуации, на воришку-грабителя я совсем не похож. Ибо никуда не спешу, а готовлю завтрак. У него не стыкуется в голове, вор, что забрался в дом, устал грабить и решил перекусить? Да так просто не бывает…
— Я-то? Ну пусть будет Бэтмен, меня недавно один славный мальчуган с супер-героем из комиксов перепутал. Вам кофе со сливками? Сколько ложек сахара предпочитаете? — Интересуюсь я и наливаю себе огромную чашку кофе, ибо я пью кофий по-русски. Бахаю туда побольше сливок, ибо люблю
— Эй! Ты что себе позволяешь⁈ Ты что собрался пить МОЕ кофе «Бэтмен»⁈ — Возмущению Блина Клинтона нет предела.
— А почему нет? Я люблю кофе…
— Ты же прислуга, ты ведь вместо Джун сегодня вышел? — Задает идиотский вопрос Билли.
— Джун! Вот как звали ту славную негритянку, простите она устала и спит. — Я дожариваю бекон и укладываю его на ломтики свежего хлеба, только-только из тостера.
— В смысле спит? Ты бредишь мальчик⁈ — Клинтон начинает повышать голос.
— Не в коем случае, пройдемте в гостинную я покажу… — Я беру в одну руку кружку кофе, в другую бутер с беконом и идут вперед, Биллу ничего не остается делать и он идет за мной в гостинную, где на диване мирно спит Джун.
— Ничего не понимаю… — Растеряно бормочет Клинтон.
— Пойдемте все же позавтракаем, я готовил старался…
— Пойдем, но если ты прислуга, то почему ты пьешь МОЕ кофе и ешь мой бекон? — Как бы озвучивая свои мысли вслух говорит Клинтон.
— Я понял, вы считаете это ваш дом и вам тут что-то принадлежит. — Доев бутер и поставив чашку с еще недопитым кофе я ударил себя ладонью по лбу улыбался счастливой улыбкой идиота.
— Простите это недоразумение! Вам тут ничего не принадлежит, тут все мое… — Объясняю я старому болвану.
— Ты сумасшедший! — Клинтон разворачивается и пытается куда-то бежать, самая глупая идея, как на мой взгляд. Тучный старик 65–70 лет бегает явно медленнее подростка из школьной футбольной команды. Потому порхая бабочкой хватаю с полки деревянную разделочную доску я легко и быстро догоняю мерзавца. Бью сначала по голове, затем ставлю подножку и старикашка падает и начинает истошно кричать.
— Полиция! Помогите! Убивают! — Видя, как он надрывается начинаю вместе с ним вопить.
— Полиция! Помогите! Убивают! — Сообразив, что я не мешаю ему орать, не бегу из дома, а возможно и громче него кричу он замирает в ужасе… И перестает кричать…
— Парень ты точно сумасшедший… Что ты хочешь? У меня есть деньги…
— Я как раз в трезвом уме и доброй памяти… Это у тебя маразм «дедушка», напомню богатые люди строят добротные дома с хорошими стенами, да и пространства вам нужно побольше, чем среднему классу и быдлу, мы тут можем до следующего утра кричать и нас не услышат. Ты меня понимаешь Билли? — Я ему сочувственно улыбнулся…
— Проснется Джун и вызовет полицию… — С надеждой в голосе сказал старик.
— Это вряд ли… — Я отрицательно покачал головой.
— Как? Ты убил ее!?! — Глаза Клинтона от ужаса, чуть не вылезли из орбит.
— Я же говорю спит… Просто связана, давай решать мы с тобой поговорим, как деловые люди или сразу приступать к пыткам? — Сделал первое предложение от которого нельзя отказаться…
— Почему тогда я не видел веревок? — Заинтересовался Клинтон.
— Билли, ты как ребенок ей Богу! Руки под подушкой, но связаны, а ноги связаны под коленками, а платье у старушки Джун длинное, как у всех негритосок в возрасте… Вот и не увидел, ведь я его поправил, неприлично престарелой черномазой ножками блистать не тот возраст. — И я погрозил пальчиком, как строгий учитель преподавший урок нерадивому ученику.
— Ладно парень признаю ты не сумасшедший, но у меня есть деньги, сколько ты хочешь сто долларов? Я тебе их дам… И не буду сообщать в полицию…
— Дурашка. — И я с ноги прописал удар в рожу. Надо отдать должное Клинтону у него есть яйца и деловая хватка. Он не стал паниковать и кричать понимая, что это просто бесполезно. Просто сплюнул кровь.
— Будь ты проклят щенок. Тысяча долларов! Ты просто не понимаешь к кому ты влез в дом. Тысяча долларов и тебя не будут искать мои
