Борис Гринштейн - ЗЕМЛЯ ЗА ОКЕАНОМ

Они столь возгордились, что после смерти богатого землевладельца Эрвина Янга, вопреки его завещания, решили разделить имущество. Бостонцы пришли с этим требованием в контору, а после моего заявления, что Янг был русским подданным и вопрос должен решаться исключительно по российским законам, хотели в поисках защиты обратиться к правительствам Англии и Соединенных Штатов. Мне доносили, что тайно проведено было три встречи, но из-за отказа канадцких французов принять в них участие, идея эта не получила осуществления…

В 844 году, когда число бостонцев на территории Орегонского отдела приблизилось к тысяче, их выборные представители потребовали принятия запрета на поселение китайцев и негров вблизи их ранчей. Мне пришлось разъяснить делегатам, что в Российской империи все подданные имеют одинаковые права, приведя в пример Абрама Петровича Ганибала, генерала от артиллерии…

Но что касается миссионерской деятельности, то бостонские миссионеры показали себя гораздо цивилизованнее гордых подданных ее величества. Тех иногда даже приходилось высылать с подведомственной мне территории за предосудительное поведение.*(8)"

Ротчев на удивление кратко описывает неурядицы привнесённые переселенцами с востока и ещё короче о своих взаимоотношениях с ними при том, что темже франкоканадцам посвящает целые эссе. Это объясняется основной, тайной целью перевода Ротчева в Ново-Архангельск, предотвращения угрозы заселения Орегона гражданами Соединенных Штатов. Пример Техаса, очень скоро после того, как бостонцы стали заселять его, превратившегося в независимое государство, был очень нагляден.

Для осуществления долгосрочной программы антирекламы, как бы её назвали в наше время, Этолин выделил 5 тыс. пиастров, проходящих в документах как "Особые нужды", а в 1844г. главный правитель увеличил сумму до 15 тыс.

Весной 1842г. молодой юрист из штата Огайо по имени Лэнсфорд У.Гастингс, "блестящий, миловидный и весьма разговорчивый прохвост с волевым подбородком", присоединился к направляющейся в Орегон партии преподобного Иллии Уайта. За несколько дней наглый и напористый юрист, вовсе незнакомый с местными условиями, смог занять место ветерана Уайта во главе экспедиции!

Ротчев не прошёл мимо подобных способностей Гастингса и пригласил его на службу, предложив 600 пиастров жалованья, которое выплачивалось из специального фонда.

Начиная с апреля 1843г. Гастингс энергично сновал по Орегону, расхваливая Калифорнию, которую и в глаза не видел. Ему удалось сколотить группу из 53 человек. 1 июня 1843г. вышла первая партия переселенцев из Орегона. Путешествие заняло 40 дней и закончилось на Сакраменто, в форте Саттера. Эта экспедиция не только свидетельствовала о том, что многие из прибывших в Орегон готовы двигаться дальше на юг, в более тёплую и сухую Калифорнию, но и закрепила за Гастингсом репутацию опытного руководителя и проводника. Репутация эта окажется впоследствии причиной страшной трагедии экспедиции Доннера.*(9) Через год, на деньги из того-же источника, была издана в Нью-Йорке книга Гастингса "Путеводитель эммигрантов", в которой активно хаялся Орегон и расхваливалась Калифорния.

Агентом Ротчева был также французский траппер Антуан Робиду, который, прибыв в Миссури "… отзывался о Калифорнии как о земле вечной весны и безграничного плодородия… Он сказал, что испанские власти весьма дружелюбны, а люди - самые гостеприимные в мире; можно проехать по всей Калифорнии и никто не потребует с тебя плату за пищу или корм лошадям. В его описании земля эта выглядела истинным раем." Робиду основал "Западное эмиграционное общество", объединившее 500 человек, решивших "…встретитьтся девятого мая следующего года вооруженными и снабженными всем необходимым для того, чтобы пересечь Скалистые горы и попасть в Калифорнию".

Другой из удачных агент Ротчева, самозванный калифорнийский доктор Джон Марш, сам караванов не водивший, засыпал своих многочисленных друзей в Миссури, а через них газеты, письмами, в которых расхваливал Калифорнию. "Это, вне всяких сомнений, в отличие от Орегона с его бесконечными дождями, великолепнейшая страна с великолепнейшим климатом. Чего нам здесь не хватает, так это людей. Если бы у нас было полсотни семей из Миссури, мы могли бы делать все, что нам заблагорассудится, без всяких опасений. Трудности пути сюда - чистая выдумка…"

Задействовал Ротчев и Саттера, который, впрочем, действовал не за жалованье, но из собственных интересов, ну и из-за долга, конечно. Саттер нанял опытного проводника Калеба Гринвуд, который дожидался в форте Холл караваны переселенцев с обещанием Саттера предоставить им бесплатную землю в Калифорнии. И небыло случая, чтобы часть фургонов, зачастую большая, под предводительством одного из сыновей Гринвуда, не сворачивала на Калифорнийский тракт.

А сразу после заключения Орегонского трактата 1846г. Ротчев, от лица Компании, передал права на платную эксплуатацию всех перевалов через Скалистые горы вождям тех племён, на территории которых эти перевалы находились. Отныне, с каждого человека, проходящего через перевал на российскую территорию, его владелец брал по 1 доллару. Но скоро этот индейский бизнес прогорел - большинство из новых переселенцев были не в состоянии заплатить такую большую цену и поток поселенцев двинулся на юг, в Калифорнию. Тудаже понемногу стали переправляться и поселенцы бывших английских факторий. Ротчев стал требовать возврата ссуд, полученных ими у МакЛафлина.

В те же годы орегонские партии переселенцев, несколько лет проходившие в полнейшей безопасности, стали подвергаться нападениям индейцев. Для защиты двигавшихся по Орегонскому тракту эммигрантов от нападения, из Вайоминга в Колорадо были переведены 5 драгунских рот под командованием полковника Стефана Кирни, ставшие таким образом первыми воинскими частями армии СШ за Скалистыми горами. В 1844-46гг. было засвидетельствовано несколько проникновений драгун на территорию Восточного Орегона, что вызывало немедленную реакцию британцев.

Впрочем, несмотря на присутствие бостонских драгун, в течение трёх лет мелкие нападения на переселенцев продолжались как на территории Орегона, так и на "ничейных" землях: угнанные лошади, убитые волы, стрела в спину неосторожного охотника, а 1847г. случилась трагедия.

Летом в Русской Америке началась новая эпидемия, на этот раз - кори. Она началась в Восточном Орегоне и быстро распространилась на запад до побережья и на север до Аляски. В племенах, ещё не переболевших корью смертность была очень высока, иногда до 10%. Только в Уналашкинском отделе от кори и сопутствующих болезней умерло до 100 человек, в основном женщин и детей.

На среднем Орегоне болезнь разгулялась осенью. Эпидемия охватила все поселения. Болели в основном дети, но если иммунитет белых позволил им справиться с болезнью, то индейские дети гибли в больших количествах. Обозлённые родители обвинили бостонских миссионеров в заговоре и преднамеренном распространении болезни с целью захватить их землю. 29 ноября 1847г. группа кайюсов напала на пресвитерианскую миссию в селении Вайилатпу, убила 14 человек, среди них главу пресвитериан Маркуса Уитмен и его жену Нарциссу, захватила 53 заложника и сожгла здания миссии.

Получив известие о нападении, Ротчев немедленно отправился на спасение миссионеров вместе с эскадроном драгун под командованием … Но когда 11 декабря подошла к Вайилатпу всё уже было закончено. Верховный вождь нес-персе Семен Ксаксатсов, узнав о нападении, собрал отряд воинов и отправился к кайюсам.

"Почти всю ночь просидели ними-ипу под мокрыми деревьями. Моросило и они грелись у маленьких костров разведенных под шкурами… Деревня располагалась вокруг большого изгиба реки, в полуверсте от нее в реку впадал ручей. Перед рассветом воины ними-ипу подошли к устью этого ручья, перешли его и оказались возле деревни. Ко времени когда они подкрались уже шел дождь. Это было хорошо. Все кайюсы сидели в своих домах и из-за шума дождя не могли слышать, что делается снаружи. Всего в Вайилатпу было 14 домов и Кса'ксатс Са'я (Семен Ксаксатсов) приказал возле каждого входа в дом поствить по 2 воина и еще по 4 в отдалении, чтобы если кайюсы захотят вылезти через крышу их легко было подстрелить. Вождь приказал стрелять только по тому, кто выскочит из дома и попытается бежать.

Когда стало рассветать Кса'ксатс Са'я ударил палицей в стену того дома, где жил вождь Вайилатпу по имени Пакатамапаутх и крикнул:

- Привет тебе Пакатамапаутх.

Проснувшийся вождь выглянул в дверь, увидел направленные на него ружья и копья и спросил:

- Почему ты Кса'ксатс Са'я пришел ночью, как вор? Разве между нами нет договора?

- Я пришел напомнить, что мои друзья слишком у тебя загостились. Они обещали погостить также и у меня, но видно у тебя им так понравилось, что они не хотят уходить. Говорят, что бостонцам так понравилось твое угощение, что некоторые из них объелись и умерли.