class="p1">Согласно указу с нуля создавались:
• Нижегородский судостроительный трест;
• Онежский химический трест в Кондопоге;
• Бакинский нефтедобывающий трест;
• Саратовский нефтеперерабатывающий трест;
• Стеклянный и Фарфоровый Владимирский трест;
• Сахарный Тамбовский трест;
• Харьковский масляный трест.
При назначении генеральных директоров трестов Мейер – Путилов не обращал ни малейшего внимания на занимаемые должности, ордена, знатность рода и наличие покровителей при дворе. Мейер отлично знал состояние дел на металлургических и механических заводах империи в 1825 году, а Путилов – в 1850-х годах. К тому же в память Путилову потомки загрузили подробный курс истории русской промышленности в XIX веке и сведения обо всех успешных промышленниках и изобретателях этого периода, поэтому директорами трестов назначались только те промышленники и инженеры, которые делом доказали свои способности, сумевшие самостоятельно создать крупные производства. Теперь же им будет оказано максимальное содействие со стороны государства.
Генеральным директором Кораблестроительного треста в Петербурге министр назначил сорокалетнего инженер-полковника Карла Шильдера, впоследствии изобретателя и создателя первой цельнометаллической подводной лодки. Ему было поручено объединить в трест все заводы и мануфактуры Петербурга, поставляющие материалы и изделия на Адмиралтейские верфи.
Напутствуя полковника, Путилов поручил ему обследовать состояние дел на этих предприятиях. В случае дурного управления на казенных заводах менять управляющих, частные заводы закрывать, передавать Министерству промышленности, а затем полностью реорганизовывать. Мелкие заводы объединять.
В качестве ближайших задач ему были поставлены: постройка опытного деревянного шлюпа с импортной паровой машиной и винтовым движителем, организация в тресте производства паровых двигателей для кораблей и паровозов, постройка серии кораблей с такими двигателями. Конструкция парового котла и двигателя образца 1860 года прилагалась. Это был двигатель паровоза Николаевской железной дороги двойного расширения, двухцилиндровый, с давлением пара 8 атмосфер, мощностью 300 лошадиных сил. Котел цилиндрический, оснащенный 160 дымогарными трубками с поверхностью нагрева 100 квадрантных метров.
На первый шлюп давалось два месяца с момента получения двигателя. Его планировалось испытать на Онеге. Паровые шлюпы планировалось запустить в навигацию на Амуре летом 1827 года. К навигации 1828 года требовалось построить 4 шлюпа, 4 брига и 2 корвета на Черном море и столько же на Балтике. Секретные чертежи двигателя и кораблей, имевших небывало большое удлинение корпуса, равное 6,2, прилагались. Их Путилов чертил собственноручно, по памяти.
В помощь Шильдеру назначались два магистра ордена, сотрудники Дотай и Гостап. Шильдеру указом предоставлялось 10 % уставного капитала треста. Дозволялось расширить уставной капитал вдвое за счет привлечения российских инвесторов.
Руководителем Тульского ружейного треста назначался управляющий Тульским заводом, вполне справлявшийся со своими обязанностями, 52-летний генерал-майор Евстафий Штаден. Ему подчинялись все тульские металлургические и железоделательные заводы, а также все окрестные железные и угольные рудники.
Ближайшими задачами ставились освоение литья пуль Минье (а точнее, уже Мейера), производство пулелеек для них, затем освоение технологии внутренней нарезки гладких ружейных стволов. А в качестве перспективной задачи – разработка казнозарядной нарезной винтовки конструкции Крнка образца 1867 года калибром 4 линии по совершенно секретному чертежу, переданному ему Путиловым.
Директором Среднеуральского металлургического треста стал Василий Любарский, 30-летний помощник управляющего Гороблагодатского завода. Ему поручалось освоить производство кокса из угля местных месторождений, заменить в металлургическом процессе древесный уголь коксом, усовершенствовать доменный металлургический процесс, освоить тигельный метод плавки стали, а затем и конвертерный. И специальное задание – наладка производства походных передвижных кухонь для армии.
Необходимые материалы по технологии процессов и конструкции оборудования под грифом «Совершенно секретно» Путилов ему передал. Технологию Путилов тоже расписывал собственноручно. Ближайшей задачей ему были поставлены выплавка стали, удовлетворяющей требованиям к нарезным винтовочным стволам под дымный порох, а затем и постановка таких стволов в серийное производство. В дальнейшем тресту ставилась задача производства в больших масштабах стальных рельсов и нарезных винтовочных и пушечных стволов под бездымный порох.
На Южноуральский машиностроительный трест министр проставил Павла Аносова, 30-летнего управляющего Златоустовского оружейного завода. Ему было поручено освоить на заводах треста коксовый технологический процесс, начать разработку железной руды в горе Магнитной. Кокс планировалось поставлять из Среднеуральского треста, для чего требовалось организовать речной и сухопутный транспортные маршруты. Наряду с остающейся задачей поставки в армию всевозможного холодного оружия тресту ставилась задача организации производства паровых машин для промышленных нужд, а также всевозможного железнодорожного оборудования.
Генеральным директором Донецкого металлургического и кораблестроительного треста Путилов назначил 36-летнего обер-бергмейстера Евграфа Ковалевского. Ему поручалось организовать добычу коксующегося угля на богатых донецких месторождениях и добычу высококачественной железной руды, имеющегося вблизи Мариуполя.
Ему поручалось также весной 1828 года построить 10 деревянных паровых кораблей с винтовыми движителями. Правда, двигатели пока предполагалось получать из Петербурга. Затем организовать выплавку качественной стали для судостроения и производство паровых машин. А в дальнейшем – строительство цельнометаллических кораблей. В трест были включены все корабельные верфи в Севастополе, Керчи и Азове.
Онежский машиностроительный трест поручили возглавить 26-летнему корабельному мастеру Ивану Амосову, в истории Ствола впоследствии построившему первый российский паровой фрегат. Теперь ему предстояло на основе Александровского завода и закупленных на золото за границей станков развернуть в Петрозаводске самый крупный в России станкостроительный завод, которому предстояло снабжать станками все российские заводы.
Ближайшей задачей ставилось воспроизвести все полученные из-за границы станки, затем наладить их серийное производство. В дальнейшем заводам поручалось разработать и наладить производство паровых молотов, прокатных станов, станков всех типов для легкой промышленности. Чертежи молота и прокатного стана, собственноручно нарисованные, Путилов передал Амосову в присутствии офицера Дотай. В черчении устройств и описании технологических процессов Путилову много помогал Уваров – Курчатов, которому потомки тоже многое подгрузили в память. Этому тресту выделялось самое жирное финансирование. Он должен был стать мотором всей российской промышленности.
Александр Засядко, 46-летний генерал артиллерист, возглавил Казанский пороховой трест. Помимо производства черного пороха ему было поручено наладить производство боевых ракет, которые уже проходили испытания в учебной артиллерийской бригаде. Ему были переданы чертежи и технология ракет, разработанных четверть века спустя Константиновым.
Братья Василий, Герасим и Макар Дубинины, оброчные крепостные графини Паниной, уже два года перегоняли в Моздоке добываемую тут же нефть в перегоном кубе собственной конструкции, получая керосин и мазут. Путилов выкупил братьев у графини и дал им вольную.
Старший, 38-летний Василий, был назначен генеральным директором Бакинского нефтедобывающего треста. После завоевания Бакинского ханства Россией в 1806 году все нефтяные месторождения были национализированы и отданы на откуп частным лицам. Добычу вели самым примитивным способом из вручную выкопанных колодцев. Указом откупа нефтяных месторождений были отменены и сданы в аренду тресту.
Василий получил от министра помимо финансирования чертежи буровой установки, трубопровода с насосами, нефтяного резервуара и поручение довести через два года добычу нефти до 2 тысяч тонн,
