Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 66
– Я никогда не позволю им схватить тебя, Ева, – поклялся он глухим голосом. – Просто собирался обойти…
– Ты думаешь, я испугалась за себя? – Она горько усмехнулась.
– Их было шестеро – это те самые, из конюшни, что захватили отца Питера. Это означает, что их послали за нами. И прятаться за твою юбку я не собираюсь и не позволю им схватить нас. Клянусь жизнью.
Они смотрели друг на друга в упор, и за их молчанием скрывались тысячи невысказанных мыслей.
Из-за деревьев показались Джейми и Рай, и Роджер, выпрямившись, заговорил нарочито громко, чтобы его могли слышать.
– Я собирался их обойти, чтобы напасть сзади, защитить тебя.
– Не ты защищаешь меня, – заявила она сердито, не допускающим возражения тоном.
– И тем не менее он это сделал, – ворвался в их разговор низкий голос Джейми. – Останься он рядом с вами, его схватили бы. Вас обоих. Двое держали вас, остальные четверо занялись мною и Раем. Он поступил правильно, что зашел сзади: это вынудило их разделиться.
Она холодно окинула его взглядом: наполовину вложив меч в ножны, Джейми наблюдал за ней.
– Я думаю, со временем Роджер станет искусным воином, – заключил он после паузы.
– Думаете… – Ее тихий, едва ли не зловещий, голос должен был прозвучать как предостережение, но он оставил его без внимания.
– Да. У Роджера был выбор, и он его сделал. – Он твердо смотрел ей в глаза. – Мы получили те несколько минут, что и были нам нужны.
Она смотрела на Джейми, но видела вовсе не его, а прошлое – всех тех, кто охотился за ними, все, что чуть не случилось, и, конечно, то, что было: чудовищную жестокость, кровь, крики, побег. А потом явились охотники на огромных черных конях, выгнали, как каких-то бродяг, ни в чем не повинных монахов, которые пытались помочь, а Ева и Гог были вынуждены снова скрываться в лесах.
Что знает Джейми об этом – о тех годах, что были подчинены одной цели: уберечь Гога, спрятать от таких, как он. В ней все кипело от негодования.
Если бы Гог умер, то Ева не знала, что сделала бы: наверное, убила бы себя, – а если бы вдруг его захватили… Об этом даже страшно подумать… Король Иоанн обрушил бы на Гога все ужасы, как на его отца… Ева совершенно точно знала, что сделала бы в таком случае: уничтожила бы весь мир, включая самого монарха, который и начал это безумие.
А если бы схватили ее… Все, что было уготовано Гогу, для нее было бы вдвое, втрое… в несчетное количество раз страшнее.
Лучше не думать об этом.
– Все, что было нужно, говорите? – тихо, едва сдерживаясь, процедила Ева. – Несколько мгновений, и все снова хорошо? Да что вы знаете об этом?
Джейми с удивлением смотрел на нее, сейчас наводившую на мысли о готовом извергнуться вулкане: руки сжаты в кулаки так, что побелели костяшки пальцев, а разрисованные ногти вонзились в ладони; подбородок ходит ходуном; в глазах полыхают молнии… Она готова была испепелить его взглядом.
Какова бы ни была его вина перед ней – а он мог бы поспорить, что не так уж и велика, – сейчас ее гнев оказался в десятки раз сильнее, чем когда-либо прежде, и не от того, что сделано, а от того, что сказано.
Так что же он такое сказал?
Что-то важное ускользнуло от внимания – и это его беспокоило. Джейми перевел взгляд с ее напряженного тела со сжатыми кулаками на Гога: весело, по-мальчишески тот покачивался с пятки на носок. Анализируя недавние события и заканчивая ликвидировать признаки сражения, он с сожалением вынужден констатировать, что эти шестеро не были разбойниками с большой дороги или мелкими грабителями: они их преследовали.
И не их всех, а именно Еву и Роджера, что ничего хорошего не сулило: значит, Малдену известно, что Роджер вернулся, и это он послал за ним своих людей, а сам со священником поехал вперед. А это, в свою очередь, означало, что, как бы ни был ценен Роджер, цена священника гораздо выше. Если все дело в знании, то Питеру Лондонскому должно быть известно что-то еще более важное, чем местонахождение исчезнувшего наследника Эндшира.
Весь остаток дня они скакали с такой скоростью, какую только могли выдержать лошади, скрываясь под покровом деревьев, когда слышали стук подков или раздававшиеся поблизости голоса. По расчетам Джейми, Малден ушел вперед не намного – вряд ли они могли ехать быстрее.
Кроме того, им приходилось останавливаться в надежде, что охотники их догонят, или, возможно, было заранее условлено время для встречи. К тому же Малден мог опасаться погони, но это маловероятно: на этих пустынных землях не было никого, кроме диких зверей, и единственные заметные дороги шли прямо на север.
Джейми ехал как раз по такой и, однако, все время держался настороже. В середине дня он позволил Еве и Гогу отъехать на несколько шагов вперед, а сам вместе с Раем отстал.
Некоторое время они ехали молча, пока наконец не заговорил Рай.
– Ты подозреваешь, что ей известно больше, чем она говорит?
– Я это знаю.
– Почему же тогда не надавишь на нее? У тебя ведь богатый опыт по этой части.
– Я пытался. – Он не стал уточнять, что не особо в этом усердствовал.
Указывая Роджеру на что-то справа, Ева слегка изогнула стройную спину, так что ее выношенная васильково-синяя блузка плотно обтянула тело. Джейми подумал, что она и сама в ней похожа на цветок, хотя это сравнение, напомнил он себе, и нелепо. Утром она попыталась заплести свои непокорные волосы в косу, но сильный ветер и жаркое весеннее солнце свели на нет все ее усилия, так что теперь, в середине дня, они в полном беспорядке болтались, удерживаемые лишь парой шпилек.
Джейми чрезвычайно нравилось то, что предстало его взору. Ева не носила вуалей и шляпок, не прикрывала жеманно рукой фальшивые улыбки. Она обучила своего подопечного владению оружием, а не соблюдению дворцовых обычаев.
– И какие у нас планы? – прервал Рай его размышления. – Намерен выставить себя «очень плохим парнем»?
– Да.
Выскочивший из зарослей заяц напугал Дикона, так что конь стал на дыбы, и Джейми, туже натянув поводья, похлопал его по шее, успокаивая.
– Если Малден будет двигаться теми же темпами, мы скоро подойдем совсем близко к Грейшес-Хиллу.
Попытавшись сменить тему, он почувствовал внимательный взгляд Рая.
– Не думаю, что она верит твоему обещанию оставить ее с одноглазым шотландцем, – заметил напарник.
– Ангус у меня в долгу.
– И что ты ему скажешь? – усмехнулся Рай.
Бывший соотечественник и самый верный, самый беспощадный, самый жестокий из соратников Джейми за последние годы обладал недюжинной силой и весил почти сто килограммов, так что лучшего стража не сыскать.
– Просто объясню, чего хочу от него.
Он оставит ее: пленительную умную бабочку – и никогда больше не увидит.
Они скакали два дня под весенним солнцем, и бóльшую часть времени Роджер, Рай и Джейми обсуждали качество оружия – лезвия и рукоятки клинков, подходящее дерево для луков и все остальное, что могло увеличить его убойную силу.
Гогу доставляло огромное удовольствие общество этих могучих рыцарей в сверкающих доспехах, и никакая сила не способна искоренить в нем это. Несмотря на то что он рос среди монахов, которые пели псалмы и молились, и среди обитателей лесов, которые ели и спаривались, Роджер быстро превращался в мужчину, и этим объяснялась его страстная увлеченность чисто мужскими атрибутами и занятиями. И предотвратить это, увы, не в ее силах.
По утрам сквозь туман пробивалось солнце, наполняя все вокруг свежестью и янтарным сиянием. Свет пробивался сквозь кроны деревьев и походил на золотой дождь. Сочная весенняя зелень и темно-коричневые стволы искрились росой; воздух был чист и прохладен, напоен птичьими трелями. Это было восхитительное время.
По вечерам она обычно усаживалась поближе к огню, который разводил Джейми, выкопав небольшую ямку. Мужчины, включая Роджера, точили оружие и тихо что-то обсуждали, лошади в это время хрустели травой и тихонько ржали.
Вся обстановка приносила умиротворение: и эти спокойные звуки, и эти двое друзей, действовавших вместе как одно целое. Они с Роджером тоже были не разлей вода, только больше пустословили, как признала Ева.
Нет, конечно, она все еще опасалась Джейми и Рая, но тот страх, который возникал и разрастался, особенно по ночам, ушел и больше не преследовал ее.
Иногда с их стороны раздавались тихие взрывы смеха – и это были очень приятные звуки. Еве доставляло удовольствие смотреть на Роджера, страшно гордого, что эти суровые мужчины улыбаются ему. Ей не хотелось ломать голову над тем, что будет дальше: все зависело от Джейми – и от нее самой, ее ночных грез.
Он, как правило, сидел у костра, скрестив ноги, а на коленях у него покачивался меч, который он точил с набожностью мастера своего дела. Слушая Рая или Роджера, он иногда улыбался или вставлял какое-то замечание, а затем его взгляд ловил ее взгляд и не отпускал. И тогда что-то острое и вызывающее трепет вонзалось в нее как раскаленная игла. Выдержать пристальный взгляд Джейми было невероятно трудно. Его мощная энергетика зверя в расцвете сил покоряла; тело, пучок туго натянутых, как струны, мускулов, буквально подчиняло; хищный взгляд завораживал.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 66
