руководства? Кто меня послушает? Нет, кто меня подпустит к этим людям? И там не один человек принимает решение, а целый легион организмов, гниющих заживо. И они не хотят победы в Чечне, иначе действовали бы по-другому.
Одно дело — предотвратить трагедию в Беслане, когда точно известны время и дата, другое — остановить поезд, несущийся в бездну на всех парах…
И все-таки надо подумать, что можно сделать для минимализации потерь. Благо до осени время есть, а у меня в голове остались кое-какие знания меня-взрослого, и от них оторопь брала.
Только в книгах люди с послезнанием способны переломить хребет естественному ходу событий. В реальности все не так. Потому что события — не случайные стечения обстоятельств, а нечто, имеющее под собой фундамент, формировавшийся годами.
Единственный выход — построить свой фундамент, а это десятилетия.
Но как же отвратительно все знать и ничего не делать!
Да, как бы это ни было тошно, придется завести дома телевизор и слушать новости, а не только «КоммерсантЪ» просматривать. Как-никак, я в ответе за мир, события уже меняются, надо следить за новостями. В той реальности в это время «МММ», кажется, еще существовала, но я могу и ошибаться. Что я, интересно, пропустил, переняв привычку меня-взрослого отгораживаться от новостей? Что бы ни пропустил, все равно не узнаю, потому что не помню дат.
Зато отлично знаю, что, когда и как развивалось в Чечне.
Бабушка, между тем, размышляла о судьбе страны, как и многие взрослые, обвиняя во всем Горбачева. Я не говорил ей, что Горбачев, как и любой политический деятель — продукт эпохи, на который есть спрос в обществе. СССР впал в кому задолго до Горбачева силами его предшественников, а Меченый лишь отключил его от аппарата искусственной вентиляции легких вместо того, чтобы грамотно продолжить лечение и пустить по пути, скажем, Китая.
Так считал я-взрослый, я-нынешний не видел причин, чтобы ему не верить. Может, со временем, когда накоплю собственный опыт, мое мнение изменится.
Дальше была сухая сводка новостей: там стреляют, сям бастуют, в Мацумото в результате ночной атаки от зарина погибло пять человек, около двухсот пострадало. Виновник происшедшего — секта «Аум Сенрикё».
— Вот! — воскликнула бабушка, воздев перст. — Черти, везде черти лезут. Вот чего им не жилось, зачем это все?
И правда — зачем? Косил себе бабло, стриг овец, и вроде не весна, не время для обострений. Так, стоп! В той реальности это событие тоже было, но когда? В это же время или нет?
Зло взяло, что я — не обладатель абсолютной памяти, и пользы от моего послезнания в данном случае ноль. Кто выиграет на чемпионате футбола, проходящего в США прямо сейчас, я тоже не помню. Зато знаю, что в 2026 г. чемпионат снова в США, но кто победит, неизвестно — я не дожил.
Не раз меня посещали мысли, погибло ли человечество во время той ядерной войны, или только нам так досталось? Скорее всего — да, иначе не случилось бы этого переноса. Ну, или не погибло, а откатилось в первобытнообщинный строй, и потом какой-нибудь метеорит добил остатки.
Дослушав новости под бабушкины возмущения, я забрал перевод инструкций по эксплуатации машин и рванул к Каналье, рассчитывая застать его дома. Сам поделюсь полезным и узнаю, что там с электричеством, а после с Борей поедем домой и сразу — на базу.
Жутко любопытно было посмотреть, что изменилось в Любке. Если изменилось. Может, в ее случае мироздание бессильно что-либо изменить.
Глава 16
Лазурный берег
Поговорив с бабушкой, я сперва позвонил Каналье — ну а вдруг он ночует у какой-то своей пассии? — а потом, убедившись, что он дома, и я ему не помешаю, отправился к нему.
Вспомнилось, как я первый раз проходил мимо его дома, тогда это было типичное обиталище алкоголика: покосившийся некрашеный забор, облезлые стены, сорняки в рост человека, скрывающие скопившийся во дворе хлам. Теперь же — кованые черные ворота, высокий новый забор, из-за которого выглядывает новенький шифер белого чистого дома. Вон, даже звонок есть, чтобы из-за калитки не кричать. Если бы не мое внушение, влачил бы Леха Каналья жалкое существование. И как его угораздило так опуститься? Нормальный же мужик, с мозгами и руками откуда нужно.
Калитка была открыта, я вошел во двор и увидел голого по пояс Каналью, отжимающегося с выпрыгиванием. Рядом лежали гантели. Чуть дальше стоял его мотоцикл.
— Привет, — поздоровался он, не останавливаясь.
Упал, отжался, выпрыгнул. Взял гантели: удар, удар, упал, отжался, выпрыгнул. И так десять раз. Протезом он научился пользоваться так, что казалось, будто это нога. Только если присмотреться, можно заметить, что гнется она как-то не так, при отжимании отъезжает в сторону, при выпрыгивании стопа и пальцы не пружинят. Как же ему тяжело, наверное!
Закончив, он посмотрел на меня, держащего в руках напечатанные на машинке листы бумаги, и проговорил, вытирая пот.
— Значит, так. Подключение нашего участка, который под автомастерскую, на следующей неделе, они уточнят, когда именно. Цена вопроса, окончательная, тысяча двести долларов.
«Значит, с меня шестьсот», — подумал я и сказал:
— Ты накопил? Пятьдесят на пятьдесят, как договаривались?
— Да. Насчет воды тоже договорился, на все про все двести.
— Значит, с меня семьсот.
Он кивнул.
— Деньги есть, прорвемся.
За подключение требуют не все деньги мира, как предлагал Квазипуп, но все равно ощутимо. Для большинства людей и двести баксов — сумма неподъемная. Все отлично понимают, что если ломить цену, вообще никто не станет платить.
— И можно начинать строить боксы, — продолжил Каналья. — Без спешки, один за другим. Контакты Завирюхина у меня есть, сам с ним обо всем договорюсь.
— А мой участок? — спросил я. — Спрашивал, когда его подключат и за сколько?
Каналья вытер пот и ответил:
— Через неделю после моего подключения, ориентировочно 11–15 июля, ближе к делу скажут. Цена вопроса — тысяча двести, потому что тоже надо устанавливать несколько столбов.
Пятнадцатое июля через две недели. Вот и пролетел первый месяц лета, я его не заметил в хлопотах и заботах. Так и молодость пролетит, не успею глазом моргнуть.
— Но не это главное, — продолжил Каналья вкрадчивым голосом. — Помнишь, ты интересовался участками на заболоченном пустыре в Николаевке? Который возле моря, и его частенько подтапливает?
Я сделал стойку и приложил ладонь к уху — слушаю, мол.
— Планируется выделение земли, причем непонятно кому. Ну, то есть кому — понятно: своим. Резать будут по десять соток. Стоимость земли — сто баксов за сотку, если
