не было видно, зато звон в ушах стоял ещё секунд двадцать. Мужчина позади меня что–то радостно промычал, после чего и вовсе решился меня похвалить:
— Воооот! Вот так лежи и не рыпайся! Так держать!
Почти пять минут я лежал в одной позе, боясь пошевелиться и вновь поменять настроение своего, судя по всему, сокамерника. А то, что мы находимся в камере, я почему–то не сомневался. Здесь было холодно, местами сыро и темно так, что хоть глаз выколи. Уточнять у своего сокамерника место нашей дислокации я не стал, всё по той же причине. Страх получить очередной подзатыльник сильно перевешивал моё любопытство. И как же я ликовал, когда мне было дозволено двигаться:
— Всё, свободен! — мужичок позади радостно хлопнул меня по спине, а затем с моих кистей спали верёвки.
— Чего?.. — я удивлённо поднёс руки к лицу, стараясь их разглядеть, но из–за темноты ничего не увидел.
Стукнув себя по лбу за несообразительность, я как–то по–идиотски заулыбался, поднялся в сидячее положение и повернулся лицом в сторону, где по моим прикидкам должен был находиться мой спаситель:
— Кто ты и зачем мне помог?
— Да хрен его знает! — по звукам мужчина сплюнул на землю и чертыхнулся. — Богиня моя попросила тебе помочь! Уж не знаю зачем ей сдался поганый эльф, судя по всему, ещё и предатель, раз его свои же за решётку упекли… Но воля моей Богини непоколебима и оспаривать её станет лишь глупец! О, великая и добродушная Деметра!..
Последние слова мужчина произносил с явным восхищением и, я бы даже сказал,… фанатизмом. Кого–то мне его фанатизм напоминал и я, кажется, очень хорошо знал, кого именно…
— Во–первых, я не эльф. — спокойно произнёс я. — Человек, совсем недавно попал в Вилестрию.
— Человек? Совсем недавно? — мужчина явно удивился и принялся что–то бубнить себе под нос, словно высчитывая время. — Что–то я совсем запутался в летоисчислении. Не подскажешь мне, какой сейчас год?
Я задумался, стараясь вспомнить, говорил ли о чём–то подобном мой учитель, но на ум ничего не приходило.
— Да хрен его знает. — ответил я, отрекаясь от таких сложных вопросов. — Я тут всего пару дней и ещё не успел ознакомиться с устройством мира.
— Ясненько… А что ты там говорил? Ты… человек? Что за человек? Когда тебя сюда заносили, выглядел ты совсем как эльф! Броня на тебе точняк эльфийская была, да и волосы длиннющие, какие только эльфы носят! И смазливый такой же, совсем как они! Только покоренастей, да поподжаристей…
— Уж извините, я такой, какой есть, но точно не эльф! К ушастым причислять меня не надо. — произнёс я, но одобрения своим словам не получил.
— Нет, что–то мне слабо верится, что ты не эльф! Чем докажешь обратное? — в голосе моего собеседника отчётливо слышалось недоверие.
Я серьёзно призадумался. Как мне доказать, что я не эльф, если мы находимся в полной темноте?.. По прошествии десяти секунд я в очередной раз смачно ударил себя по лбу, за что тут же себя обчертыхал… Вот что я за идиот, раз второй раз забываю про самое очевидное? Всё время полагаюсь только на зрение и слух, а про руки совсем забыл! И ведь ещё хотел заключить сделку с Богиней тьмы… Вот балда!
— Так ты уши мои потрогай. Они у меня обычные, не как у этих… — я показал себе за спину, после чего снова матюгнулся. — Не как у длинноухих!
— Ещё чего! Не хватало мне ещё тебя за уши трогать!.. Я в своё вр… А?.. — мой собеседник вдруг притих, словно к чему–то прислушивался. — Потрогать?.. Точно?.. Воля Богини для меня закон…
— Ты там с кем бормочешь? — попытался я вклиниться в этот словесный монолог, за что тут же отхватил очередной раз по голове. — Ай!
— Не влезай в разговор, когда не просят! Моя Богиня попросила потрогать твои уши! Я не смею ей противиться!
— Ну, так трогай! — нервно проговорил я, потирая нудящий висок, в который мне прилетело кулаком. — И хватит меня лупасить просто так!
Мой сокамерник ничего не ответил. Он лишь молча дотронулся до моих ушей, пробормотал себе под нос что–то невнятное и принялся материться так, как никто из моего окружения раньше не делал. Даже Олекх, весьма падкий на разного рода шестиэтажные завуалированные оскорбления, не позволял себе ТАКИХ высказываний. Закончив эту словесную перепалку с пустотой, мужчина резко успокоился, после чего тяжело и протяжно вздохнул:
— Хорошо… Раз ты некий человек, а не эльф, то можем и поболтать. Как тебя зовут и за что схватили?
— Зовут меня Марк, а схватили за просто так. — честно ответил я. — Шёл вниз по реке, тут появились два длинноухих аборигена и схватили меня, потащили на допрос. Когда узнали, что я человек, так тут же вырубили. Очнулся здесь, ну а дальше… дальше ты знаешь.
— Марк значит… Меня вот Друль звать. А ушастые как всегда, не удивили… — протянул мой сокамерник и замолчал.
— В каком смысле? — с интересом проговорил я, не желая прерывать разговор.
Мне очень хотелось услышать историю своего собеседника, а заодно и узнать больше информации о месте, в котором я очутился.
— Меня как–то совсем так же повязали… Давно это было, что я уже и не припомню, когда именно. Я здесь недалеко жил раньше, на поляне, что в тёмном лесу. Не знаю, может, слышал или видел нечто подобное?
— Поляна? — я чуть было не подскочил от удивления. — В тёмном лесу? Это случайно не тот лес, который охраняет вервольф?
— Вервольф?.. — Друль задумался, словно что–то вспоминая. — Да не было никакого вервольфа… Нет, не о той поляне ты думаешь. А что, в труболесье их несколько теперь?
— Не знаю… Я на одной только был. Чуть выше по реке. Там тёмный лес, за ним ещё один с множеством высоких деревьев, а затем и поляна уже.
— Так это же моя поляна! — судя по звукам, мой собеседник подскочил на ноги. — Ты там был? Как там сейчас дела обстоят?
— Твоя?.. — проговорил я с сомнением. — Слушай, там сейчас мой учитель живёт. Олекх его зовут. Гном, покуривающий друдену… Как он там себя называл?..
— Не слышал про такого. — Друль наотрез отказался слушать про моего учителя, произнеся это, словно презирал даже мимолётное упоминание его имени. — А что за вервольф?
— Да там… — я вдруг остановился, вовремя опомнившись от неожиданной доброты сокамерника и его Богини. — Постой ка, а
