Если ответишь на всё спокойно и честно… Обещаем, что подумаем над тем, отпускать тебя или нет. — в разговор вклинился белобрысый эльф. — И да, парнишка наверху… он с нами.
Я попытался сглотнуть слюну, но во рту пересохло. Вся моя спесь очень быстро улетучилась, а наваждение словно рукой сняло. В голове появилось осознание того, что сейчас происходит и я очень быстро понял, что натворил. Но сознанием я не понимал, почему же я тут оказался, и как сюда попал.
Я всерьёз хотел их убить? Да что за… Я же никогда… Какого хрена я тут делаю?! Почему я тут?..
— Ты язык проглотил, самозванец? — черноволосый эльф слегка повысил тон. — Будешь говорить или по–плохому начнём?
— Самозванец? Почему самозванец? — я удивился. — О чём ты?
— Ты в броне регулярной армии эльфов. Звание… — эльф пригляделся. — Точно! Ротный командир!.. Но двигаешься ты, совсем не как эльф. Даже сопляки в нашем поселении и то лучше по лесу передвигаются. Так что, сам всё расскажешь или как?..
Последние слова эльф произносил с ухмылкой, явно предвкушая что–то не очень хорошее…
— Хорошо! Давайте обсудим! Неприятности мне не нужны! — произнёс я с трясущимися от страха коленками.
Вернувшееся в норму сознание избавило меня от затуманенного разума, а где–то на отголосках сознания я услышал до боли знакомый голос Богини тьмы:
[1] Циркадные ритмы — циклические колебания интенсивности различных биологических процессов, связанные со сменой дня и ночи.
[2] Кукри — национальный нож, используемый непальскими гуркхами.
Глава 15. Лесные, мать их за ногу, эльфы
Эльфы не стали меня допрашивать на месте, решив предварительно отвести подальше от реки, с каждым шагов уводя всё глубже в глухой лес. Предварительно они связали мне руки за спиной и забрали мечи, что исключало мой побег, да я на это и не рассчитывал.
Тихо матерясь себе под нос, я шёл по ночному лесу вслед за черноволосым эльфом, изредка получая себе под лопатки палкой от идущего позади второго представителя расы длинноухих. Но в сложившейся ситуации меня бесило не происходящее со мной сейчас похищение, а скорее то безумство, что творилось в моей голове из–за чёртовой Богини.
— Вот же сука! — вскричал я и чертыхнулся, чем привлёк внимание эльфов, посмотревших на меня с интересом.
Отмахнувшись от своих похитителей, я вновь погрузился в мысли, проклиная тёмную Богиню. Спустя пятнадцать минут странствия, мы остановились у небольшого пригорка рядом с проходом в тёмный и сырой грот. Не заходя внутрь, мы встали у широкого входа, густо заросшего по краям мхом и кустарником. Переглянувшись, эльфы кивнули друг другу, о чём–то договорившись, и посмотрели на самого молодого из их троицы — на парня с короткой причёской. Спустившийся к нам на землю, почти под самый конец нашего пути, русый парнишка, одетый в лохмотья, вдруг встал между нами, и сложил руки в молитвенном жесте, что–то проговаривая. Я уже знал, что он делает, но почему–то его молитва Божеству отличалась от той, что я наблюдал у Олекха.
Слова слетали с его уст, но испарялись в пространстве, так и не добираясь до моих ушей. Я отчётливо видел и даже ощущал, что он что–то говорит, улавливая вибрации в воздухе, но из его рта словно выходила концентрированная… тишина?.. Звуки вокруг стихали один за одним, пока вовсе не пропали, оставив после себя лишь гнетущую пустоту, давящую на мозги своим идеальным спокойствием. Даже капли, спускающиеся со стен грота, не создавали никаких звуков, беззвучно разбиваясь о каменистый пол.
— Готово. — вдруг произнёс парень и посмотрел на черноволосого эльфа взглядом полным уверенности. — Нас никто не услышит.
Черноволосый эльф одобрительно кивнул:
— В этот раз, твой Бог отнёсся к ситуации куда более снисходительно.
Покрасневший парнишка опустил голову и отошёл в сторону, не позволяя себе продолжать стоять между мной и эльфами. Неожиданно в разговор вклинился белобрысый эльф, толкнув в плечо черноволосого:
— Просто, в прошлый раз кто–то постоянно мешался и подшучивал над Суваэлем. Попробуй хоть иногда относится к нему проще, он же ещё молод.
— Молод или нет, иномирцев это никак волновать не будет. Убьют и не поморщатся… — последние слова эльф произнёс с явным презрением и кинул на меня взор полный гнева и пренебрежения. — Боги сегодня к нам снисходительны, а значит, и мы постараемся не причинять тебе серьёзного вреда. Начнём с простых вопросов… Кто ты такой?
«Кто я такой?», — проскочившая в моей голове мысль заставила меня поёжиться. А ведь и в самом деле? Кто я такой? Что им отвечать? Что я Феникс или, что я попал сюда из другого мира? А если сразу прикончат, когда узнают, что я горю под солнцем? Кажется мне, что этот черноволосый длинноухий урод точно замыслил что–то не очень хорошее… Нет, так отвечать нельзя, нужно заставить их задавать более конкретные вопросы, тогда я смогу выдать меньше информации.
— Я не знаю, как правильно ответить на твой вопрос.
Черноволосый эльф улыбнулся и посмотрел на своего напарника:
— Кажется, он решил сыграть с нами в игру. Доставай кинжал.
— Стоп–стоп–стоп! — резко закричал я, прекрасно понимая, к чему клонит длинноухий. — Я в самом деле не знаю, как правильно отвечать на ваш вопрос. Уточните, что вас интересует, и я постараюсь рассказать всё, что знаю!
С лица эльфа сползла улыбка. Он явно надеялся надо мной поиздеваться, а я обломал ему весь кайф. Ох, как бы это не вышло мне боком…
— Арамиль, дай ему возможность ответить на вопросы. — белобрысый кивнул в мою сторону. — Поставь себя на его место, ему сейчас и так хреново.
— Ты слишком сердобольной, Хэйян. — Арамиль скривил лицо, смерив меня презрительным взглядом. — Да и не стану я ставить себя на его место. Никогда в жизни не позволю себе оказаться в подобном положении!
Я улыбнулся. Ох, зря он это сказал! Не знаю, учат ли эльфы своих детей подобному, но я знаю точно, что говорить слово «никогда» нельзя! Обычно все события, идущие следом за подобными фразами, диаметрально противоположны сказанному. Карма никогда не спит и всегда готова поставить заносчивых выскочек на место! Примерно как сейчас ставит меня… Ладно, унывать не стоит! Всё складывается не так плохо, как могло бы! Я уже знаю их имена, пытать меня не собираются, а значит… можно попытаться договориться!
— Чего ты лыбишься? — Арамиль подошёл ко мне и ударил мне в неприкрытый бронёй живот кулаком.
Причём ударил он знатно, как учили, направив всю силу в моё тело. Я едва
