Когда вошедшие расселись около стола, Цакая снял очки, положил их на стол, без предисловий начал:
– Британцы готовят вторжение на Восточные территории. Доказательства только косвенные – но я точно знаю, что будет именно так. Все то, что было до этого, все террористические акты – это всего лишь прелюдия. Основное действие случится в самое ближайшее время. Слушаю ваши предложения…
Если тайный советник Цакая говорил, что так оно и будет, – никто не смел с ним спорить. Будет – значит, будет. Тем более и ошибался он в своих прогнозах редко…
– Как они смогут нейтрализовать армию? – задумчиво проговорил Карадзе. – Ведь если это будет обычная война, армия на армию, флот на флот – они обречены. При отсутствии фактора внезапности преимущество целиком в руках обороняющейся стороны, это классика. Не было ни одного случая, когда было по-другому. Если они не самоубийцы – то как они собираются исключить из уравнения армию и флот?
– Это-то я как раз знаю, – невесело улыбнулся Цакая. – На этот вопрос ответ найти не так-то сложно. Все вы знаете, какую активность в последнее время развили различные некоммерческие организации. Ненасильственное сопротивление – вот тот ключ, который они полагают подходящим для нашего замка.
– Казаки их разгонят, – убежденно проговорил Ковалев. – Все это ненасильственное сопротивление не стоит хорошего удара нагайкой…
– Вы правы, – Цакая к своим обращался подчеркнуто вежливо, только на «вы», – но тут, думаю, будет комбинированная атака. Возможно, будут хорошо вооруженные боевые группы, скорее всего засланные из-за рубежа, – и будет местная массовка, в задачу которой будет входить создание максимальных препятствий в наведении порядка. Потом, думаю, вооружится и массовка, когда станет понятно, что мы утрачиваем контроль над ситуацией. Как только это произойдет – они пойдут ва-банк, высадят крупные экспедиционные силы на охваченную мятежом территорию, флот попытается прикрыть их с моря. Не мне вам напоминать одно из основных правил Берлинского договора – любая территория считается принадлежащей договаривающейся стороне только до тех пор, пока она способна управлять ею и вести ее к процветанию. Если мы не способны управлять Востоком – а это и должен будет продемонстрировать мятеж, – британцы его просто аннексируют. Или будет война – страшная война. Михаил, мы чего-то пропустили?
Михаил почесал жиденькую козлиную бородку, уставился на плоский экран лэптопа, который принес с собой….
– Наблюдается какая-то странная активность… Пока я не могу сказать, относится ли она к рассматриваемой теме, но она наблюдается, и это факт…
Коллежский асессор Круглов, несмотря на свой несерьезный вид, делал много полезного. Вместе с аналитиками он составлял компьютерные программы, позволяющие по мелким, самим по себе ничего не говорящим деталям делать очень серьезные выводы…
– К чему относится эта активность? – поинтересовался Цакая.
– К британцам. Например – в прошлом году персонал британского посольства подал девяносто одну заявку в наш МИД на то, чтобы отправить семью на летний отдых в курортные зоны, расположенные на территории Российской империи. Из них отозвали впоследствии три, остальные поехали. Вы знаете, что в МИДе заведен порядок, согласно которому дипломаты и члены их семей, желающие отправиться в путешествие по России, должны сообщить об этом МИДу для обеспечения безопасности поездки. Кроме того, МИД выделил британскому посольству квоту, сорок семейных путевок в собственные дома отдыха в Константинополе, Крыму, Одессе – и все сорок выкупили и использовали. В этом году подано шестьдесят заявок, из них на сегодняшний день есть отказ на пятьдесят шесть. Причины самые разные – но отказываются все. Или – нами анализируется интенсивность снабжения дипломатических представительств грузами и их номенклатура. Многие посольства, в том числе британское, снабжаются из-за рубежа, опасаясь, что мы подсунем им подслушивающее устройство, которое они не смогут отследить. Так вот. По британскому посольству в последнее время выросло потребление бритвенных станков и пены для бритья – и в то же время резко упало потребление женской косметики и… простите, предметов женской гигиены. Можно сделать вывод, что в британском посольстве стало слишком много мужчин и слишком мало женщин. Данные МИДа это подтверждают – в последнее время прошла целая волна смены сотрудников, причем только младшего и среднего звена, технического персонала. Есть и другие признаки неестественной активности, распечатку я могу представить через час.
Цакая кивнул…
– А североамериканцы?
– То же самое – но в значительно меньших объемах, чем у британцев, раза в три меньших.
– Интересно… – задумчиво проговорил Карадзе. – Получается, британцы готовятся к войне…
– Не к войне, – поправил Ковалев, – иначе бы они начали срочную эвакуацию, под любым предлогом. Это было бы заметно. Но семьи они отправляют.
– Остается один вопрос, – старческим скрипучим голосом проговорил Гирман, и все повернулись к нему: – Как они выведут людей на улицы? Почему люди должны поверить их лозунгам и пойти за ними? Если у них есть столько верных им людей, готовых поддержать мятеж, почему мы не знаем об этом? Даже про десять процентов активистов мы бы знали – среди этих десяти процентов обязательно был бы наш агент и не один. В любой среде, включая и мусульманскую. В конце концов, и мы не лаптем щи хлебаем, простите…
Моисей Аронович гулко закашлялся, отхлебнул воды из стакана. Все молчали, ожидая, пока патриарх сыска продолжит…
– Вот и делаю я вывод, други мои, что на данный момент никакого заговора в широких массах не существует. Да, внедрены на свои места организаторы – но не более. Те, кто будет выходить на площади, бить городовых и участвовать в массовых бесчинствах, до сих пор не знают, что они будут делать именно это. Не знают и не хотят этого делать – сейчас. Должно произойти нечто такое, что подвигнет этих людей выйти на баррикады. Нечто настолько страшное – что дома не сможет остаться ни один правоверный мусульманин. Вот так вот…
Некоторое время все молчали, пытаясь осознать услышанное. И каждый – каждый! – независимо друг от друга пришел к выводу, что старый и мудрый еврей, начальник следственного департамента МВД, тайный советник Моисей Аронович Гирман, прав в своих размышлениях…
– Господа! – подвел итог Цакая. – Высказанную господином Гирманом гипотезу принимаем за рабочую версию и начинаем ее отрабатывать. Господин Круглов, с вас – распечатка наиболее важных событий, которые должны произойти в следующие три недели. Особое внимание – на все, что связано с исламом. Это будет провокация – террористический акт, какого еще не было. Вполне возможно – с применением оружия массового поражения. Господин Ковалев поможет вам профессиональным советом, выделит лучших специалистов…
Ковалев молча кивнул.
– Срок?
– Краткий список без анализа – сегодня, двадцать ноль-ноль, с анализом – завтра, двенадцать ноль-ноль…
Когда речь шла о работе – от разболтанности коллежского асессора Круглова не оставалось и следа…
– Подходит. Далее. После составления списка с вас, господин Ковалев, – меры противодействия террористической угрозе. Придется прикрыть одновременно десяток или даже два объектов, но мы должны это сделать, причем так, чтобы и мышь не проскочила.
– Сделаем, – солидно кивнул Ковалев, хотя, как это сделать, он пока не представлял. Ну и что – за ним целый полицейский департамент…
– Далее. С тебя, Гиви, – грузинам позволялось обращаться друг к другу по имени, в этом не было ничего такого, – усиление контрразведывательного прикрытия британского посольства и посольства САСШ. И всех консульств тоже. Только не переборщи! Не дай им понять, что мы что-то знаем. И придумай легенду. Возьми какого-нибудь второстепенного осведомителя и начни его разрабатывать со скандалом, с шумом. Прессингуй их, генацвале, прессингуй! Только не дай понять, за что именно. Слушай, давай так сделаем. Завтра я тебе строгий выговор объявлю приказом за провалы в контрразведывательном прикрытии посольств. Вот ты и начнешь – огнем дышать. А, каково!!
Впервые за все время Цакая позволил себе проявить хоть какие-то эмоции.
– Спасибо, Каха Несторович… – подчеркнуто сухо ответил Карадзе.
– А, брось. Не обижайся, дорогой… Мы тебе в приказе по министерству за Новый год благодарность объявим. Тебе и всему твоему управлению. И премию дадим – по окладу. Не обижайся! На этом – все, господа, сбор – завтра, в это же время…
Гости начали покидать кабинет. Все, кроме одного. Моисей Аронович, старый и мудрый еврей, остался – так было заведено еще много лет назад. Из всех людей в министерстве Каха Несторович Цакая считал себя вторым по уму, хитрости и коварству. Первое место он оставлял за Гирманом…
