Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 162
– Но, – заметил он, – вряд ли тебе, Леха, хватило бы ума остановиться. На следующий год ты заявился бы снова – и получил по репе.
– На следующий год я бы поставил своего царя в Боспоре, поднял всех варваров по ту сторону Дуная, а сюда привел бы не пять, а пятьдесят тысяч воинов.
– Да их всего тысяч двести, твоих германцев! – возразил Черепанов.
Коршунов пожал плечами:
– Может быть. Но почему только германцы? Есть еще сарматы, бораны, аланы… да мало ли кто! Размер моего войска – вопрос моей личной популярности.
– Справедливо, – кивнул Черепанов. – Но не для всех. Сарматы, например, пойдут только за своим родовым вождем. В первом фракийском – четыре сарматские алы. Максимин с ними еще в мидии воевал. Так что я знаю, что говорю.
– Да мне без разницы, – сказал Коршунов. – Пускай идут за родовым вождем. Лишь бы вождь этот шел за мной.
– А ты заматерел, – не без удовольствия произнес Черепанов.
– Такая жизнь. Положение обязывает. – Последнюю фразу Коршунов произнес по-латыни. – Я, кстати, и женат теперь. Даже дважды.
– Это как?
– Помнишь ту рыженькую, дочку Фретилы? Теперь моя главная жена.
– Поздравляю. А вторая?
– А вторая – любимая. Вот слушай…
И Коршунов поведал другу историю своей любви и всего, что ей сопутствовало.
– Вообще-то я намерен за ней послать, – сказал он в заключение. – Думаю, она обрадуется, узнав, что я теперь буду воевать за Рим, а не против. Она – изрядная патриотка.
– Советую тебе не торопиться, – сказал Черепанов. – Девушки и здесь отменные. Зачем в Тулу самовар выписывать? И кто тогда за имением твоим присматривать будет?
– Да хрен с ним, с имением!
– Ну не скажи…
Тут они посмотрели друг на друга и расхохотались.
– Черт! Леха! Я уже, считай, год по-русски не говорил!
– А я говорил! – с гордостью заявил Коршунов. – С Настей. И с боранами крымскими. Ну так что, поможешь мне человека за ней послать?
– Леха, какой человек! – воскликнул Черепанов. – Ты в Риме! – и добавил с гордостью: – Здесь существует почта. Пошлем письмо – и все дела.
– Отлично! Организуешь?
– Без проблем! – Черепанов привстал: – эй, там! Позовите Мелантия Ингенса!
– Луций, – сказал подполковник, когда кентурион подъехал к повозке. – Алексий хочет отправить письмо жене, в Херсон. Позвать ее сюда, в Мезию. Организуй.
– Организовать можно, – степенно произнес Ингенс-средний. – Только я не советую. Сейчас в море неспокойно. Пираты. Я слыхал: буквально милях в восьмидесяти от устья Данубия, чуть ли не под носом данубийской флотилии, утопили нашу бирему, а купцов ограбили вчистую, хорошо не убили. И варвары… хм-м… ну, может, варвары твою жену и не тронут…
– Спасибо за предупреждение, Мелантий, – поблагодарил Коршунов. – Тогда не одно письмо, а два. Второе – моему другу, боранскому риксу Крикше. Он позаботится, чтобы моя жена плыла не на первом попавшемся корабле, а с хорошим конвоем.
– Твой друг – боранский рикс? – удивился Мелантий. – Но вы же германцы! Неужели германцы теперь дружат с боранами? Это плохо для Империи, – сказал он озабоченно. – Верно, принцепс? Вот и Трогус говорил: слыхал от купцов, что бораны обчистили Питиунд. А раньше мирными были…
– Это он выпотрошил Питиунд. – Черепанов похлопал Коршунова по плечу. – И с боранским риксом тоже дружат не германцы, а наш новый соратник Алексий Виктор. Так что, думаю я, союза германцев и боранов можно пока не опасаться.
– Не уверен, – возразил Коршунов. – Идея была не моя – одного герула. Скулди.
– Это тот, которого ты поставил опционом? – улыбнулся Черепанов. – Видишь, мелантий, каких толковых солдат приобрел наш Август.
– К во ронам Августа! – воскликнул Мелантий. – А вот Максимину это понравится. То, что ты изменил своему правилу вешать варваров.
– Не изменил, – проворчал Черепанов. – Нет правил без исключений.
– Наш принцепс – философ! – с гордостью произнес Мелантий. – А с кем ты еще дружишь, опцион Алексий?
– С сарматами, – сказал Коршунов. – Кое с кем из гепидов…
– А с алеманнами?
Коршунов покачал головой.
– Это хорошо, – сказал Ингенс-средний.
– Почему?
– Потому что этой осенью Максимин собирается задать им трепку, – с неудовольствием произнес Черепанов.
– Тебе это не по нраву? – удивился Мелантий.
– Мне не по нраву то, что об этом знает каждый легионер по эту сторону Данубия, – заявил Черепанов. – Всё. Езжай к своей кентурии. Завтра Алексий отдаст тебе письма.
– Умник, – проворчал подполковник, когда Ингенс-средний отъехал. – Каждый, блин, кентурион теперь стратег.
– А что в этом плохого? – удивился Коршунов.
– Болтают много. Все в этой армии много болтают. Никакого понятия о секретности.
– Ты еще первый отдел здесь организуй! – сыронизировал Коршунов.
– Придет время – организую, – совершенно серьезно ответил Черепанов. – И разведку поставлю как надо. Чтобы такие, как ты, не разводили нас так по-детски. Это очень хорошо, Леха, что мы с тобой встретились. Очень полезную ты мне информацию принес.
– А я уж, дурак, подумал, что ты меня видеть рад! – усмехнулся Коршунов.
– Точно – дурак. Нам здесь жить, Леха. По крайней мере надо быть готовым к тому, что домой мы никогда не вернемся.
– Похоже, ты больше обратно не рвешься, – заметил Коршунов. – Тоже женился, что ли?
– Ну до этого пока не дошло, – уклончиво ответил Геннадий.
– И кто она?
– Дочка здешнего консуляра,[20] Антонина Гордиана-младшего, Корнелия Преста.
– Серьезно? Голубая кровь?
– Угу. Даже царская – по прабабке. И минимум полтыщи лет благородных предков.
– Круто! Она хоть красивая?
– Ты поухмыляйся еще – враз по зубам получишь! – посулил Черепанов, демонстрируя кулак.
– Ну прости! – с покаянным видом проговорил Алексей. – Не знал, что у вас так серьезно. А родители ее как, не против?
– А хрен его знает. С папашей мы вроде в приличных отношениях… Но они и впрямь – крутая аристократия. Дед ее вообще проконсул Африки. В общем, проблемы могут быть…
– А сама девушка?
– Мы переписываемся, – скромно ответил принцепс.
– А сколько ей лет? – полюбопытствовал Алексей.
– Восемнадцать. Будет.
«Надо же, – подумал Коршунов. – Грозный подполковник Черепанов состоит в переписке с семнадцатилетней девчонкой. Романтика!»
Впрочем, вслух Алексей сказал другое:
– А она хоть в курсе твоего отношения к ней?
– Ну, в принципе, наверное, да.
– Ну ты, принцепс, даешь! – сказал Коршунов. – Легких путей не ищешь.
– Ты – тоже. А скажи: парнишка этот, как его, Книва, что с ним?
– Живой. Я его очень вовремя отослал домой. Не пустым. Кстати, если тебе нужны деньги, имей в виду: я здесь хорошо поднялся. У меня даже трирема есть. Правда, трофейная, – уточнил он. – Твое руководство может конфисковать, если увидит. Но ее можно перекрасить. И замаскировать. Организовать ей, скажем, приписку в феодосийском порту. У меня в Боспоре хорошие связи.
– Там сейчас, по-моему, что-то типа гражданской войны?
– Угу. Мы с претендентом, его Фарсанзом зовут, в союзе.
– Наш пострел везде поспел, – проворчал Черепанов. – Я тебя об одном прошу: когда буду представлять тебя начальству – помалкивай.
– Ну я же не идиот! – обиделся Коршунов. – Кстати, один из тех, кого ты великодушно помиловал, – Сигисбарн, Книвин старший братан. А самый старший братан – Агилмунд – вообще моя правая рука. Надежнейший мужик.
– Это он в Цекуле твоего оппонента зарубил? – осведомился Черепанов.
– Нет, другой. Ахвизра. Помнишь другого парня, Нидаду, которого на болоте перед нашим спускаемым аппаратом зарезали? Ахвизра – его старший брат. И мой лучший разведчик. Вы с ним наверняка подружитесь…
– Так! – прервал его Черепанов. – Давай-ка определимся, Леха. Дружить я буду с тобой. По старой памяти. Все остальные – мои солдаты. И только так. И если кто-то из твоих парней решит, что мы с ним в приятелях – по старой памяти, я его круто разочарую. Есть такое слово – субординация. Может, слыхал?
Глава четвертая
Агилмунд, Сигисбарн и прочие варвары
– Это же Гееннах! – возбужденно воскликнул Сигисбарн. – Я его узнал!
– Тот самый, кого захватили квеманы? – уточнил Агилмунд.
– Он! Я знаю! Я с ним боролся!
Оба брата шли в конце обоза, рядом с повозкой, на которой лежал Ахвизра.
– Значит, прав был Овида-жрец, когда сказал: не совладать квеманам с таким, как Гееннах, – степенно ответил Агилмунд. – Это удача Аласейи привела к нам Гееннаха.
– Хороша удача! – возмутился Ахвизра и даже привстал, несмотря на слабость. – Скулди говорит: это Гееннах, которого теперь зовут принцепсом, погнался за нами. Если бы не он, мы бы уже плыли домой. Вместе с добычей! – сказал – и откинулся на солому, тяжело дыша. Хоть и поправлялся Ахвизра, но был еще очень слаб.
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 162
