повышением! Это же на зарплату тоже повлияет? Какая там разница в деньгах между сержантом и старшим сержантом?..
Он отключился, не дожидаясь ответа.
Я положил трубку на рычаг и уставился в потолок.
— Ну и ночка, — прошептал я в темноту. — Сначала якудза с ножами, потом Эдгар, потом Ракитин с его вербовкой, Дядя Миша с квартирой, а теперь ещё и Трамп в гольф зовёт.
Я полежал ещё минуту, пытаясь осмыслить, но мозг отказывался работать. Организм требовал одного — сна.
— Тиммейт, — позвал я, надевая гарнитуру. — Ты ещё тут?
— Всегда тут, Четвёртый, — мгновенно отозвался он. — Слышал ваш разговор. Рекомендую изучить основы этикета в гольфе. У меня есть база данных по протоколу для встреч на высшем уровне.
— Успеется, — зевнул я. — Лучше скажи, гран-при идёт по плану?
— По плану, Четвёртый. Второй раунд начался. Пять пар, один в автоматическом финале. Слежу.
— Добро. Тогда я спать. Буди меня в десять.
— Принято. Добрых снов.
Я отключил гарнитуру, вырубил свет и провалился в темноту. И снова — без снов, без видений, с одной только мыслью: завтра я играю в гольф с президентом США. С ума сойти…
И я невольно задумался, почему с Президентами я могу говорить, а с Оракулом нет?..
Глава 19
Трамп-пам-пам
— … С ума сойти, — повторил я вслух, проваливаясь в сон.
Но, видимо, вселенная решила, что на сегодня лимит «сумасшествия» исчерпан не был. Потому что разбудила меня настойчивая трель в дверь ровно в восемь утра.
— Кого там леший несёт? — пробурчал я, нащупывая халат и выходя к гостю, пряча в полах халата вакидзаси.
На пороге стоял немолодой мужчина в отлично сидящем тёмно-синем, приталенном костюме. За его спиной маячили двое парней с огромными чехлами для одежды и парой коробок.
— Мистер Кузнецов? — осведомился мужчина с лёгким акцентом. — Меня зовут Педро. Я ваш стилист на сегодня.
— Стилист? — я моргнул, пытаясь проснуться. — Я похож на человека, которому нужен стилист?
«И что за фигня такая, если стилист, то обязательно какой-то "педро»?
Педро окинул меня взглядом: мятый халат, взъерошенные волосы, трёхдневная щетина, синяки под глазами.
— Сеньор, вы похожи на человека, которому срочно нужен стилист, кофеин и, возможно, небольшое чудо. Но с первыми двумя мы справимся сами.
Он поманил пальцами стоящих у него за спиной, и его помощники внесли вещи в номер.
— Агент Митчелл был прав, говоря о ваших габаритах, — Педро деловито расстегнул первый чехол. — Мы привезли три варианта. Выбирать будете вы, но я рекомендую вот этот.
Из чехла появился костюм. Тёмно-синий, почти чёрный, из шерсти. Пиджак выглядел как лёгкий, без лишней структуры, но при этом хорошо сидел на моих плечах.
— Loro Piana, — благоговейно произнёс Педро. — Мягче шёлка, теплее кашемира. Пуленепробиваемых свойств, к сожалению, не заявлено, но на гольфе это обычно не требуется.
— Обычно, — хмыкнул я. — А у меня всё не как у людей.
— Под него, — продолжил Педро, не обращая внимания на мою иронию, — рубашка. Белая, хлопок, воротник на пуговицах. На ноги брюки и туфли.
Он извлёк коробку с кожаными туфлями цвета тёмного мокко и показал их мне, подошва была с небольшими шипами.
— Это для гольфа, сеньор. В обычной обуви на поле нельзя, она газон портит.
Помощники тем временем раскладывали остальное: носки, ремень, запонки с какими-то скромными камнями, и даже часы — массивные, и явно не дешёвые, в серебряном корпусе, на таком же серебряном цепном крепеже.
— Одежду и часы Rolex Submariner можете оставить себе, — махнул рукой Педро. — Это подарок от организаторов встречи.
Я взял часы в руки, ощущая их тяжесть. У меня таких отродясь не было. А в них наверняка жучок, или трекер слежения. Или микро бомба на случай, если я решу убить президента, чтоб мне руку оторвало. По прибытию в Россию отдам на проверку.
— А это что? — кивнул я на вторую коробку.
— Это, сеньор, ваша защита от солнца, — Педро достал из коробки песочного цвета кепку. Гольф-кепку со скошенным козырьком, мягким верхом и вентиляционными отверстиями по бокам. — Президент сам почти всегда в кепке играет, — пояснил Педро. — Так что, если будете с ним фотографироваться — можете не снимать, а если снимете — тоже ничего страшного.
Я покрутил кепку в руках. Дорогая, наверное, с логотипом «Т» на липучке сзади.
И вот, два часа спустя я стоял перед зеркалом и не узнавал себя. Пиджака на мне уже не было — Педро объяснил, что играть будут в поло, и пиджак пригодится только для фото и обеда. Светло-серая рубашка-поло (да, в последний момент выбрали другой цвет, потому что «в синем вы похожи на охранника, сеньор, простите за прямоту»), бежевые брюки для гольфа, эти самые туфли с шипами, кепка на голове, сдвинутая чуть назад, чтобы не давила на лоб.
— Боже, — сказал я своему отражению. — Я похож на пенсионера из Флориды, который выиграл в лотерею и теперь учится тратить деньги.
— Вы похожи на респектабельного человека, — поправил Педро, собирая свои причиндалы. — Который может позволить себе играть в гольф с президентом. Это разные вещи.
Убив прилично так моего времени, Педро и его прикентовка, наконец-то покинули мой номер, а я подошёл к сейфу, встроенному в стену номера, и вывалил содержимое моего рюкзака на кровать. Деньги в размере 14 с половиной тысяч баксов. Телефон якудзы, телефон Эдгара, мой новый телефон, Тиммейт, дрон, провода и мой старый мобильник. Всё это надо было спрятать в сейф, потому как тот же Тиммейт слишком важен, чтобы его протерять. А гран-при убийц ещё не закончилось.
Я убрал деньги в конверт и сунул в сейф. Туда же отправил все телефоны.
Свой телефон я проверил ещё раз. Тиммейт обещал, что теперь его не отследят даже спецслужбы, если я не включу глупые приложения. Батарея вроде полная. Связь есть.
В сейфе осталось лежать состояние, за которое в Майами можно купить подержанную машину, и устройство, способное устроить апокалипсис в цифровом мире. Я посмотрел на всё, что там было, и произнёс:
— Тиммейт, ты можешь сделать замыкание своих батарей?
— Могу, и это приведёт к уничтожению меня и воспламенению всего вокруг.
—
