роскошных ресторанах. Да и я в прошлой жизни тоже в них не бывал — это тут, в этой жизни у меня все по-другому. В той жизни я был мелким предпринимателем, а в этой жизни я долларовый миллионер. Но проку от этого мне мало — единственный плюс — я реально командую крупным предприятием, которое воплощает в жизнь мои прогрессорские задумки. Ну и опять — они не лично для меня, а для моей нынешней страны. Я уже давно понял, что это другой мир, хотя очень похожий на мой. Мне как-то не верится, что мне дали такой бонус прожить еще одну жизнь за просто так. Видимо моя прогрессорская деятельность и нужна для этого мира.
Ну, это я отвлекся, надо с Ольгой выбирать блюда, чем будем ужинать. Я сам в них плаваю, но кое с чем уже знаком, сразу признался ей в этом. Подходит официант, я его откровенно спрашиваю, что он нам порекомендует на сегодня. Ну, он и быстро выдал набор блюд для нашего ужина, мы посмотрели друг на друга с Ольгой и кивнули головой в знак согласия.
За ужином выпили по бокалу вина, заиграл оркестр, я пригласил свою подругу танцевать. Она явно тут была фавориткой, самой красивой девушкой, чем я несказанно гордился. Когда мы сели отдохнуть, к нам подошел импресарио оркестра, Семен Будницкий.
— Валерий Иванович, порадуете нас сегодня новинками? — спросил он, поздоровавшись с нами.
— Нет Семен, на этот раз я просто отдыхаю с красивой девушкой. И она инженер, а не певица — ответил я.
— Прошу прощения, но такой красотке место только на сцене — сделал комплимент Семен и поклонившись, удалился.
— Это импресарио оркестра Семен Будницкий, я иногда тут пел — представлял свои новые песни — объяснил я Ольге. — Часто бывал тут с разными певицами, и они пели, представляли мои новые песни. В том числе и мои секретарши. Ты первая девушка-инженер за моим столиком, которая не поет.
— Ну надо же! — иронично улыбнулась Ольга. — Хоть в чем-то я первая.
— Но ты самая красивая девушка, с которой я тут бывал — тут же я сделал ей комплимент.
— Продолжай, не останавливайся — улыбнулась Ольга.
— Пойдем потанцуем — улыбнувшись, я пригласил её и мы пошли кружиться в танце.
Проводы
Субботу мы провели дома, гуляли по парку, плавали в бассейне, парились с вениками в сауне. На ужин наш повар нам приготовил настоящий пир.
— Валера, тут готовят вкуснее, чем в ресторане! — удивилась Ольга, смакуя очередной кулинарный шедевр нашего повара.
— Ну наверно это потому, что тут делают штучный товар, а в ресторане товар массовый — улыбнулся я.
После ужина мы устроили еще одну прогулку по парку, разговоры непрерывно перетекали с темы на тему, мы шагали медленным шагом, прижавшись к друг другу. Но надо было укладываться спать — завтра с утра в дорогу.
Мы устроились в моей спальне, взрыв эмоций выразился в наших любовных забавах. Утомленные мы уснули, прижавшись к друг другу.
Утро у нас опять началось с жаркой любовной игры, мы с сожалением оторвались друг от друга, Ольга ушла в свою спальню собираться в дорогу.
Майор договорился со службой безопасности аэропорта Домодедово, поэтому мы на моем ЗиЛ-114К подъехали к трапу самолета, Ольга вышла из машины, майор любезно открыл ей дверь. Следом за ней вышел я, поцеловал ее на прощание и она, гордо подняв голову, сияя на солнце мехом своей собольей шубки, бриллиантами в своих ушах и на руке, поднялась по трапу в самолет.
Представляю, сколько теперь разговоров будет о ней у пассажиров. Таинственная красавица одним словом, и одета как дочь члена Политбюро.
Работа
Занялся делами — накопилось достаточно нерешенных проблем. Потратил на их разрешение неделю, ну а в моем санатории «Лесная сказка» разворачивалась эпопея с переездом наших отделов на площадку «Позитрона». Машины с оборудованием сновали одна за одной, наш комендант каждую проверял — сверял оборудование с накладными, потом сажал в машину своего охранника, он должен был сопровождать ее на площадку «Позитрона» и передать ее уже местной охране для последующей разгрузки.
Я решил оставить программистов у себя, пока они не оформятся как самостоятельные подразделения со стройной вертикалью управления. Пока у меня были под рукой только системщики по оболочке «Окна», они уже приступили к работе. С освобождением корпусов они расширяли свои занимаемые площади. Мы ежедневно с ними устраивали семинары, поднимали неясные вопросы, вместе искали ответы, ну и я копался в своей памяти, вытаскивая оттуда ответы. Работа над оболочкой «Окна» активно развивалась, все новые и новые люди, принятые на работу, подключались к ней — объем работы был очень большим. Но с каждым днем оставалось все меньше невыясненных вопросов, начиналась работа над самой оболочкой «Окна». Само собой я выдавал данные из своей памяти, которые имелись в открытом доступе, по всем операционкам Windows были достаточно полные описания в интернете, как и учебники по ним. Но это все являлось материалом для написания технического задания и спецификаций, но никак не для создания ее копий. Для совместной работы над этой оболочкой с институтом Кибернетики совместными усилиями была создана система для проведения видеоконференций через интернет, аппаратура имелась, сделали адаптер для телекамеры и программное обеспечение. И производительность труда резко скакнула вверх — стали проводить совместные семинары с институтом Кибернетики. Через месяц я уже стал не нужен — все вопросы были утрясены, программисты приступили к написанию программ самой оболочки «Окна». За мной будет приемка результатов работы как пользователя.
Глава 27
Даша за три недели отошла от шока, вызванного разоблачением брачного афериста, была готова к работе. Мы продолжили записывать английский вариант «Кода Да Винчи», и за месяц его закончили. Она приезжала ко мне утром на пару часов, потом уезжала к себе домой — там на своем компьютере печатала расшифровки своих записей.
— Надо будет познакомить Ольгу с ней, как, впрочем, и с другими моими бывшими любовницами-певицами, чтобы это не было сюрпризом для нее. У меня с ними хорошие дружеские отношения, и даже партнерские — как композитор я пишу для них песни.
Ольга вернулась из Бердска через неделю — навсегда покинула этот гостеприимный город, как она сказала. Поселилась в свою квартиру — туда снесла все свои вещи.
— Пока ты мне не муж, поэтому буду жить у себя — сказала она,
