– Так то ж бой-то проходил на минимальных дистанциях в стесненных условиях, промеж минных полей и берегом, и без всякого маневрирования. Почти каждый залп – попадание, – вставил свои пять копеек в разговор артиллерийский офицер лейтенант Райский. – У немцев и дальномеры лучше наших. Да и экипаж не первый год на этом корабле службу нес.
– Ну и что, что дальномеры лучше и экипаж опытней, а мы его уделали и на дно пустили.
– Нет, не мы, а вот они, – показал на впереди идущую «Екатерину» Райский. – А в одном ты прав, мичман. Не будь нас поблизости, возможно, германский адмирал поступил бы по-другому. Мог обойти Новицкого и проскочить в пролив южнее или отойти на север к болгарским берегам, а с рассветом предпринять попытку прорыва. Но вышло так, как вышло.
Я только хотел встрять в разговор двух офицеров, один из которых только год назад получил свои мичманские погоны и поэтому был более эмоционален в разговоре.
– Ваше превосходительство, – услышал я голос Никишина, – с «Кагула» передают, что впереди по курсу множество дымов.
– Множество дымов, говоришь.
– Так точно, ваше превосходительство.
Я навел бинокль в указанном направлении. Со стороны Крыма, берега которого уже стали вырисовываться на горизонте, показались дымы. Создавалось впечатление, что навстречу движется большой конвой транспортных судов.
– Да тут нам торжественную встречу организовали, – проговорил Кузнецов, разглядывая, как и я, дымы на горизонте. – В Севастополе народ узнал о нашей победе.
– Это Владимир Константинович расстарался.
По мере сближения нам открылась красочная картина. Горизонт заполонило несколько десятков всевозможных плавсредств, начиная от яхт и шхун и заканчивая портовыми буксирами и небольшими пароходами, расцвеченными флагами.
– Как бы кто под форштевень не попал, – забеспокоился Кузнецов.
– Мы князя Трубецкого вперед вышлем. Он своими эсминцами оттеснит этот табор в сторону, освобождая нам путь.
Я вновь стал рассматривать идущие навстречу суда. Впереди всего этого табора, распустив за собой длинный султан дыма, мчался эсминец «Живой» под контр-адмиральским флагом.
Вот и Владимир Константинович не усидел в своем кабинете, вышел нас встречать, рассуждал я, глядя на эсминец. По большому счету эту торжественную встречу мы заслужили. Главная угроза со стороны германо-турецкого флота ликвидирована, почему же народу не порадоваться. А вот это мысль. Надо отдать распоряжение по флоту, чтобы при подходе к Севастополю произвести салют из двенадцати залпов.
Эпопея с поимкой и уничтожением «Гебена» закончилась, теперь начнется другая. Впереди Черноморский флот ждет Босфор и Царьград.
Репетичный корабль – корабль, специально назначенный для репетования (повторения) передаваемых сигналов, в том числе и радиосредствами.
При министерстве было создано Главное управление военных сообщений. В его состав входили: Управление путей сообщения с отделами: железнодорожно-эксплуатационным, железнодорожно-строительным, водных, шоссейных и грунтовых дорог, а также отдел воинских перевозок и почтово-телеграфная служба.
Примерно такой же случай после атаки самолета 12 марта 1916 г. возле города Зонгулдака случился с подводной лодкой «Морж» Погорецкого. Только тогда после разрыва бомбы была смята головная часть торпеды.
По официальной советской версии, причиной гибели субмарины стал огонь носового орудия эсминца «Азард», за что командир корабля Н.Н. Несвицкий и комендор С.Е. Богов награждены орденами Красного Знамени.
Александр Маркович Абакумов родился в 1823 г. в Тверской губернии. В конце 1851 г. призван во флот. В 1852 г. участвовал в боевых действиях против горцев. Попал в плен к черкесам, но через 10 дней бежал. В 1853 г. – матрос 2-й статьи парусного линейного корабля «Императрица Мария». Участвовал в морском бою под Синопом. Принимал участие в обороне Севастополя. В 1856 г. – уволен с флота. В 1877–1878 гг. – участвовал в Русско-турецкой войне, в сражении под Плев-ной. 30 октября 1914 г. пишет прошение царю, чтобы ему разрешили вступить добровольцем в армию. С 19 декабря 1914 г. зачислен во 2-й Балтийский флотский экипаж, 29 апреля 1915 г. отправлен на линейный корабль «Императрица Мария» на Черноморский флот. 19 мая 1915 г. предписанием штаба флота Черного моря зачислен в экипаж линейного корабля «Императрица Мария», матрос 2-й статьи, матрос 1-й статьи, боцманмат, кондуктор. На корабле конкретных обязанностей не нес, должен был рассказами поднимать боевой дух личного состава. В январе 1916 г. пожалован чин подпоручика по адмиралтейству. А ему шел 93-й год. После революции его следы теряются, и дальнейшая судьба неизвестна.
В РИ за все время войны Форстманн потопил 162 судна общим водоизмещением 437 675 тонн.
