кавалеристы обратились в паническое бегство. Переправившийся полк был уничтожен полностью. Единственная кавалерийская дивизия Веллингтона в первом же бою потеряла треть состава. Кампания началась крайне неудачно.
Маршал понял, что противник в курсе его замыслов. Планы пришлось срочно менять. Сложность была в том, что Уна имела ширину около 200 метров и глубину в 3–4 метра. Бродов на ней не было. Вернее, они были, но только летом. А весной, по высокой воде бродов не было.
Веллингтон направил свои три пехотные дивизии к трем ближайшим мостам: в городок Новы-Град в 25 километрах выше по течению Уны, в Казарскую Дубицу в 20 километрах ниже и в Устице, еще в 12 километрах ниже, при впадении Уны в полноводную Саву.
Поскольку дорога к этим селениям проходит по берегу Уны, русские увидят маневр и растянут свои силы вдоль реки. А кавалерийскую дивизию он решил скрытно вывести к реке между Костаницей и Дубицей, чтобы форсировать реку вплавь. Затем нанести удар кавалерией по силам русских в Дубице и захватить мост.
Новый план частично удался. Генерал Оболенский расставил артиллерийские и ракетные батареи от Новы Града до Дубицы вдоль реки на холмах и обстрелял двигающиеся по дороге колонны англичан. Полкам пришлось уйти с хорошей дороги в холмы по лесным тропам, таща за собой через лес обозы. Когда англичане подтягивали свою артиллерию, русские давали по ней несколько залпов и уходили за холмы. В итоге перегруппировка заняла вместо запланированных двух дней целую неделю. Пехота и артиллерия понесли существенные потери.
Лишь 15 мая кавалерийская дивизия Веллингтона вплавь переправилась через Уну. Русские обстреляли с холмов ракетами и снарядами переправляющиеся полки, а затем отступили лесными дорогами, прикрывшись арьергардами драгун. В ближний бой они предпочли не вступать.
Атакуя русский пехотный полк, прикрывавший мост в Дубице, английские кавалеристы снова понесли потери. А русские снова отступили, прикрывшись арьергардами. Впрочем, мост они все равно взорвали. Как и мост в Устьице. Саперы Веллингтона восстанавливали мост еще три дня.
Поступившие в инженерный полк пехотной дивизии Оболенского новейшие фугасы, взрываемые электричеством по медным проводам, проявили себя наилучшим образом. Ни один мост целым англичанам не достался, все они были взорваны вместе с атакующим противником.
Пока англичане восстанавливали мост через Уну, Оболенский подготовил следующий оборонительный рубеж по малой речке Раковице в 8 километрах за Дубицей. Речка хотя и малая, но с топким дном и крутыми берегами. К тому же за ней располагалась гряда холмов, на которых с удобством разместились дивизионные артполки.
При форсировании речки англичанам снова пустили кровь. Понятное дело, все мосты и броды заминировали и взорвали их под англичанами. На Раковице Веллингтона задержали на два дня.
Следующий рубеж был уже подготовлен на речке с названием Речка, в 10 километрах за Раковицей.
Англичанам пришлось прорывать оборонительные рубежи еще на двух крупных реках и 11 мелких, неся потери от артиллерийского и ракетного огня на каждом из рубежей. Склады боеприпасов и продовольствия на этих рубежах Оболенский подготовил заранее, так что русские дивизии отступали налегке, аангличане тащили свои обозы за собой.
Боснийские полки ушли в леса нагорья и принялись оттуда налетами грабить и уничтожать английские продовольственные и санитарные обозы. Как только англичане переправлялись через очередную речку крупными силами, русские отступали, не принимая ближнего боя.
Семнадцатого июня к Оболенскому прибыли гонцы от командующего 3-й армией генерала Шольца с сообщением, что французы через два дня выходят на равнину. Англичанам еще оставалось пройти до Модрича почти 30 километров и взять еще два оборонительных рубежа, но Оболенский приказал отступить, согласно плана Генштаба, на соединение к Шольцу, чтобы не быть отрезанным от главных сил.
У Веллингтона в строю осталось лишь 12 тысяч пехоты и 4 тысячи конницы. То есть чуть больше пехотной дивизии и половина кавалерийской. Поскольку потери корпуса Оболенского были минимальны, силы сторон сравнялись.
* * *
Задача 2-го корпуса 2-й Киевской армии была наиболее сложной. Пока 3-я армия и 1-й корпус будут с боями отступать через территорию Боснии, 2-й корпус под командованием генерала Качалова должен был жесткой обороной по реке Сава сдерживать наиболее многочисленную австрийскую армию. Эта задача несколько облегчалась двумя факторами: Сава была крупной рекой шириной 300–400 метров с быстрым течением, что весьма затрудняло ее форсирование. А во-вторых, войска Качалова имели более чем достаточно времени для инженерного оборудования оборонительной линии.
Осложняющим обстоятельством было то, что корпус в составе трех пехотных, одной кавалерийской и двух иррегулярных дивизий должен был оборонять весьма длинный фронт от местечка Брчко до селения Шабац протяженностью 116 километров. И на таком длинном фронте насчитывающему 44 тысячи человек, без учета иррегуляров, корпусу предстояло противостоять не менее чем 200-тысячной австрийской армии.
От Шабаца до столицы Сербии Белграда, расположенного на впадении Савы в Дунай, фронт несколько меньшей длины обороняла Одесская армия в составе пяти пехотных, одной кавалерийской и четырех иррегулярных дивизий.
В начале февраля в штаб армии прибыл сам министр обороны великий князь Михаил Павлович, а потому оборона строилась по уставам, написанным по меркам ХХ века. За этим министр обороны следил неукоснительно, а ленивых командиров карал безжалостно.
Весь февраль, март и апрель корпус Качалова в полном составе, вместе с боснийскими иррегулярами и привлеченным местным населением строил укрепления. Правый берег Савы был, в основном, выше левого. По краю берегового обрыва отрыли сплошную линию окопов полного профиля. В километре от реки – вторую линию. Между ними через каждый километр – ходы сообщения.
Через каждые 4 километра построили опорный пункт стрелкового батальона с приданными ему пушечной, гаубичной и ракетной батареями. Всего 28 опорных пунктов.
Для размещения артиллерии инженерные батальоны построили капониры. Капониры с развернутыми на 45 градусов относительно реки амбразурами позволяли накрыть перекрестным фланкирующим артогнем любую точку как на правом, так и на левом берегу реки, в случае попытки наведения переправ противником. В то же время русские пушки оставались неуязвимыми для противника, поскольку лобовые и верхние защитные толщи капониров были непробиваемы для австрийской артиллерии.
Стрелки, переместившись по окопам к месту переправы, могли встретить противника винтовочным и ружейным огнем в лоб. Все деревья и кустарники, растущие у берегового среза, вырубили и воткнули ветки вдоль окопов. К началу мая ивовые хворостины принялись и опушились густой зеленью, маскируя окопы.
Личный состав построил для себя жилые блиндажи. Инженеры оборудовали полковые и дивизионные наблюдательные и командные пункты. Все опорные, наблюдательные и командные пункты соединили телеграфными линиями. Командные пункты министра обороны и командира корпуса построили в центре позиции у местечка Богатич,
