лицами. Нас ребят всех поселили в четырёхместном, а тренера с Кауфманом старшим — в двухместном номере.
— Обычный совдеповский номер, — подумал я, оценивая покрашенные до половины и побеленные выше стены и потолок, ситцевые занавески и отсутствие холодильника, и отметил про себя, что подход к качеству жизни надо менять. Тут такое качество считается нормой, а одинаковость и единообразие — стандартом. Все города, кроме исторически древних, были похожи, как близнецы-братья. И гостиница «Калуга», была похожа на нашу гостиницу «Владивосток».
* * *
Наш тренер нам не давал нюансов самбо. Основы и приёмы давал, физику давал, а нбансы — не давал. Наверное, поэтому иногда отдавал нас Динамовскому тренеру Полукарову. Вот тот — да. Хорошо давал самбо. А Городецкий, действительно, не стремился к вершинам тренерского Олимпа, понимая, что заслуженного тренера он не получит. Не было у нас самородков. Сильные и амбициозные ребята были и краевые соревнования мы выигрывали, и даже «зону», но выше. Выше стоял и другие тренера: Полукаров из Динамо и Сарванов из «Буревестника». А там тренировались и дети, и юноши, и юниоры, и взрослые. Тренировались и вырастали до мастеров международного класса. Как, например, динамовец Халиулин, Бузин, Аксёнов, Халанский из «Буревестника».
Мы тренировались и боролись по принципу: «копай глубже, кидай дальше» и постигали принципы борьбы методом проб и ошибок, иногда самостоятельно придумывая контрприёмы. Кстати, об основном принципе самбо «переходе от приёму к приёму» я догадался сам. Это делали, но об этом, как об основном принципе самбо не говорили.
Потом я понял, что способ обучения плаванью «бросить в воду и пусть делает что хочет», меня приучил мыслить и комбинировать. Я стал большим выдумщиком на ковре и стал выигрывать схватки. Правда, боролся я относительно не долго. В той жизни недолго. В карате ушёл. Однако в этой жизни карате меня, как спорт не интересовало. Я продолжал упорно думать до самой ночи и почти до утра, так как уснуть не мог. И я решил отдать всю свою жизнь самбо. Хм! Тренерской работе. А для этого нужно кровь из носу взять призовое место на этом турнире. И не просто призовое, а минимум второе.
* * *
[1] При наличии у спортсмена первого «юношеского» разряда по достижении им девятнадцати лет, этот разряд «превращается» во второй «взрослый».
Глава 3
Кутьин был прав, когда говорил о моём не борцовском росте. Чем выше рост, чем выше находится центр тяжести от точки опоры, то есть — ног, тем меньше устойчиво человеческое тело. Но я был гибкий, как берёза, чему способствовала не перекачанная мускулатура и крепкие связки, и поэтому не напряжён в торсе, а это означало, что вывести меня из равновесия было труднее, чем малорослого крепыша. И моторная реакция у меня была высокая и в детстве, и потом. Тело само реагировало на внешние раздражители. Как у кошки.
В последствии это не раз спасало мою жизнь, когда я успевал уклониться, или отпрыгнуть от опасности. Например, совсем недавно, я так «ушёл» от движущегося на меня автомобиля на пешеходном переходе, когда я шагнул, резко и мгновенно остановился и отпрыгнул назад более, чем на метр. И это в мои-то годы, хе-хе.
Вообще резко и мгновенно останавливаться это у меня было что-то животное. Говорят, что так останавливаются, замирая козы на горных уступах. Вот и я мог на мгновение замереть в самой интересной позе, если вдруг мне под ноги в торговом центре бросался ребёнок, или кто-то резко шёл назад. Не было случая, чтобы я на кого-то наткнулся. А мой прыжок-кульбит, когда мне на бегу наперерез из-за киоска «Союзпечать» выскочил малыш. Тут я остановиться физически не мог, и тело само решило перепрыгнуть препятствие, нырнув через него ласточкой, а потом сделав кувырок. Это я к автобусу рванул. Лет двадцать пять мне тогда было. И ведь тогда меня ещё никакие «спецназеры» не тренировали.
И в борьбе моё тело реагировало само. Как только я начинал планировать, что буду делать и размышлять, я проигрывал. А вот силы мне не хватало, да-а-а… А тут на первенстве ребята, я помнил, очень крепкие. Я тогда проиграл такому, который трепал меня, как Тузик грелку. Мне удавалось ловить его на контрприёмы. И я тогда чуть было не выиграл, но проиграл с разницей два очка. И это был, кстати, не Кутьин-младший. Кутьин даже из своей группы не вышел. А я тогда чуть было призовое место не взял. Взял только пятое. Тренер упорно спорил с судьями, что-то доказывая на пальцах и, тыча им в нос какие-то бумажки с фамилиями и карандашными пометками, но те в своём решении остались непреклонными. Дальше меня просто не пустили, а пропустили… Кутьина. Городецкий рвал и метал и я теперь понимаю почему. Он реально мог стать тренером призёра уровня СССР.
Утром я проснулся разбитый и с признаками ангины в горле. Там неприятно першило и ощущались болезненные покалывания при глотании.
— Этого не хватало, — подумал я. — В тот раз я был совершенно здоров, потому что не нервничал от слова «совсем». А тут, млять, распереживался, а эмоциональные перенапряжения у меня всегда вызывали «удар по горлу». По носоглотке, если конкретно. Говорят, что у товарища Сталина имелась такая же реакция организма на неожиданный стресс. Вот и у меня… Позавтракав, я отказался от прогулки по Калуге, сославшись на невыспанность и, дождавшись, когда мои товарищи сядут в троллейбус, метнулся к ближайшей аптеке.
— Мне анальгин, йод, соду, парацетамол, что-нибудь антигистаминное… Фенилэфрин есть?
— Есть, — сказала аптекарша нахмурившись. — У тебя, что, простуда?
— Горло болит, — сказал я.
— Так к врачу иди. Участковому.
— М-м-м… Приезжий я. Из Владивостока. На соревнования приехали по самбо. А тут, вдруг сегодня горло заболело.
— И ты сам себе вот так легко лекарства назначаешь? — с осуждением произнесла аптекарь. — Да ещё такие названия знаешь. У тебя, что мама врач?
— Педиатр, — кивнул головой я. — Я с детства эти названия слышу.
— Так что же она тебя не собрала в дорогу?
— Собрала, — продолжил врать я и пожал плечами. — Сумку на вокзале в Москве украли. С рубашками, трусами и лекарствами. Хорошо хоть деньги и документы при себе были.
— Украли! — всплеснув руками, воскликнула аптекарша. — В Москве⁈ На вокзале⁈ На Киевском, наверное? Там полно жуликов и цыган. Это точно
