class="p1">Фонтон хмыкнул одобрительно, встал из-за стола и, сбросив напускную серьезность, весело вручил мне нечто такое, что в моем представлении раньше носили кучера или старушка Шапокляк.
— Феску долой, ты едешь в Европу. Модные головные убора типа «д`Орсе» или боливара тебе не по чину, так что носи теперь клак. Ага! Пригодилось платье моей кузины! – поприветствовал входивших в кабинет. – Мадам, оно вам к лицу!
Платье на Марии сидело, прямо скажем, не важнецки, или в нем ей было непривычно. Но, в любом случае, принять ее за турецкую жену было трудно. Решающую роль сыграл, вероятно, капор с длинными лентами. Или открытое всем лицо? Кто их, женщин, разберет?
— Кладите ребенка на мою койку. Ему тоже потребуется новая одежда. Брить его налысо не станем, чтобы не пугать. Он останется на попечении своего дяди. Раздобудешь ему платье европейского кроя у Джузепино. И из его пансиона вместе со Спенсером проследуете к полудню на погрузку. Багаж уже на корабле?
Я подтвердил.
— Отлично. Теперь с Марией. Мы в нужный момент, до начала погрузки пассажиров, отправимся на пристань, и я вывезу ее на своей лодке прямо на рейд к «Неве». Представлю ее как состоящую в штате госпожи послицы. Мы так в юности упражнялись в словесности, подбирая шуточный перевод выражению «ambassadress», – пошутил Фонтон. – С капитаном я договорюсь. Далее. Ваше преподобие и юнкер, вы забираете своего мавра, относите паланкин на место и бегом в Бююкдере. В город и носа не казать в ближайшие дни. Марш-марш!
Мы обнялись со студентом на прощание.
— Я буду ждать тебя, Коста! Не забывай старых друзей!
— Тогда прощаться не будем! Даст Бог, свидимся! – Отец Варфоломей нас перекрестил.
Как говорил мне сам Феликс Петрович, если хочешь сделать дело – сделай его сам. Я же знал другое. Если хочешь, чтобы все прошло отлично – доверься профессионалу. Фонтон все провернул безупречно. Когда склянки на корабле пробили два часа дня, «Нева» дала сигнал, загремела машиной, запыхтела дымом. Лопасти гребных колес ударили по водам Босфора. Корабль медленно потянулся в сторону Черного моря. Я с сестрой и проснувшимся племянником стояли у борта.
Мимо проплывали знакомые очертания Бююкдере. На пристани посольства мне махали платками друзья. Я оглянулся. В полуденной жаркой дымке медленно скрывались очертания Стамбула.
Прощай, Константинополь, прощай город, в котором началась моя новая жизнь! Ты был ко мне жесток, но я не в обиде…
Вдруг пароход замедлился. Остановился. Включил реверс и тихо стал сдавать назад. Замер.
На пристани, где стояли мои друзья, резко прибавилось народу.
От нее отвалилась большая шлюпка под каким-то флагом. Далеко, не разглядеть.
Неужели за нами?!
[1] Шапочка с золотыми монетами по кругу – традиционный головной убор у турецких мальчиков в богатых семьях.
