гарнизон ее отнеси. Там тебе скажут спасибо.
— И кружку жарки нальют, — буркнул Грон и пошел успокаивать своего коня.
— Заманчиво, но я воздержусь, — Канс покачал головой и отправился следом за братом. — Вот если бы двести золотых…
«А двести золотых сейчас где-то бегают», — мысленно хмыкнул я и, выдав своему коню кусок сахара, повел его в сторону церкви.
Труп, который жрали подохшие твари, когда-то был Ласточкой. Церковную кобылу, по всей видимости, убил червь, и старушка не мучилась. Заклинание чудовища отбросило лошадь вместе с телегой шагов на двадцать в сторону развалин ближайшего дома, и выжить при этом она не могла.
Рядом с обломками повозки в луже черной крови лежало тело еще одного четвероногого монстра. Зачарованный наконечник копья пробил «волку» горло и, похоже, серьезно повредил позвоночник. Тело убившего тварь человека лежало тут же — в пяти шагах слева, со страшными ранами на груди, и при виде его меня посетили противоречивые чувства.
Куим… Пьяница и ничтожество… Кто бы мог подумать, что он на такое способен…
Каким-то чудом пережив заклинание червя, старик где-то раздобыл копье, выбрался из-под завала и увидел трех пирующих монстров. У монаха, наверное, был шанс уйти в гарнизон, но он этого делать не стал. Знал, что умрет… и погиб, отправившись в Крепость Светлого бога героем. Жил, как кусок дерьма, но одним ударом копья обнулил все накопленные грехи. Ушел как настоящий мужчина…
Копье он из рук так и не выпустил. Лежал на боку, сжимая в ладонях древко, и, вывернув голову, смотрел на ползущие в вышине облака. На губах Куима застыла блаженная улыбка. Словно он там, в небе, что-то увидел.
Подойдя к телу монаха, я переложил его на спину и, прикрыв ладонью глаза, быстро прошептал слова короткой молитвы.
— Знакомый? — хмуро поинтересовался подошедший Канс.
— Да, — я кивнул, поднялся на ноги и, обернувшись к своим спутникам, объявил: — Поступим так: вы садитесь в седла и подъезжайте ко мне, когда я закончу.
— Ты уверен? — Канс с сомнением посмотрел мне в глаза. — Это все-таки демон…
— А какие у нас варианты? — морщась от звона набата, поинтересовался у него я. — На кладбище нежить, в лесу — такие же демоны, но там верхом не проедешь. Мы, конечно, можем где-нибудь спрятаться и подождать, но уверен, что сюда уже скачет половина рыцарей Джарты вместе с ищейками, и мне не очень хочется с ними встречаться. К тому же, убив командира, мы поможем гарнизону. Да, я не испытываю теплых чувств к светлым ублюдкам, но демонов не люблю все-таки больше. К тому же там, за стенами, есть обычные люди. Они мне ничего плохого не делали.
— Добро, — мгновение поколебавшись, Канс кивнул и добавил: — Иди. Мы подождем.
В тот момент, когда я выбрался на ведущую к гарнизону дорогу, набат наконец перестал бить по ушам, а среди осаждающих началось какое-то движение. Козлорогий демон перестал разглядывать небо и что-то проорал своим подчиненным. Повинуясь приказу, двуногие уроды разделились на два отряда и не торопясь разошлись в разные стороны на полторы сотни локтей.
Со стен по ним не стреляли. Судя по всему, берегли болты. Осаждающие прошли немного вперед, но ближе, чем на сто пятьдесят шагов, к лагерю не приближались. Попасть по ним можно только стреляя навесом, но ни о каком прицеливании речи быть при этом не может. Расход болтов будет кратно больше, чем при прицельной стрельбе, а их в гарнизоне, наверняка, не много.
Сам демон по-прежнему стоял на дороге, и рядом с ним находились только двое копейщиков.
Одиночный мужик в кольчуге вряд ли испугает этих троих, и у меня получится к ним подобраться. Да, вот так вот просто. Верные ответы — они почти всегда лежат на поверхности.
Сильно прихрамывая на правую ногу и вертя по сторонам головой, я направился по дороге вперед, словно бы не замечая тех, кто стоит впереди. Люди иногда сходят с ума, и козлорогому это, скорее всего, прекрасно известно. Произошедшее в Акареме, — как раз неплохой повод, чтобы прикинуться идиотом, вот и пусть думает, что у парня поехала крыша. Тут три сотни шагов всего, и вряд ли демон, испугавшись, пошлет ко мне целый отряд. Ну а те два хмыря, что стоят рядом с ним, никаких проблем не составят.
Со стен что-то орали, но разобрать можно было только одно слово: «беги!». Двое телохранителей наблюдали за мной без эмоций, видимо, ожидая команды. Сам же демон был занят какими-то приготовлениями и по сторонам не смотрел. Уперев посох древком в землю и положив лапы на навершие, козлорогий стоял, опустив голову и едва заметно шевеля нижней челюстью. Со стороны это напоминало молитву, но мне было плевать, чем он там занимался. Чем дольше бормочет, тем ближе я подойду.
В тот момент, когда я почувствовал в теле знакомую легкость, до цели оставалось чуть больше полусотни шагов. Одновременно с этим демон закончил свою «молитву» и наконец-то изволил меня заметить.
— Убить! — отчетливо произнес он на языке древних и, больше не глядя в мою сторону, с заметным усилием выбросил вперед свою левую лапу.
Оба телохранителя быстро пошли на меня.
Лапу козлорогого окутало облако оранжевого дыма, которое, увеличиваясь с каждым мгновением, превратилось в немаленький шар.
Покачнувшись от напряжения, демон шагнул вперед, ударил по земле посохом и, поведя плечом, кинул заклинание в сторону гарнизона. Ярко-оранжевый шар полетел вперед со скоростью выпущенного болта и врезался в правую створку ворот. Грохнуло. Ворота дрогнули как от удара тарана, но устояли. Демона этот факт не расстроил. Скорее наоборот. Довольно оскалившись, он снова выбросил вперед левую лапу и, в этот момент один из телохранителей приблизился ко мне на расстояние удара копья.
Они были похожи на обезьян из Южных лесов, которых я видел в зверинце Вараты. У тех обезьян, правда, не было бараньих рогов, да и размерами они были заметно поменьше.
Идущий первым урод молча и без затей ткнул меня своим копьем в горло, и события понеслись вскачь.
Резко уйдя в сторону, я выхватил меч и загнал его острие двуногой обезьяне в подмышку. Клинок на две ладони погрузился в мягкую плоть, брызнули на дорогу мелкие капли. На лице несостоявшегося убийцы мелькнула тень удивления, он что-то промычал, покачнулся и, выронив оружие начал заваливаться вперед. Копье еще не долетело до земли, а я уже метнулся к замешкавшемуся второму и, срубив
