нашего прошлого и тех вещах, что Учитель делал ради меня. Вспомнил я и о том, что случилось в иллюзии на дне озера Цзиньчэн… Ши Мэй никогда не называл меня по имени… — он замолчал, но после паузы все же закончил. — Все эти воспоминания со временем становились все более болезненным, поэтому я очень ждал пробуждения Учителя, чтобы увидеться с вами и услышать ответы на все мои вопросы из ваших уст.
— …
— Одна из самых важных вещей, о которой я хотел спросить вас... Учитель, это ведь вы спасли меня на дне озера Цзиньчэн?
С этими словами Мо Жань сделал шаг вперед, Чу Ваньнин же попятился назад.
В этот момент он очень остро осознал, каким огромным стал Мо Жань. Он возвышался над ним, как горный пик, каждой частичкой своего тела излучая нечеловеческую силу и мощь. Сейчас глаза Мо Жаня смотрели только на него и видели только его. Словно в глубоких озерах в них отражалось его душа, сияющая так же ярко как восходящее солнце.
Без особой причины сердце Чу Ваньнина забилось чаще.
— Это не я, — ответил он, пытаясь справиться с паникой.
Но было видно, что Мо Жань ему не поверил.
Как утопающий хватается за соломинку, так и Чу Ваньнин пытался ухватиться за первую попавшуюся тему. Но он был так напуган, взволнован и сконфужен, что забыл, что похожий вопрос он Мо Жаню уже задавал и даже получил на него вполне конкретный ответ.
Чу Ваньнин посмотрел на кровоточащий порез на его груди и спросил:
— Только что я нечаянно ранил тебя. Почему ты не уклонился от удара?
Мо Жань на мгновение замер, а затем, спрятав взгляд за густыми ресницами, с улыбкой ответил:
— Вы сказали, «слишком хороший сон не всегда будет правдой», – снова повторил он, и, помолчав, тихо добавил, — я хотел чувствовать боль. То, что причиняет боль, не будет подделкой.
Он подошел еще ближе и теперь стоял прямо напротив Чу Ваньнина.
Из-за того, что они так неожиданно встретились, нежность и восторг, любовь и тоска захватили его целиком, Мо Жань и думать забыл о достоинстве и приличиях, с головой погрузившись в грезы, что вдруг стали реальностью. В этот момент у него напрочь вылетело из головы, что следует соблюдать дистанцию, подобающую для отношений учителя и ученика, и не вторгаться вот так внезапно в личное пространство Чу Ваньнина.
Но в любом случае, он не смог бы удержаться.
Под влиянием захлестнувших его чувств он видел перед собой только своего Ваньнина, а не наставника Чу.
Глаза Мо Жаня наполнились слезами. Он с улыбкой поднял руку, чтобы вытереть лицо и смахнуть предательские капли с уголков глаз:
— Кажется, я забрызган с ног до головы.
Запрокинув голову Чу Ваньнин растерянно смотрел на его. Он ждал возвращения Мо Жаня довольно долго, но все же не годы, поэтому, несмотря на некоторую нетрезвость, его ум не был так сильно затуманен сильными эмоциями. По этой причине он не мог не обратить внимания на двусмысленность ситуации, в которой они оказались… абсолютно голые учитель и ученик, уединившись в купальне, стоят друг напротив друга и беседуют о... Мо Жань сейчас был так близко, что хватило бы одного шага, чтобы он смог обнять его как тогда, когда они были в Призрачном Царстве.
Чу Ваньнин не хотел и дальше, запрокинув голову, смотреть в красивое лицо Мо Жаня, поэтому посмотрел чуть ниже, на ровную линию плеч, широкую грудь и кровоточащую рану, оставленную его божественным оружием. Похоже на алые бусы капли крови при каждом вдохе Мо Жаня дрожали, словно боялись сорваться и упасть. Не в силах отвести от них взгляд, Чу Ваньнин все никак не мог перестать биться над вопросом, что в этой купальне было более обжигающим: это крепкое ладное тело или закипающая вокруг него вода.
Он просто чувствовал, что только ощущая знойное дыхание Мо Жаня на своей коже, он теряет свою душу.
— Учитель, я…
«Что ты?..»
Мо Жань даже не успел договорить, как Чу Ваньнин вдруг резко развернулся и бросился прочь.
— …
Это было настоящим потрясением.
Его Учитель ведь на самом деле просто взял и сбежал от него.
Первый раз он видел, чтобы Чу Ваньнин, отбросив достоинство, пустился в бега и выглядел при этом так, словно за ним гналась страшная тварь, которая хотела сожрать его тело и душу.
— Я правда... очень скучал по вам, — не сходя с места, по инерции договорил Мо Жань и обиженно поджал губы.
Почему он сбежал…
Мо Жань почувствовал себя немного обиженным.
Когда он добрался до берега, то увидел в спешке одевающегося Чу Ваньнина, чье лицо приобрело непередаваемый малиновый цвет с нежным оттенком зелени. Одного взгляда на него хватило, чтобы Мо Жань почувствовал себя оскорбленным в лучших чувствах.
— Учитель, — обиженно пробормотал он.
Чу Ваньнин просто игнорировал его.
— Учитель….
Чу Ваньнин завязал пояс, все еще не обращая на него внимания.
— Ну Учитель?..
— Чего тебе?!
Только накинув себе на плечи верхние одежды, Чу Ваньнин смог вздохнуть с облегчением. По его ощущениям, вместе с одеждой к нему вернулись разум и чувство собственного достоинства. Он, наконец-то, перестал чувствовать себя так, словно с него живьем сняли кожу.
Похожие на мечи брови в гневе сошлись над переносицей, глаза феникса злобно сверкали в сторону этого мятежника, который осмелился вырасти и стать выше него.
— Что за вопрос не может подождать, пока мы выйдем отсюда?! Хочешь и дальше разговаривать со мной голым?! Что ты себе позволяешь!?
Смущенный этой отповедью Мо Жань сжал кулаки и скрестил руки, пытаясь прикрыться. Прочистив горло, он смущенно сказал:
— Кхм… я ведь тоже не хочу оставаться голым.
— Так почему бы тебе не одеться?
— … — Мо Жань стыдливо опустил глаза и на какое-то время замолчал. Блуждая взглядом по росшим на берегу персиковым деревьям, он попытался подобрать правильные слова, — …дело в том, что… — собрав всю свою решительность, он сделал глубокий вдох и выпалил, — Учитель, вы надели мою одежду.
Высказавшись, зардевшийся Мо Жань уставился на усеянные цветами ветви персикового дерева.
Автору есть что сказать:
Маленькая миниатюра:
На форуме Пика Сышэн сегодня появилось несколько анонимных сообщений...
Анонимный пользователь: — Случайно надел одежду своего ученика. Что можно сделать, если снимать ее у него на глазах не хочу? Срочно
