что скопление излучений прямо перед нами было одним из самых маленьких, и если настолько маленькое поселение было прикрыто такой мощной защитой, только Безымянные знали, чем будет защищен большой населенный пункт!
Пилот, унаследовавший командование, глубоко вздохнул и заставил себя задуматься. Было произведено всего три выстрела, что указывало либо на то, что командир наземной батареи полностью доверял своему управлению огнем, либо на то, что у них было только три орудия и обороняющимся просто повезло, вторая возможность была более вероятной. Люди, должно быть, так же отчаянно пытались выжить, как и мельконцы. Если бы защитники обладали дополнительной огневой мощью, они бы использовали ее всю, чтобы наверняка уничтожить всех обнаруженных врагов.
Но у Юрака все еще было двадцать шесть шаттлов… и если исходная точка огня, уничтожившего его командира, находилась за горизонтом его сенсоров, он примерно знал, откуда он взялся.
— Установите исходные координаты, — холодно сказал он своему офицеру-тактику. — А потом запустите ракеты.
Джексон Деверо уставился на ослепительный свет. Этого не могло быть. Это было невозможно! И все же думая так, он знал кому — или чему — принадлежит этот голос. Но почему он называл его “Коммандер”?
— К-кто… — начал он, но тут же оборвал себя. — Что происходит? — он заставил себя не обращать внимания на дрожь в собственном голосе. — Почему ты меня так назвал?
— Враждебные силы, предварительно идентифицированные как шаттлы класса “Кестрел” Имперского флота Мельконцев, начали операции по охоте на человеческое население этой планеты и его уничтожению, — спокойно ответил тенор, по порядку отвечая на напряженные вопросы Джексона. — И я обращался к вам просто “коммандер”, потому что еще не знаю вашего имени, рода войск или звания.
Огромная машина говорила так, словно ее нелепые ответы были вполне разумными, и Джексону захотелось закричать. Этого не было — просто не могло быть! — на самом деле! Боло, мимо которого он проезжал, и вокруг, и даже под ним, этим утром, был мертв, так что же?..
Шаттлы! Если мельконианские подразделения достигли Арарата, и если Боло была просто деактивирован, а не мертв, то его сенсоры, должно быть, зафиксировали прибытие мелькониан и вернули его в рабочее состояние. Но в этом случае…
— Извините, коммандер, — сказал Боло, — Но я засек семьдесят восемь приближающихся ракет, низколетящих, с отслеживанием рельефа местности, расчетное время прибытия девять целых и семнадцать сотых минуты. Было бы разумно найти укрытие.
— Искать укрытие где? — Джексон дико расхохотался и махнул свободной рукой на плоскую, широко раскинувшуюся во все стороны равнину.
— Возможно, я неправильно выразился, — извинился Боло. — Пожалуйста, оставайтесь на месте.
Джексон начал было отвечать, но замер, вцепившись железными пальцами в уздечку Самсона, когда Боло снова двинулся. Он с грохотом катился прямо вперед, а Джексона охватила паника, когда его чудовищные пятиметровые гусеницы приблизились к нему. Гусеничные полотна, по ширине в четыре раза превышающие его рост, уходили в твердую почву на добрых два метра, но все равно между брюхом огромной боевой машины и головой Самсона оставалось более трех метров зазора, а расстояние между двумя самыми внутренними гусеничными системами, казавшееся таким узким по сравнению с корпусом Боло, было метров десять в поперечнике. Было похоже на то, словно Джексон и вспотевшая, дрожащая лошадь стояли в высоком широком коридоре, а бесконечные стены движущегося металла с грохотом проносились мимо, а затем над ними вспыхнул другой свет.
Боло остановился, и из нового света появился пандус, который, как понял Джексон, на самом деле был грузовым люком.
— Время прибытия ракет шесть целых пять десятых минуты, коммандер, — произнес тенор, доносясь теперь из открытого люка над ним. — Могу я предложить немного поторопиться с посадкой?
Джексон с трудом сглотнул, затем кивнул. Самсон заколебался, но Джексон изо всех сил натянул поводья, и жеребец тронулся с места, он, казалось, уловив настойчивость своего наездника. Подкованные копыта глухо стучали по композитному покрытию пандуса, и Джексон решил не слишком задумываться о происходящем, пока не доставит Самсона в безопасное место, в огромный, прохладный, ярко освещенный отсек в начале пандуса.
Юрак На-Холар проверил время до цели на своем дисплее и обнажил клыки в вызывающем оскале, которого не могли видеть его враги. Такого количества ракет хватило бы для обеспечения точечной обороны полностью боеспособного легкого крейсера класса “Эвер Викториус”[227], не говоря уже о том, какие средства обороны могла бы починить или найти эта примитивная человеческая колония!
Я еще не определил местонахождение уцелевших пусковых установок противника, но судя по следам, которые мой наблюдательный беспилотник фиксирует от ракет, они запрограммированы на прямолинейную атаку с наименьшим подлетным временем. Это кажется настолько маловероятным, что я посвящаю целых ноль целых и шестьдесят шесть сотых секунды перерасчету своего вывода, но нет абсолютно никаких доказательств обманного маршрута. Тот, кто командует вражескими шаттлами, либо крайне некомпетентен, либо фатально самоуверен, но я не намерен, как выразился бы Диего, смотреть дареному коню в зубы, если враг настолько глуп, что дает прямой указатель на свою огневую позицию, и я запускаю еще один беспилотник, запрограммированный на режим пассивного поиска по траектории полета приближающихся ракет.
Системы точечной защиты, управляемые беспилотником противовоздушной обороны, одновременно фиксируют ракеты, и проверяют их оптическими сканерами. По-видимому, это новейшие образцы ракет класса “Сверло” наземного базирования. Анализ схемы атаки показывает, что девять из них запрограммированы на подрыв в воздухе и, следовательно, почти наверняка оснащены ядерными боеголовками. Если исходить из стандартной мельконианской тактики, то оставшиеся шестьдесят девять ракет будут поровну распределены между режимами “наведение на цель”, “наведение на радар” и “наведение на источник питания” и также могут быть, а могут и не быть оснащены ядерными боеголовками.
Моя внутренняя оптика наблюдает, как мой новый командир, который, судя по голосу, еще моложе, чем я предполагал, входит в трюм номер один. Его лошадь явно напугана, но, кажется, ее страх ослабевает, когда я закрываю люк. Я подумываю о том, чтобы использовать инфразвук для ее дальнейшего успокоения, но, хотя успокоить зверя, безусловно, было бы уместно, было бы совершенно неуместно применять эквивалент транквилизаторов к моему командиру.
Эти мысли мелькают в малой части моего сознания, в то же время мои защитные системы фиксируют приближающиеся ракеты, системы дистанционного слежения моего беспилотника ищут вражеские шаттлы, а мой блок связи внимательно ищет и прослушивает любые передачи между ними и их базовым кораблем или кораблями. Эти усилия требуют использования двадцати трех целых и тридцати двух сотых процента текущей производительности основного процессора, что при обычных обстоятельствах было бы совершенно неприемлемо. Однако, учитывая мое нынешнее положение, это вполне адекватно,
