Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 130
Слева гулко шарахнула короткая очередь из РПК. Кэмел кого-то привалил. Затем снова я, еще двоих. Слева от нас раздались две коротких очереди, мы пригнулись, но сразу успокоились. Два мужика в гражданской одежде тоже добивали мертвяков, успели вооружиться возле убитых бандитов. За ними мы увидели еще троих с автоматами. Те тоже добивали восстающих понемногу мертвяков, в нашу сторону стволы не направляли. Ну и молодцы, мы ведь люди нервные.
Еще несколько человек подбежали к большому сараю, ворота в который были закрыты и подперты снаружи кольями и какой-то телегой. Но ничего делать не стали, лишь постепенно выстраивали полукруг. Думаю, что я догадался правильно, что же в этом сарае.
С «контролем» покончили за несколько минут. К тому времени на месте боя собралась вся деревня. Многие поглядывали на разбросанное на земле оружие, но поднимать его, судя по всему, опасались, поглядывали на нас. Оно и верно, трофеи это в основном наши, нам и право первой ночи. Но сначала мне хотелось бы с кем-то из деревенских поговорить. Именно поэтому я встал на броню как на трибуну, и выкрикнул главного. Думал, что такого не окажется, но в ту же секунду из толпы выбрался невысокий, лысоватый мужичок в потрепанном спортивном костюме.
Я спрыгнул с брони, Васька же остался сидеть наверху, пристроив на коленях РПК со свежим диском. Мало ли что? Мы с мужиком поздоровались, пожали друг другу руку. Он не выдержал, спросил, кто мы такие. Ответил я уже стандартно: «Партизаны». Как хотите, так и понимайте, но в любом случае – «хорошие». Потому что партизаны всегда хорошие. Если они становятся плохими, то превращаются в кого угодно, в бандитов, в «лесных братьев», в НВФ, но именно «партизанами» быть уже перестают.
Как выяснилось, я угадал, когда решил, что бандиты решили устроить массовую экзекуцию в деревне. Деревня Вяльцы, стоявшая на отшибе, еще не подвергалась настоящим нападениям банд, вся эта кровавая и мутная волна насилия прокатилась мимо. Однако сельчане знали, что происходит вокруг, ждали беды, и она грянула. Три дня назад здесь появился точно такой же, как у нас, БРДМ в сопровождении грузовика, с ними приехали десятка полтора бандитов. Они обложили деревню налогом, причем в сумму налога включили четырех девиц. И без того небогатая ими деревня включать их в налог отказалась, и вчера передала подъехавшим бандитским фуражирам запас продуктов и самогонки. Те ничего не сказали, уехали, а сегодня с утра нагрянула карательная экспедиция.
Всех жителей деревни согнали в кучу, выбрали четверых случайных людей. Втолкнули их в большой сарай, заблаговременно освобожденный от всего и превращенный в арену, где и застрелили. Когда мертвецы начали подниматься, туда втолкнули одного живого, предварительно выстрелив ему в ногу. Тот погиб почти сразу, был разорван на куски. Затем туда забросили женщину, потом еще одного мужика. А затем началась стрельба. Теперь в сарае за запертыми воротами были семь зомби и ни одного живого.
Затем мужик спросил меня, могут ли люди собрать трофеи? Когда он увидел, как я задумался, он сразу сказал, что пока соберут все в кучу, а дальше я уже сам распределю, кому и что давать. Он решил, что меня давит жаба на ценное имущество, но на самом деле я задумался о другом. О том, что надо бы хорошо пошариться в карманах у убитых «эсэсовцев» и в их машине. Узнать поточней, кто же они такие?
Я сказал мужику, пусть начинают собирать трофеи, заодно пусть посмотрят «буханку», на ходу ли она, и пошарят в КамАЗе с раздавленной кабиной. Пусть не трогают ничего с трупов в черной форме и не лезут в «Водник». А заодно пусть пошлют в поле людей собрать трупы и имущество с убитых из оцепления. Учитывая, что те уже встали и не спеша брели к деревне, нюхом ощущая, сколько здесь пищи.
Мы с Сергеичем направились к двум группам убитых в черном. Первая, из четырех трупов, лежала вразброс возле пробитого пулями «Водника». Одного из них застрелил я, еще троих срезал Сергеич из КПВТ. Этих было видно сразу, их мало что на куски не разорвало. Еще два трупа лежали возле чадящей теперь БМП, их тоже из башенных пулеметов накрыло.
Я выбрал одного из убитых, с четырьмя желтыми горизонтальными нашивками на рукаве, под эмблемой с обоюдоострой секирой (или с буквой «Ф»), которого я принял за главного в этой команде, и которого застрелил сам. Сначала оглядел труп. Убит он был попаданием в глаз. Все лицо и песок под ним залиты и пропитаны кровью.
След моего первого попадания явно отпечатался на бронежилете. Пуля угодила в нагрудную керамическую пластину. Уйди чуть в сторону, и ее бы броник не задержал. Хотя, черт его знает, может и задержал бы.
Черный новенький арамидный шлем. Сначала показалось, что такой же, как и у нас, но нет. У этих другое производство, по форме он вроде американского, а наш вообще ни на какой не похож. Черная разгрузка полицейского типа. АТЦ, знаю такую. Ее для антитеррористического центра ФСБ в свое время разработали. Карманы под шесть автоматных магазинов, кобура на животе. Карман для рации. Ну и прочее, для ИПП там, аптечки, маленький рюкзак за спиной. Он съемный, но лучше не снимать его, а нагружать, уравновешивает. Для штурма помещения разгрузка, для захвата, а не для долгого боя.
Оружие привлекло мое внимание. В кобуру был вложен новенький тульский ГШ-18, рядом, в отдельных карманах, два запасных магазина к нему. Я достал пистолет с магазином, осмотрел. Патроны новые, бронебойные 7Н21, с торчащими вперед из плоских головок остриями сердечников. Вместо обычного автомата, «сто пятого», как у остальных, у убитого нечто, напоминающее пистолет-пулемет с прямым широким магазином. Но это не пистолет-пулемет, это 9А-91, он же «девятка», короткий автомат со складным прикладам под патроны 9х39 мм. Те самые, дозвуковые, с тяжелой пулей, которыми стреляют из «Валов» с «Винторезами». «Девятка», что уж греха таить, не «Вал», прицельная дальность (эффективная) у нее всего до двухсот, да и проблем с ней хватает, но… Даренному коню в зубы не смотрят, а уж трофейному… И тем более бесшумному, тому, чего у нас так не хватает… На автомате коллиматорный прицел в виде трубки, судя по всему – ПК-01, я его на картинках видел. И где-то должен быть к нему глушитель, они в комплекте поставляются..
Я полез шарить в карманах разгрузки, вытащил из разгрузки еще пять запасных магазинов по двадцать патронов ПАБ-9 в каждом. В отдельном кармане нашлась толстая вороненая трубка глушителя. Неплохо. Очень неплохо. Надо себе взять. Патрон к нему, правда, не самый распространенный, Может, у них в машинах запас есть? Посмотрим.
В специальном кармане хранился ночной монокуляр, а на шлеме убитого размещалось съемное крепление под него. Тоже может пригодиться, даже очень. Я стащил крепление, снял свой шлем и переставил каркас из синтетических толстых ремней на него. Сами поносим, очень пригодится.
Затем открыл карман для документов на разгрузке убитого. Там действительно нашлось какое-то закатанное в пластик удостоверение с фотографией. На фото был убитый, это даже сейчас не трудно было заметить. Справа было написано имя: Бородулин Станислав Николаевич. Сверху, под уже известным мне логотипом, было отпечатано: ЧОП «Фармкор-Безопасность». Ну вот и все понятно. Теперь никаких сомнений, кто это такие. И заодно понятно, откуда деньги на такую экипировку, потому что ни в какой армии все это и не снилось бы.
– Сергеич, полюбуйся. – я протянул через плечо добытое удостоверение личности.
Сергеич прочитал, повертел в руках, хмыкнул, вернул запечатанный в пластик прямоугольник с фотографией мне.
– А кто же сомневался. Только помимо того, что они нас должны ловить, они тут в каждую помойку лезут, тебе не кажется?
– Именно так мне и кажется. Зачем это им?
– Трудно сказать.
Все остальные «эсэсовцы» имели похожие документы, одинаковые пистолеты. Правда, «девяток» с глушителями мы нашли всего два, у остальных были «сто пятые», все повально с «кобрами». Целых четыре «сто пятых», которые я забрал все до единого. Нравятся мне эти автоматы и для нашего отряда самыми практичными оказались. Их я и заберу. И никто их у меня не отнимет. А еще я заберу один из ПКМБ, установленных на «Воднике». Еще один «Северок-К», за что тоже спасибо. Кстати, а как сам «водник» поживает?
Поживал «водник» плохо. Сквозь двигатель вездехода пролетели аж четыре пули из КПВТ, развалив все его внутренности, так что с машиной можно было прощаться. Совсем он не поживал, в общем, равно как и его водитель, убитый прямо в кресле, и забрызгавший своими мозгами из разлетевшейся головы всю приборную панель. Запах в салоне стоял как в мясницкой. Зато он нас оделил еще одним «сто пятым». И еще одним ГШ-18.
Насчет запасного боекомплекта я не обманулся. В салоне машины в цинках нашлось три ящика «пятерки» для автоматов, в которой мы уже не нуждались и сразу решили отдать все крестьянам, и два с половиной ящика девятимиллиметровых для А9-91. Не густо, но и не мало. Пять цинков по пятьсот восемьдесят патронов в каждом, в бумажных пачках. Считая с содержимым магазинов – больше трех тысяч имеем.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 130
