Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 155
шатаясь от голода.
Конечно Койпу. Не Слэйки, а Койпу.
Что мне еще оставалось? Только надеяться.
Но если это дело рук Койпу, почему он забрал только Анжелину, а меня оставил? Должна быть записка… хотя бы записка! Я забегал по полянке, расшвыривая битое стекло. Ни записки, ни следов.
А потом долго, очень-очень долго ничего не происходило.
Я хихикал от страха и избытка кислорода. Ну-ну, Джим, успокойся. Не надо так волноваться. Я сидел на расчищенном участке, где совсем недавно мы лежали с Анжелиной, и старался дышать помедленней. Еще разок хихикнув, я умолк. Навалилась тоска. Дни на Стекле коротки, но этот мне показался самым длинным в моей жизни. Наступили сумерки, и я, должно быть, задремал, свесив голову на грудь. Просто сил не осталось из-за треволнений, голода и всего прочего. Слишком большая беда на меня обрушилась. Как ни крути, есть предел человеческой стойкости.
— Папа! Вот ты где, — сказал Боливар.
Я поморгал. Нет, я все еще сплю. Вижу сон.
— Папа, ты цел? Надо поторапливаться.
Это не сон! В меня точно новую батарейку вставили. Я бросился к Боливару, схватил… и не удержался на ногах. Он тоже. Мы повалились… на мягкий ковер в светлом гостиничном номере. Я так и остался на полу — глядеть на профессора Койпу, который восседал за пультом, и на улыбающуюся Анжелину.
— Надеюсь, ты успела приготовить что-нибудь вкусное? — беспечно проговорил я. Мне не верилось, что все кончилось, что моя жена цела и невредима.
Она опустилась на колени и взяла меня за руки:
— Прости, что мы так задержались. Профессор говорит, у него были неполадки с машиной.
— При настройке допустил ошибки, затем они разрослись, — произнес Койпу. — Но с каждым новым запуском — все лучше.
— Папа, подкрепись. — Боливар помог мне встать и протянул огромный сэндвич с ростбифом. Я зарычал и, захлебываясь слюной, оторвал здоровенный кусок.
— М-м-м-м! Райское блаженство! — Я схватил за горлышко протянутую сыном бутылку пива и все глотал, глотал, глотал… пока не отморозил кончик носа.
— Садись за стол. — Анжелина придвинула стул. — И не слишком быстро ешь, а то плохо станет.
— Хамфамжум?..
— Я не могу с тобой разговаривать, пока у тебя рот набит. Ешь помедленней, вот так, а я расскажу, что случилось. За мной пришел Боливар. Он сказал, ждать некогда, машина вот-вот разладится, у него считаные секунды. Я не хотела уходить, но он меня схватил и утащил. Потом профессор очень долго возился, я представляю, каково тебе было. Но все закончилось хорошо, мы вместе, волноваться больше не о чем.
— Вам-то не о чем, зато кое-кому из нас есть о чем, — проворчал, входя в номер, Инскипп. Мне была до боли знакома свирепая ухмылка на его физиономии. Он плюхнулся в кресло и грозно сверкнул глазами. — Неплохо устроились, как я погляжу. Пивко попиваете, рассказываете друг дружке о своих инопланетных приключениях. И не вспоминаете о тех, кто изнемогает под тяжким бременем ответственности. С того дня, как начался этот сыр-бор, мы в цейтноте, увязли, точно черепаха в дегте, и куда ни кинь — всюду клин…
Я не стал распутывать сложный клубок метафор, а потянулся за новым сэндвичем. Всему свое время — вот мой девиз.
— Попадаем из огня да в полымя, и везде нам натягивают нос. Еще ни одному Слэйки не удалось заломать руку. Только к нему подкрадемся, откуда ни возьмись выныривает другой, предупреждает его, и все наши труды насмарку. Пока нам удается только выручать тебя, ди Гриз, из переделок. И нести убытки. Огромные убытки! Как я полагаю, это ты родил гениальную идею снять всю эту гостиницу, «Праздничную обитель Васка Нулджа», под штаб-квартиру? А ты хоть представляешь, в какую копеечку нам это влетело?
— Надеюсь, эта цифра сопоставима с годовым доходом богатой планеты, — изрек я надменно и подавился. — Извини, проголодался очень. Анжелина права, за едой спешить нельзя. Еще пивка не найдется? Спасибо, Джеймс. Инскипп, старый вы скупердяй, неужели еще не сообразили, что каждый из этих кредитов потрачен с толком? Ревут ракеты, марширует космическая пехота, сверхурочно работают новые каналы вещания, Галактика в восторге, и триллионам счастливых граждан не приходится скучать. Чем хныкать из-за нескольких жалких кредитов, лучше скажите спасибо за бесценный вклад в дело Специального корпуса. Кроме выгоды, наша операция ничего не дает.
Он побагровел, выпучил глаза и разинул рот, но Анжелина заговорила раньше:
— Джим, ты и прав, и не прав. Похоже, Слэйки отошел от дел. Поиски все еще ведутся, но наши энтропометры потеряли его след. Ни на одной цивилизованной планете он больше не показывался. Насколько я поняла со слов нашего мудрого руководителя, любезного Инскиппа, сектор поиска сейчас охватывает практически все зарегистрированные миры. — Она улыбнулась Инскиппу, но тот обладал врожденным иммунитетом к добрым словам и ласковым прикосновениям.
— Как хотите, — сказал он, — а я собираюсь вставить затычку в бездонную бочку.
И тут я неописуемо разозлился:
— Ничего вы не вставите! Зануда-монетарист! Все цивилизованные планеты отстегивают вашему корпусу огромные налоги и не требуют никаких отчетов. Только для того, чтобы вы существовали и хоть изредка шевелили пальцем. А стоит человечеству оказаться перед лицом страшнейшей опасности, вы устраиваете истерику и трясетесь над каждым грошом!
— Какая еще «опасность»? Да неужели псих-одиночка способен угрожать тысячам миров?
— Инскипп, пошевелите извилинами. — Я схватил бутылку пива — размочить сэндвичи. — Допустим, профессор Джастин Слэйки начинал как светило науки и гений. Но скачки по вселенным не только повредили ему мозги, но еще каким-то образом их размножили. Вы хотите, чтобы эти психи плодились и умножали число проблем? Нам уже известно, что он отправляет кого ни попадя в ад, на завтрак своей чокнутой персонификации. Слэйки — массовый убийца, и это самый меньший из его грехов. Убийцу, способного в своем безумии натворить невообразимых бед, необходимо остановить. А кроме того…
Мне внимали. С меня не сводили глаз. И молчали. Я поднял бутылку и заполнил паузу драматическим бульканьем. Затем ораторски воздел палец.
— Есть еще много чего. Давайте посмотрим на его «достижения», на все эти церкви, храмы и круги. Он собрал целую гору денег. Зачем она ему? Ответ очевиден. Ради денег. В этом деле замешаны умопомрачительные суммы. Задайте себе вопрос, для чего он копит деньги? Что он затевает? Если кто-то верит, что Слэйки мечтает облагодетельствовать человечество, пусть выйдет из номера. А те, кто останется, узнают безотказный способ найти его и обезвредить. Ну что, хотите узнать мой план?
Глава 14
— Конечно, милый, мы хотим узнать твой план. — Анжелина наклонилась и
Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 155
