href="ch2-439.xhtml#id173" class="a">[145.4] не могла вернуть ему радость жизни.
Умирая от скуки, он вяло поигрывал палочками для еды, как вдруг увидел, что Чу Ваньнин вошел в столовую. В тот же миг его душа воспарила, и, резво вскочив с места, он выкрикнул на весь зал:
— Учитель!
Чу Ваньнин лишь раз глянул на него и чуть кивнул.
В это время Мо Жань сидел рядом с Сюэ Мэном и Ши Мэем. Эти трое учеников, словно связанные красной нитью судьбы, всегда ели вместе, но сегодня, стоило появиться Чу Ваньнину, Мо Жань поспешил сдвинуть всю посуду на столе, чтобы освободить побольше места рядом с собой.
— Что ты делаешь?
Мо Жань ничего не ответил, а просто улыбнулся Сюэ Мэну и, вскочив на ноги, помахал Чу Ваньнину:
— Учитель, садитесь здесь.
Сюэ Мэн: — …
Ши Мэй: — …
Уважение — это одно, а есть вместе — совсем другое дело.
В большинстве случаев люди предпочитают садиться за один стол и грызть кости с теми людьми, рядом с которыми они могут чувствовать себя свободно. Во время совместных приемов пищи как минимум нужно поддерживать застольную болтовню и быть терпимым к неизбежным оплошностям и проявлению дурных манер со стороны сотрапезников.
Стоило взглянуть на выражения лиц Сюэ Мэна и Ши Мэя, чтобы понять, что несмотря на то, что им уже приходилось есть вместе с Чу Ваньнином, и они были знакомы с его сдержанной манерой поведения за столом, привыкнуть к этому они так и не смогли, и идея совместной трапезы с Учителем их совсем не обрадовала.
Для них ужин с Учителем и общение с ним были в равной мере сопряжены с напряжением и вежливостью, поэтому во время еды они ни на минуту не могли расслабиться, а значит и насладиться вкусом пищи.
Чу Ваньнин тоже это прекрасно понимал, поэтому бросил на Мо Жаня красноречиво отчужденный взгляд и покачал головой. В конце концов, он положил себе на тарелку пресные овощи и направился к своему привычному месту.
Пять лет его не было в Зале Мэнпо, но, подойдя к своему столу, Чу Ваньнин заметил закрепленный в углу маленький листок меди, на котором мелким шрифтом было выгравировано «Почетное место старейшины Юйхэна».
— …
«Сюэ Чжэнъюн, ты ненормальный что ли?!»
Переставив с деревянного подноса на стол свою тарелку, Чу Ваньнин тяжело опустился на стул, но не успел он толком приступить к еде, как вдруг другой человек отодвинул стул и сел напротив него прямо на «почетное место старейшины Юйхэна». Он поставил свой поднос прямо рядом с тарелкой Чу Ваньнина, да так близко, что они почти столкнулись друг с другом.
Чу Ваньнин поднял взгляд:
— … зачем ты пришел?
— Там слишком тесно, — сказал Мо Жань, с улыбкой поднимая с подноса чашку с вареным рисом. — Я пришел поесть вместе с Учителем.
Чу Ваньнин недоуменно взглянул в ту сторону, где сидели Сюэ Мэн с Ши Мэем. И где там тесно?
Мало того, что сам он пребывал в недоумении, те двое, что были так внезапно оставлены Мо Жанем, тоже были в полной растерянности и теперь со сложными выражениями на лицах безмолвно наблюдали за столом, где сидели Чу Ваньнин и Мо Жань.
Сюэ Мэн пробормотал:
— Этот сукин сын с ума сошел что ли?
Ши Мэй: — …
Однако Мо Жаню было сейчас не до них. От одного взгляда на содержимое тарелки Чу Ваньнина, в которой оказались одни овощи, ему стало не по себе. Этот человек имел слишком специфический вкус и, как будто наперекор всем, предпочитал выбирать самую невкусную и отвратительную на вкус еду. Мо Жань подумал, что подобное неправильное питание не идет ему на пользу и с возрастом может обернуться большими проблемами со здоровьем.
Раньше его не заботило, что ест Чу Ваньнин, но теперь-то все было по-другому. Даже если на миг забыть, что он любил этого человека, просто из уважения к своему Учителю его прямой обязанностью было позаботиться о том, чтобы тот хорошо поел.
Однако накормить Чу Ваньнина было так же сложно, как заставить поесть капризного кота. И ведь нельзя даже проявить настойчивость и просто запихнуть в него полезную пищу. Если этот человек не захочет есть, заставить его он точно не сможет.
Тут Мо Жаня осенила блестящая идея. Он взял смачный кусок тушеной в соевом соусе свинины и положил в тарелку Чу Ваньнина.
— Учитель, попробуйте это.
Как и следовало ожидать, Чу Ваньнин нахмурился:
— Мне не нравится мясо с салом, убери.
Мо Жань был готов к такому ответу и со смехом сказал:
— Я слышал, что на вкус оно очень сладкое и приготовлено по рецепту с юга Цзяннани.
— Вот это вот вообще не похоже на мясо по-южноцзяннаньски.
— Как вы можете это утверждать, если даже не попробовали?
— Я могу понять это, просто взглянув на него.
— Но повар сказал, что сделал его по рецепту с юга Цзяннани, — Мо Жань закинул удочку и теперь с улыбкой ждал только, когда кот попадется на его наживку. — В Зале Мэнпо очень опытный повар, разве он мог так ошибиться? Должно быть, Учитель слишком долго не бывал в родных краях и забыл, как выглядит тушеное мясо у него дома.
Чу Ваньнин вспыхнул:
— …Не болтай ерунды, как я мог ошибиться?!
Мо Жань тут же демонстративно сунул в рот кусочек и с самым серьезным видом принялся его пережевывать, словно определяя вкус, после чего убедительно заявил:
— Я думаю на этот раз Учитель и правда ошибся. Это мясо очень сладкое. Может попробуйте? Всего один кусочек.
Совершенно не подозревая, что Мо Жань что-то замышляет, возмущенный Чу Ваньнин схватил палочками кусок мяса и сунул его в рот.
— И как? — Мо Жань с трудом сдерживал смех, наблюдая за попавшимся на крючок белым котом.
Сурово сдвинув брови, Чу Ваньнин ответил:
— Нет, слишким сильный аромат аниса заглушает вкус. Я пойду к повару и скажу ему, что мясо в Цзяннани так не готовят.
— Ой-е-ей! — Мо Жань тут же крепко ухватился за его рукав, на миг потеряв дар красноречия. Кто знал, что этот парень примет его шутку так близко к сердцу? Если он сейчас пойдет разбираться с поваром, разве его хитрый план не будет раскрыт? Поэтому он поспешил отговорить его:
— Учитель, не горячитесь так. Повар наверняка сейчас очень занят. Раз
