и остальные наемники, привлеченные дразнящим ароматом Томовой стряпни, потянулись к костру, устраиваясь на потертых плащах и седельных сумках. Через несколько минут воздух наполнился звоном ложек о глиняные миски и довольным причмокиванием — после долгого дня в седле даже простая походная похлебка казалась настоящим пиром.
— А помните тот переход через Волчий лог? — заговорил Корх, вытирая усы рукавом. — Когда мы неделю питались одними сухарями да вяленым мясом.
— Потому что кое-кто, — хмыкнул Том, метнув выразительный взгляд на Зелима, — перепутал тропы, и мы забрели в такую глушь, где даже зайца не встретишь.
— Эй! Я не путал! — тотчас возмутился Зелим, но его протест потонул в дружном хохоте. — Просто карта оказалась… неточной.
— Неточной? — прыснул Брондар, ударив себя по коленке. — Да она была древнее моей прабабки! Помню, как ты уверял, что за тем холмом должна быть деревня…
— А там оказалось волчье логово, — закончил Харди, прихлебывая из кружки свой травяной отвар. — Хорошо хоть волки были сытыми.
— Зато теперь у Зелима целая коллекция карт, — усмехнулся Базил, примирительно добавив. — И каждую он проверяет не меньше часа, прежде чем выбрать маршрут.
Новая волна смеха прокатилась над поляной. Даже обычно молчаливые дозорные у края лагеря повернули головы, привлеченные весельем товарищей. А Зелим, изобразив оскорбленную гордость, демонстративно отвернулся, но его плечи подрагивали от едва сдерживаемого смеха.
— А помните тот бой у Змеиного перевала? — заговорил старый Гвин, передав соседу флягу с крепким травяным настоем, который Харди настаивал на каких-то только ему известных кореньях.
— Еще бы не помнить, — усмехнулся Корин, машинально потирая длинный шрам на подбородке. — Если бы не твой меткий выстрел, Гвин, мне бы сейчас нечем было истории рассказывать.
— Да уж, — подхватил Брондар, подбрасывая в костер сухую ветку. — Тот здоровяк с секирой чуть не снес тебе голову.
— Зато мы неплохо поживились их добром, — хохотнул Зелим, прислонившись к седельной сумке. — Помните тот сундук с самоцветами?
— Который оказался набит крашеными стекляшками? — насмешливо фыркнул Харди. — Три дня потом эти «драгоценности» по всей дороге раскидывали.
— А тот раз в Соленых топях? — подал голос молодой Дин. — Когда наш обоз едва не сгинул в трясине?
— Если бы не чутье Мел, — проронил Базил, кивнув в мою сторону, — всем нам пришлось бы знакомиться с болотными демонами.
— Наша пчелка всегда знает, куда путь держать, — с гордостью произнес Гвин, поднимая флягу. — За тебя, Мел!
— За пчелку! — нестройным хором отозвались остальные.
Я молча улыбнулась, разглядывая обветренные лица, изрезанные шрамами и морщинами — свидетельствами долгих лет скитаний и бесчисленных сражений. Каждый из этих людей готов был прикрыть мне спину в бою, разделить последний кусок хлеба, отдать последнюю каплю воды. Они давно стали моей настоящей семьей, и ради них я тоже была готова на многое…
Ночь тем временем медленно опускалась на наш лагерь. Костер догорал, превращаясь в тлеющие угли, а разговоры становились тише. Один за другим наемники отправлялись к своим спальным мешкам, оставляя у костра лишь дозорных. И вскоре тишину нарушало только потрескивание углей да мерное дыхание спящих воинов…
Глава 12
Они напали за час до рассвета, когда сон был самый глубокий, а усталость сковывает тело свинцовой тяжестью…
— Конные! С западного холма! — разорвал предрассветную тишину приглушённый голос Дорла. Тревожный сигнал мгновенно сбросил остатки дремоты, заставив всех вскочить на ноги с оружием наготове.
— Гвин, Корх — к телегам! Брондар, Зелим — правый фланг. Дин, прикрой лучников. Харди — держись в центре, будешь нужен после боя. — командовал Базил, хотя его приказы служили скорее для укрепления боевого духа. Наемники и без того занимали позиции с отточенной годами слаженностью. Никакой суеты или паники — каждый знал свое место.
— Пчёлка, — негромко произнёс Базил, оказавшись рядом. — Держись ближе к центру. Что-то здесь не так…
— Думаешь, это простые разбойники? — спросила я, проверяя, насколько легко клинок покидает ножны.
— Слишком уж складно движутся, — процедил отец, всматриваясь в полумрак. — Обученные…
Они появились внезапно — тёмные силуэты на фоне светлеющего неба, где первые лучи уже пробивались сквозь редкие облака. Десяток всадников, закованных в лёгкие доспехи, двигался слишком слаженно для обычных разбойников. Их атака была стремительной и точной — они целили прямиком к телегам, даже не пытаясь рассеять наш строй, словно наверняка знали, где искать добычу.
Первые стрелы Гвина, просвистев в воздухе, нашли свои цели — два всадника с глухим стуком рухнули на землю. Остальные, пригнувшись к шеям коней, прорвались сквозь строй, и завязался ближний бой. Звон клинков смешался с конским ржанием и яростными криками, эхом разносясь по лесу…
Мой меч двигался быстро и уверенно — сталь звенела о сталь, клинок отбивал удары и находил прорехи в защите. Годы тренировок превратили бой в цепочку отточенных движений. Уклон от рубящего удара, блок справа, быстрый выпад под рёбра. Короткий шаг в сторону, разворот, удар сверху вниз. Двое нападавших в тёмных плащах попытались зажать меня с флангов, но старая уловка не сработала — уход перекатом по влажной от росы траве, и они сами оказались на пути друг друга.
Свист рассекаемого воздуха заставил меня резко пригнуться — стрела пролетела над головой, зацепив лишь прядь волос. Но не успела я выпрямиться, как высокий воин в потёртой кожаной броне начал теснить меня к догорающему костру. Его длинный меч со свистом рассекал воздух, оставляя мне всё меньше пространства для манёвра, и моя пятка уже ощущала жар тлеющих углей.
Внезапно сильный толчок в спину швырнул меня вперёд и вбок, а метку на плече будто обожгло огнём. И в тот же миг клинок противника рассёк воздух там, где мгновение назад была моя голова. Перекатившись, я вскочила на ноги и развернулась, выставляя меч, но вокруг никого уже не было — только хаос битвы да редеющая предрассветная мгла. Кто бы ни спас меня от верной смерти, он уже растворился в хаосе сражения…
Бой угас так же стремительно, как и начался. Потеряв еще троих, нападавшие начали отступать так же организованно, как и атаковали. Они явно не ожидали встретить такой отпор — думали застать нас врасплох, сонными и неподготовленными.
— Все целы? — хриплый голос Базила прокатился над поляной, где примятая трава и
