class="p1">— Перебраться через реку не удалось! Госпожа и глава Грозный решили пойти в атаку лично! — доложил боец. — Времени ждать больше нет! План таков: прорваться силой и вступить в бой с мастерами Франции!
— Ясно! — прохрипел Калашников. — Значит битва между Российской империей и Францией решиться здесь, на Троцком мосту! Давно пора! — оскалился он хищно. Наверняка, надоело скрываться за баррикадой и смотреть на смерть слабых.
— Зададим лягушатникам! — поддержал Муромов.
— Это битва точно не для тебя, Даниил, — остудил пыл молодого аристократа Калашников.
— Не обижай меня, Владимир, — не согласился Муромов. — Пусть я и не мастер, но обладаю коричневым поясом.
— Об этом я и говорю, — серьёзным взглядом смотрел на него Калашников. — В бой пойдут одни мастера...
Глава 4
Воронина и Грозный сидели за третьей баррикадой и отлавливали камни c металлическими конструкциями, прилетавшие от франков. Таким образом защищали основную часть сил Российской империи. В то время, как Калашников, Муромов и Астафьев медленно, но верно продвигались вперёд. Злобин с Катериной Долгорукой и Жуковым отвечали за тыл и защиту от возможного окружения. Если команду Российской империи возьмут в клещи на мосту — это будет конец. Конечно, мастерам удастся пробиться с боем и выжить, но большей части спортсменов придётся погибнуть. Нужно избежать такого исхода.
Боец, отосланный Юлией, вернулся с докладом.
— Госпожа! Калашников и Астафьев готовы выступить по вашему сигналу! — отрапортовал он. — Так же с ними выступят мастера их кланов!
— Молодец, Аршинин! — похвалила Воронина гвардейца за выполненную задачу, после чего обратилась к Грозному. — Александр, остальное за тобой, — и холодным взглядом посмотрела в глаза сильнейшему после императора. Тот кивнул.
Грозный — сорокашестилетний русоволосый мужчина с ясными голубыми глазами. Гладко выбритое лицо, и крепкое тело. Он не был высокорослым гигантом, не был и худым. Среднего телосложения. Казалось, с виду простой мужик. Но эти волчьи глаза. В них никогда не пробегал страх. Только гордость. Сила. Власть. В ясных голубых глазах читалось самое настоящее императорское величие. Множество дам было покорено этим взглядом, а сколько напугано бравых мужчин. Каждый в Российской империи знал: связываться с Александром Грозным — последнее дело, иначе сгинешь. Сжав покрепче дорожный столб со знаком "осторожно дети", коим он отбивал снаряды от франков, словно битой, вышел из-за баррикады и медленно пошёл вперёд. Шаг твёрд. Взгляд яростен. Мимо плеча пролетел снаряд. Второй он поймал ладонью — им оказался фрагмент дорожной плитки. Грозный сжал пальцы, раздавив ту в труху. И раздался его крик. Крик, полный ярости и гнева:
— Мастера Российской империи! Встаньте, братья! Плечом к плечу, как во все времена! Мы идём в бой!
И ответом ему был голос десятков. Не только мастера, но куда слабые воины не могли после такого остаться в стороне:
— ОДИН ЗА ВСЕХ!!! И ВСЕ ЗА ОДНОГО!!!
— ОДИН ЗА ВСЕХ!!! И ВСЕ ЗА ОДНОГО!!!
— ВПЕРЁЁЁЁЁЁД!!!!! — разбрызгав слюной, бросился Грозный в атаку.
Калашников и Астафьев, будучи на передовой баррикаде, получив сигнал, сорвались на бег. При этом увидели мелькнувшего мимо Александра. Слишком быстро! Невероятно!
— Чёртов, монстр! — оскалился Владимир и поспешил нагнать старшего товарища.
Грозный буквально влетел в груду металла из автобусной остановки и фрагментов летнего кафетерия. Части разлетелись в кучу. За ней вторая линия баррикад. Александр рванул вперёд, разогнавшись словно лев, и подпрыгнул в воздух на четыре метра, перепрыгнув кучу хлама. Готовый оторвать голову любому первому попавшемуся, он остолбенел и растерянно наблюдал мелькавшие спины убегавших французов. За ним через баррикаду перепрыгнули Воронина с Калашниковым и остальные мастера.
— Нас обвели вокруг пальца... — догадалась Юлия.
— Верно, — шмыгнул недовольно носом Владимир. — Основные силы франков уже покинули мост. Нас обстреливали только четверо мастеров. Суки.
— Догнать. — стиснул злобно челюсти Грозный и бросился вперёд.
— Вот же, безумец! — прокряхтел Калашников. — Воронина! Останься здесь! Вдруг это ловушка!
— Я итак собиралась, — поправила она длинные чёрные волосы. Беготня явно не для неё.
Калашников побежал вслед за Александром. Как же быстр тот был! На порядок быстрее других. В этом и есть разница между лучшими и остальными? Но разве это честно? Они ведь на одном уровне оби, и такая разница!
Через минуту Калашников нагнал Грозного. В переулке, совсем рядом с основным маршрутом. Тот вбивал голову мастера французов в асфальт. Безостановочно. У пойманного не было живого места на лице — сплошная каша. Но Грозный бил. Бил. И бил. Безо всяких слов, будто выполнял скучную монотонную работу. Владимир стоял рядом, не решаясь того окликнуть. Издевательство продолжалось ещё двадцать секунд. Затем Александр отпустил труп, вытер с подбородка и щеки кровь и разбрызганную жижу с мозгов.
— Поймал одного. — произнёс он спокойным тоном.
— Вижу, — кивнул Владимир.
— Думал от меня спрятаться. В Москве. Смешной. — сказав это, Грозный совсем не улыбался.
— И правда дурак, — снова кивнул Калашников.
— Поспешим. Мы слишком задержались на мосту. Пора включиться в гонку! — побежал Александр к своим, но немного медленнее. Видимо, чтобы Владимир не отставал...
...Грозный и Калашников воссоединились с основными силами и поспешили к торговому центру для закупки. Отправленный отряд, к сожалению, и застрял на мосту, после чего и началось сражение с французами.
— Мы точно в числе последних! — кряхтел Владимир, бежав рядом с Астафьевым и Ворониной.
— Если Романов застолбит штаб и удержит, будет неплохо! — кивнул догнавший Жуков. — Всё-таки, не зря они отделились!
— Если его не пришили по пути! — хмыкнул Владимир. — Рассчитывать на этого Томаса точно не стоит!
Воронина бежала молча. Чтобы Романов погиб? В это ей точно не верилось. Выживал же он в Российской империи в окружении врагов, а значит опыт есть, как избегать конфликтов. Хотя этот молодой грубиян словно приманивает к себе конфликты. Она ухмыльнулась.
— Чего ты лыбишься, Воронина?! — взглянул на неё Владимир.
— Какая странная ситуация, — бежала она, ровно дыша. — Сейчас все мы рассчитываем на Романова. Это так смешно.
— Пф-ф! Я точно не рассчитываю! — возмутился Калашников.
— Да я уже поняла, — ответила Воронина и устремила взгляд вперёд.
Они приближались торговому кварталу с отдельно стоящим Ашаном. На парковке было пусто, если не считать с десяток служебных автомобилей императорской гвардии. Как снаружи, так
