Обессилев, он опустился на стул. Бездумно поворошил мусор, скопившийся на столе, толкнул пальцем непонятно как оказавшийся под рукой инфокристалл.
— Вот… вместилище совершенно никчемной информации… — пробормотал Док, и вдруг замер.
Его мысль, пробежав по кругу и встроившись в логическую цепочку, дала ответ.
— Конечно же! Чистый внешний носитель! Как я мог забыть? — Док хлопнул себя по лбу и бросился на поиски.
Вернувшись через несколько минут, он лихорадочно, дрожащими от возбуждения руками, с третьей попытки смог вставить чистый инфокристалл в приемное гнездо.
— Что ты хочешь узнать? — спросил раб, следивший за всеми этими приготовлениями.
— Ты не поймешь! — ответил Док, активируя запись.
По стержням, торчавшим из шлема, пробежали разряды, а раб от резкой боли дернулся и закричал.
— Так… первый слой снят! Глубже! Еще глубже! — бормотал Док, искоса поглядывая на диаграмму состояния пациента.
До красной зоны было еще далеко, значит, можно «копать» дальше! И Док слой за слоем снимал и записывал воспоминания раба, пока из технологической ниши не выбрался медицинский бот и не приложил к предплечью раба, закатившего глаза, коробку полевой аптечки.
— Пожалуй, хватит, — диаграмма состояния уже давно приблизилась к критическим отметкам. — Посмотрим, что мы там нашли!
185
— Ты не поймешь! — пафосно ответил лохматый, и активировал прибор.
Кота накрыло резкой болью, не шедшей ни в какое сравнение с прежней. Боль рождалась глубоко внутри черепа и выворачивала мозг наизнанку. В дополнение к этому появилось мерзкое ощущение множества холодных липких лапок, копошащихся внутри черепной коробки.
В спину моментально вонзилась игла, снимая часть болевых ощущений. Боль, которую уже с трудом, но все же можно было терпеть, накатывала волнами, и такими же волнами «холодные лапки» проникали все глубже и глубже, безжалостно копаясь в самом «Я» Кота. Он закричал, не в силах противостоять этому вторжению, и потерял сознание.
— Это не то! М-м-м… и это не то! — Док, начавший просмотр самых глубоких выкачанных воспоминаний, был разочарован.
Голоэкран, на который выводилось записанное на кристалле, показывал то какие-то уродливые здания, то примитивную технику, то откровенные эротические кадры из жизни раба.
Воспоминания невозможно было просматривать сплошным потоком как какой-нибудь фильм. В мозгу откладывались лишь самые яркие моменты, и вот именно их и «выдирал» прибор. Сейчас, дав команду ИскИну подключиться к устройству чтения инфокристаллов, Док просматривал запись.
— Когда это? Десять лет назад? Идиотизм какой-то! — Док нервничал все больше и больше.
Его теория разваливалась на глазах. Будучи человеком очень хорошо образованным, он, тем не менее, с юности верил сказкам и легендам. Некоторые «легендарные приемы» он уже воплотил в жизнь. Взять хоть оборудование чтения памяти! Ни в одном государстве освоенного космоса, даже в Центральных Мирах, подобного не было! Твердолобые политики и ученые категорически отвергали такую возможность. А он, Док, в легендах нашел описание принципа действия и сумел воплотить его в жизнь!
— Тупые идиоты! — скривился он, вспомнив, с чего начались его гонения.
Пытаясь отрегулировать экспериментальное оборудование, Док в своей подпольной клинике загубил не один десяток человеческих жизней. И ему все сходило с рук, пока однажды нерадивый поставщик «мяса» не притащил к нему не просто обычного оборванца, а спившегося аристо, найденного на какой-то свалке. Аристократ тоже не вынес производимого над ним опыта и умер. Избавившись от очередного тела, Док и думать о нем забыл, пока совершенно случайно, просматривая «горящие новости», не наткнулся на голофото своего пациента… и репортаж, в котором журналисты жестко критиковали власть, не пресекающую подобное. Злополучный аристо оказался каким-то героем прошедшего конфликта, и не обычным наркоманом или пьяницей, а «препаратозависимым ветераном», время от времени впадающим в «боевое забытье».
Государство щедро выделяло деньги на реабилитацию признанных героев, а родственники тщательно следили за их здоровьем, именно по причине хорошей пенсии. Говоря по простому, ветеран уже не мог жить без боевых коктейлей, а состояние, в котором его доставили в клинику, было обычным «откатом» от их применения. Когда ветеран не пришел в государственную клинику за своей обычной дозой и долгое время не отвечал ни на один запрос, все всполошились. А когда по сигналу вшитого еще во время службы во Флоте маркера нашли изуродованное тело, все встали на дыбы!
Аристократы все же являлись высшей кастой общества, и позволить такое обращение с одним из своих, пусть и законченным «боевым наркоманом», не могли никому.
Поднятый шум заставил полицию шевелиться. В течение короткого времени были найдены, взяты штурмом и закрыты десятки подпольных клиник. Когда поставщик «мяса» не вышел на связь, Док понял, что пришла его очередь!
