чревато тяжелыми последствиями. Мыслями вернулся к убийственным клешням и ужаснулся, как до сих пор не угодил в их смертельные объятья?
Упругий и увесистый, как в прошлый раз, удар боксерской груши пришелся в правое плечо. От толчка сталкер с трудом устоял. Он быстро переступил на ногах и сильнее сжал факел. Гриф оглянулся. Окружающая его мгла поредела, а справа образовывался непрозрачный сгусток, напоминающий гигантскую каплю белого стекла. Сгусток начинал течь и утончаться. По движению белесых волокон сталкер проследил его перемещение и концентрацию уже в другом месте.
В какой-то момент на фоне рыхлой дымки возникло белое статичное пятно и стало мгновенно разрастаться в шар. Когда сфера налилась и стремительно потянулась в каплю, Гриф пригнулся и прыгнул вперед. Белая капля тяжело прошла рядом, затягивая за собой туманные завихрения.
Пока Гриф следил и уворачивался от одной, другая капля, которая сформировалась позади и вверху, обрушилась на него неожиданно. От сильного толчка в плечо сталкер повалился вперед. Хотел было сгруппироваться, кувыркнуться через голову, но вовремя сообразил, что в результате этих действий пламя на спине погаснет. Возможно, его потом удастся поджечь факелом, при условии, что он уцелеет. В противном случае тылы окажутся без защиты.
Гриф упал на колени. Заскользил на них, собирая перед собой желтый вал. Что-то плешивое и жесткое накатилось вместе с листьями на бедра. Гриф в испуге отшвырнул это что-то в сторону. В воздух подлетел окоченевший труп собаки с разорванной грудной клеткой, раскрытой пастью и вывалившимся из нее длинным серо-синим языком. К широкому ошейнику было что-то пристегнуто, что-то металлическое и вытянутое. Но не техническое оснащение поразило сталкера, а то, что это была обычная дворняга.
Размахивая факелом, Гриф вскочил на ноги и кинулся бежать. Оказавшись через несколько шагов в белом колодце, был вынужден перейти на шаг. Он вертел головой по сторонам, с переменным успехом уклоняясь и пропуская капли. Старался держать удар и держаться на ногах, если падал, то только вперед или вбок, после чего быстро поднимался. Гриф берег спину, которой все еще чувствовал приятное тепло от пламени. И голову. Допустить ситуацию с вышибанием пробок не мог больше себе позволить. И руки, и ноги тоже. Всему, черт подери, ему всему надо беречься. Что он сможет сделать со сломанной конечностью, хотя бы одной?
Снова удар. Гриф упал на колени, звякнуло в рюкзаке. Едва привстал, как стремительный джеб в грудную клетку опрокинул его навзничь. Сталкер лопатками промял листву и ударился о твердь. Страх окатил жгучей волной. Гриф подскочил и через голову горящим факелом ударил себя по спине, туда, где висела пропитанная бензином куртка.
Он не видел, что происходит сзади, и только по поведению тумана мог догадываться. Если до сих пор в спину не прошло ни одного тычка, значит, спецовка все еще горит.
«Куда я бегу?» - в ужасе думал Гриф и вертел головой по сторонам. Сломанный ствол, который только что проплыл мимо, казалось, он уже видел раньше. В голове словно сбилась тонкая настройка, курсовая стрелка, указывающая направление, носилась, как бешеная. Мелькала по циферблату, билась об ограничители, того и гляди слетит с оси. Голова закружилась, брызги страха обожгли лицо: «Я бегу не туда. Куда тогда?».
Он остановился, завертелся на месте, резко мотнул факелом кругом. Рукоятка ударилась о ствол дерева. Намотанная тряпка соскочила вместе с проволокой и, пока летела, погасла, а затем вовсе скрылась во мгле.
Гриф взвыл: «Чтоб все провалилось!» - и в злобе швырнул палку ей вслед.
Он стоял, тяжело дышал и лихорадочно думал, в какую сторону ринуться. Всматривался в кружащую, словно хищник возле подранка, белую тварь. «Компас, - в него словно ударила молния. - Я идиот». Гриф вспомнил, что вместе с прочим барахлом в вещмешке у Пистона был и компас.
Тяжело дыша, пуская слюни, он оттянул от груди вещмешок, распустил лямки и сунул внутрь руку. Растопыренные пальцы запрыгали, заскользили по вещам. Указательный палец ударился о покатый железный бок. «Кружка», - определил сталкер, запустил руку глубже. Что-то неопределенное, мягкое: «Футболка или носки. Компас мелкий, его надо искать на дне», - дальше руку. Что-то кольнуло в мизинец, в голове возник образ консервного ножа. Снова что-то твердое - контейнер. Пальцы уткнулись в тряпичное дно. Сразу ощутилось множество мелких предметов. «Целлофан с флаконами, коробок спичек. Так, это что? Аптечка. Да где, черт тебя дери, гребаный компас?!».
Шух-шух-шух, из тумана вынырнул, пролетел в опасной близости от головы обгорелый черенок факела, так сказать, алаверды, и снова сгинул в белесой гати. Несмотря на тепло от нагретого фартука, по спине прошелся мороз. Рассекая воздух, вылетел из колышущейся бели сук, ударил в ногу. Боль разлилась по бедру.
- Твою дивизию, - выдохнул Гриф, - этого только не хватало.
Он с остервенением шарил по дну вещмешка, хватал и отбрасывал в стороны ненужное. Снова открывалка, чертова кружка, сполз и давил в косточку запястья «медведь», к влажным от пота пальцам лип целлофановый пакет. «Я щас вас всех на хрен… есть», - Гриф выдернул из вещмешка руку, в которой крепко сжимал, как коршун цыпленка, зеленый двустворчатый диск. Трясущимися от волнения пальцами открыл крышку.
Стрелка медленно вращалась на оси, покачивалась и лениво, нехотя, словно измывалась, говорила: «Дайте-ка подумать, где же в вашей заднице север. Эко, батенька, вас угораздило». Гриф чуть ли не стонал. Он до последнего не верил, что компас сработает. Были в зоне места, да что места, области, где о магнитных полюсах слыхом не слыхивали. А тут на тебе, подарочек. Хоть и с кривой рожей, все же изволили ткнуть кривым пальчиком. «Тьфу на тебя, железяка чертова».
Прихрамывая, сталкер затрусил вперед, определяя себя относительно люка, выстраивая умозрительный азимут. Правой рукой он прижимал вещмешок к груди. Пальцами ощущал через плотную ткань покатый бок батареи. Левую руку с компасом отодвинул немного вперед и почти касался тумана.
После резкого толчка в плечо он устоял, а от последовавшего сразу за ним рывка за ногу упал. Поднимаясь с земли, Гриф испытал ощутимый удар в спину, как раз туда, где должна полыхать спецовка. «Тылы открыты». Удары, толчки, броски сыпались один за другим. Гриф двигался по опавшему лесу, как ванька-встанька. Падал, взбивал снопы листьев, поднимался и через несколько шагов снова падал. Чтобы не потерять компас, сталкер, улучив момент, убрал его в карман брюк.
Хотя удары и не разбивали тело в кровь, они были чувствительны, некоторые болезненны, и главное, они
