и ждёт наказания или приказа.
– А эта служанка, она что говорит? – спросил Хафилур.
– Говорит, что явился какой-то тип, здоровенный и крутой, перетрахал их всех троих, а когда ворвались наши, просто перебил парней голыми руками.
– А она, значит, спряталась? – уточнил Хафилур.
В голове он так и перебирал варианты, кто мог его подставить. У кого мог быть такой крутой боец? Голыми руками – пятерых опытных бойцов…
– Да, и одна из фрейлин, Сентилина, тоже, – ответил капитан. – Вторая не успела спрятаться и, вроде бы, в неё нож отлетел. В горло, наповал. Помните же, Сантиани мастер кидаться ножами… был.
Хафилур помолчал. Сантиани любил кидаться ножами, да и весь отряд был из мастеров боя. И их всех перебили голыми руками… Есть о чем задуматься. Особенно в свете слухов о том, что Валлолиэль собирает какое-то супероружие или супербойца… или ещё что-то этакое, до чего Хафилур никак не мог добраться.
– Ясно, – сказал шеф службы как ни в чем не бывало. – Разберёмся. Можете возвращаться к своим обязанностям.
Капитан кивнул и повернулся уходить. У дверей Хафилур окликнул его.
– Скажите, капитан, а эта служанка… она ведь не убежит?
Капитан развернулся и отчаянно замотал головой.
– Никак нет, шеф! – почти закричал он. – Лично! Сам сторожить буду!
– Ну, не горячитесь, капитан, – спокойно сказал шеф. – Не надо таких жертв. Просто подумайте, если сбежит служанка, то ведь больше никто не сможет рассказать подробности происшедшего, верно?
Капитан кивнул. По лицу его было видно, что он пытается угадать, к чему клонит начальство, но пока не понял.
– Ну, вот, – сказал Хафилур. – Только представьте себе, она сбежит, а фрейлина… Ведь могло же быть так, что вы перепутали, и обе фрейлины погибли?
Капитан наморщил лоб. Потом кивнул.
– Кровищи там было… и тела – просто разорваны. Немудрено сбиться со счета!
– Ну, вот видите, – сказал шеф службы.
– Но ведь служанка говорит, что похититель потом благополучно унёс фрейлину. И если она убежит, – начал говорить Билулизар, но шеф перебил.
– Такой серьёзный свидетель не может просто убежать! – строго сказал он. – Ведь тогда она сможет рассказать, что попало кому угодно. А если попытается… вы знаете, что делать, верно?
Капитан помедлив кивнул, но по всему его виду было понятно, что он в чём-то сомневается, и тогда Хафилур спросил напрямую:
– Вас что-то смущает?
– Она же юна совсем.
– Да, Билулизар, вы недаром наречены прозвищем «Славный», вы совершенно правы. Как здоровье у ваших двух девочек?
Укол был в самое сердце. Такой удар не остановит ни одна броня, особенно надетая на грудь старого вояки, потерявшего супругу и в одиночку воспитывающего двух юных леди.
– Благодарю за заботу, Ваше Сиятельство. Я всё сделаю.
– Сделаете, – согласился Хафилур. – А как сделаете, рапортуйте мне лично! И составьте официальный доклад о нашей с вами версии событий.
Капитан снова кивнул и вышел. Хафилур смотрел ему вслед и думал.
«Служанке придётся умереть при попытке к бегству, а капитан уж больно много думает… Казнить его или продолжать дёргать за нити, сплетённые из волос его дочерей? Он знает… много знает. Надо будет приглядывать за старпёром, пока его клинок нужен. К примеру, для возможных проблем с Валлолиэлем. Хотя нет, герцогом надо будет заняться самому. Но сначала разобраться с этими намёками на то, что глава совета готовит что-то невероятно мощное. Ведь в суете дней он до сих пор так и не узнал, что именно. Возможно, это как-то связано с невероятно мощным человеком, похитившим из-под охраны шлюху из приближённых к королеве…»
Глава 23. Маяк для тёмных душ
Дальше я шёл молча, а Лиза перечисляла грехи каждого, кого мы встречали в белом городе: клятвопреступники, мужеложцы, педофилы, зоофилы, садисты, убийцы. Откуда она могла знать это? Я задал пару подобных вопросов, но невидимая взору окружающих демон лишь и дальше детально описывала подробности: имена, места, время тех или иных событий. Я уже практически перестал внимать, смирившись, что она знает всё про всех, но тут Лиза вскрикнула, заставив меня остановиться.
– Вот он, смотри, – указала она на крупного человека в до блеска начищенных доспехах, где-то в конце улицы, утыканной дорогими магазинами.
– Ещё один неправедный? – поморщился я.
– Он полон греха и сам источает смерть!
Лиза материализовалась, забыв про конспирацию. Плеть в её руке с треском гремучей змеи размоталась и упала на камень тротуара, став длинным, растущим на глазах, словно живым кнутом. Её взгляд был одурманен, будто мотылёк летит на свет, будто идти к рыцарю в начищенных доспехах вовсе не её воля, а её предназначение, диктуемое свыше или сниже.
– Лиз!
Я попытался остановить её, взял за плечо, но тут же отпрянул, когда столкнулся с озверевшим взглядом – ещё мгновение и она ударила бы меня плетью.
– Спрячься под лавку варлок и, если меня убьют, позови снова! – рявкнула она, развернулась и перешла на бег, расталкивая и так ошалевших от её появления прохожих.
«Что это с ней», – подумал я. – «Зачем она идёт убивать того человека?»
– Двенадцатая страница, ахха-ха-ха! – пропищала из кармана книга, и я, достав фолиант, принялся судорожно листать заливающийся смехом трактат.
Игра Гриши
Гриша обернулся, потому что напичканный артефактами костюм забил тревогу. На него неслось что-то настолько опасное, что меч в ножнах задрожал и сам выпрыгнул в руку.
Вокруг было людно, а если точнее эльфно. Тварь – невысокая синеволосая девушка – бежала на него. Из-под копыт сыпались искры, блестели оскаленные зубы. Демоница. В руке она сжимала своё оружие – длинный красный, будто раскалённый хлыст.
– О! Драка! – возликовал Григорий и от нетерпения облизнул губы.
Кнут характерно взвился в воздухе по широкой амплитуде, оставляя полукруги огненных очертаний. Щелчок оглушил эту улочку, прокатившись эхом по стенам домов, когда демоническое оружие ударило по воину. Однако Гриша поднял левую руку, и оружие обмоталось вокруг кисти, облачённой в латную перчатку.
– Крутяк, – оскалился воин, видя, как шипящее, натянутое оружие источает едкий дым, коптя доспех, но не причиняя при этом никакого беспокойства. – Иди сюда!
Гриша дёрнул кожаный шнур, надеясь вонзить уже выставленный меч в живот демону, но Лиза отпустила оружие, коротко взвизгнув заклинание:
– Липт!
Брошенная рукоять кнута по инерции дёрнулась в
