Альфред Ван Вогт - Империя атома

— Когда оно появится? — спросила она у Кларка.

— Через семь минут, Ваше Величество, — ответил юноша.

— У вас все готово?

Он объяснил ей ситуацию. Семь групп ученых с аппаратурой будут находиться в Здании. Он лично проверил списки.

— Вы — настоящее сокровище, капитан! — воскликнула она.

Кейл промолчал. Императрица, владевшая буквально всем миром, не могла, конечно, ожидать, что люди будут преданы ей лишь из — за нескольких комплиментов и армейской ставки. Он давно уже не ощущал восторгов, видя ее, к тому же то, что предстояло, не располагало к подобным эмоциям. Но назад пути не было.

Императрица подошла к яме от фундамента. Слева находился Гринвейский оружейный магазин. Вид магазина оружейников с выключенной рекламой порадовал ее — окруженный деревьями, он казался отчужденным от этого мира.

«Если бы они все стали такими, — внезапно подумала она, — их бы забыли за одно поколение. Дети слушали бы рассказы о них, как сказки».

— Сделай так, Господи! — вырвалось у нее. — Сделай так!

И как будто это было приказом, вместо огромной ямы перед ней возникло Здание.

— Минута в минуту, — сказал капитан Кларк.

Иннельде уже приходилось видеть этот процесс на экране, но здесь он произвел на нее ошеломляющее впечатление. Масштабы были совсем другими. Кубическая конструкция со стороной в четверть мили внезапно и бесшумно возникла как бы из ничего.

Почти все Здание было набито машинами. Свободное пространство внутри можно было обойти за час.

— Ну что же, — сказала Иннельда, — кажется, все в порядке. А как крысы?

Крысы, оставленные в Здании прошлый раз, были живы. Императрица прохаживалась в центральном зале, то и дело поглядывая на часы.

Ей не следовало нервничать. И тем не менее она ругала себя за то, что решилась войти сюда. Придворные в мрачном молчании стояли поодаль. Послышались шаги, и в зал вошел Кейл Кларк. В руках у него была белая крыса.

— Взгляните, Ваше Величество, — сказал он, — свежа, как роза.

Он передал ей крысу. Она осмотрела ее и внезапно прижала пушистое теплое тельце к щеке.

— Что бы мы делали без таких, как ты? — прошептала она.

Потом обратилась к Кларку:

— Итак, что же думают ученые?

— Все чувствуют себя превосходно, — ответил он.

Иннельда кивнула. При первом исчезновении в Здании находились люди. Они немедленно покинули его после возвращения и ни за что не соглашались повторить это «путешествие». Но медицинское обследование показало, что никаких отклонений от нормы нет.

Она была в нерешительности. Отказ выглядел бы плохо, но следовало тщательно взвесить все обстоятельства. Если с ней что — либо случится, династия Ишер прервется. У нее нет наследпиков. И выбор, скорее всего, падет на принца дель Куртина. Он достаточно популярен. Нелепая ситуация.

— Капитан, — сказала она наконец, — вы согласились совершить путешествие независимо от того, отправлюсь я или нет. Боюсь, однако, мне не следует этого делать. Как Императрица, я не имею на это права, — она махнула рукой. — Благословляю Вас!

Спустя час она наблюдала за исчезновением Здания. Потом был сервирован ленч, после которого она прочла несколько государственных документов.

И вот Здание появилось снова. Из него вышли люди. Один из ученых подошел к ней.

— Ваше Величество, за это время никаких происшествий не было, за исключением исчезновения капитана Кларка. Он покинул Здание с исследовательскими целями. Мы получили от него сообщение, что снаружи 17 августа 4784 года. И более ничего о нем не слышали. Он не вернулся.

— Но… — начала Императрица и запнулась. — Но это значит, что с 17 августа по 26 ноября было два Кларка.

«Вот он, парадокс времени, — подумала она. — Может ли человек встретиться с самим собой?»

Вслух же она произнесла:

— Но что же случилось со вторым?

День 17 августа выдался ясным. Легкий ветерок овевал лицо Кларка, шагавшего по улицам прочь от Здания. Он был один. Часовые, взглянув на капитанскую форму с алым значком свиты Императрицы, беспрепятственно пропускали его, отдавая честь.

Через пять минут на городском карплане он прилетел в Центр. Впереди было два с половиной месяца, чтобы подготовить путешествие.

Несмотря на поздний вечер, ему удалось снять комнату и оффис и договориться, что к 9 часам утра у него будут секретарша и клерки.

Утром он первым делом отправился в банк, чтобы обменять 500 000 кредитов в акциях и ценных бумагах, данные ему «вторым» Кларком.

И машина завертелась: стенографистки писали, клерки обрабатывали его сделки, секретарша отправляла письма, бухгалтер, произведенный в начальники конторы, нанимал новый персонал и расширял агентство.

Кларк действовал так, как вел бы себя бизнесмен, получивший из будущего точные сведения о биржевых операциях.

И, таким образом, к концу августа он имел 90 миллиардов кредитов, контроль над четырьмя банками и 34 компаниями.

В сентябре у него было уже 330 миллиардов кредитов, он поглотил колоссальный Первый имперский банк, три межпланетных корпорации, 290 компаний. Он переехал в 100–этажный небоскреб, где работало семь тысяч служащих.

В ноябре у него был капитал в 3 биллиона кредитов. Он женился на Люси Ралл, ответил на свой звонок и встретился с самим собой.

Двое близнецов пришли в Пенни Палас и выколотили из Хари Мартина деньги. Эта сумма для них, конечно, ничего не значила, но дело было в принципе. На этом Кларки остановились. Первый из них отправился к Медлону и вступил в армию.

Эту историю Совету Организации поведал Хедрук. А Императрице пришлось прекратить войну, дабы не ввести в соблазн других офицеров, что полностью подорвало бы стабильность экономики.

Сначала Фару поразило, что снаружи вечер. Ведь он преодолел половину земного шара. Но пришлось примириться с действительностью.

Твердый металл замка легко поддался лучу бластера. Вспышка — и дверь распахнулась. Он вошел в мастерскую. Внутри было темно. Но Фара не спешил включать свет: сначала открыл окно и только затем щелкнул выключателем. Его инструменты были на месте, готовые к работе.

Фара позвонил Криль, и вскоре она появилась в мастерской. Увидев его, она побледнела.

— О, Фара, я думала…

— Криль, я был в оружейном магазине. Ты сейчас переберешься к своей матери, а я буду жить пока в мастерской. Позже я приду домой поесть и переодеться, но ты должна перебраться к этому времени. Ты поняла?

— Я перевезу все, что нужно, сюда, и даже кровать, — ответила она, — мы поселимся в кладовой.

Лишь в 10 часов утра открытую дверь пересекла человеческая тень. Вошел смущенный констебль Джор.

— Я должен тебя арестовать, Фара, — сказал он.

— Скажи тем, кто тебя послал, что я оказал вооруженное сопротивление, — ответил Фара, вытащив бластер. Констебль с минуту постоял, что — то соображая.

— У меня с собой предписание о твоей явке на суд в Ферд. Ты принимаешь его?

— Да.

— И будешь там?

— Я пошлю адвоката. Положи приказ на пол. Скажи, что я взял его.

Он вспомнил слова продавца: «Не делайте глупостей. Не критикуйте законы и власти. Просто игнорируйте их».

Джор вышел, явно удовлетворенный. Через час в мастерскую пришел майор Мел Дейл.

— Итак, Фара Кларк, вы не повинуетесь закону, вам не выбраться отсюда.

Было странно, как это майор решил рискнуть своей драгоценной тушей, явившись сюда. Но тут он прошептал:

— Отлично сработано, Фара. Я знал, что ты не подведешь. Люди за тебя. Я говорю тихо, потому что снаружи толпа. Будь осторожен — сюда приехал управляющий РАМ со своими телохранителями.

Итак, наступал решающий момент.

«Пусть приходят, — он едва шевельнул губами, — пусть приходят».

Однако все прошло легче, чем он ожидал. Двое, вошедшие в мастерскую, побледнели, увидев бластер.

— Взгляните, — управляющий держал вексель на 12 100 кредитов. — Вы не отказываетесь от него?

— Я выкуплю его за 1000 кредитов, в действительности выплаченных моему сыну, — ответил Фара.

— Идет, — сразу согласился тот.

…Первым его посетителем стал Лэн Гаррис. Глядя на старика, Фара начинал понимать, почему Организация выбрала для магазина именно его участок. А через час появилась теща.

— Итак, — сказала она, — ты, наконец, решился? Извини, если я была резка с тобой, но играть в открытую было еще рано.

И все. Невероятно, но все. Фара еще не мог поверить в это, думал, что все это ему снится. Воздух опьянял его. Маленький мирок Глэя снова превратился в застывший рай.

— Мистер де Лани? — спросила Императрица. Хедрук поклонился.

Для небольшой страховки он назвался одним из своих многочисленных имен, которых уже никто не помнил.