разбираются в человеческой анатомии. Так уж исторически сложилось…. Есть тут талантливые ученики, могу дать в качестве наставников. За хорошее жалование, разумеется.
— Когда?
— Да хоть завтра, Торвик. Хорошая практика им не повредит. Орсис, конечно может исцелить каждого, но полагаться только на Богиню неправильно.
— Мне кажется, или Лорена стала спокойнее? — чуть слышно спросил Олаф.
— У нее больше нет жажды крови, — так же ответил я. — Только похоть. Но это страшная тайна, как и ее перерождение. Держите рот на замке, сир, мир и так зыбкий.
Олаф красноречиво кивнул. Больше он ничего не спрашивал.
— Лили? Вам есть что сказать о столице?
— Ну разумеется, Торвик! Глупый вопрос.
— Так что там у нас?
— Ну, ожидаемо, липовый король быстро пошел на поправку и собирает вокруг себя сильнейших магов и воинов. Он знает что лига теперь не страшна и здорово поверил в свои силы. То, что я сделала со своими врагами — цветочки по сравнению с тем, что творит он. Всех кто был связан с лигой Конрад уже почти истребил. Знать в ужасе, разбегаются кто куда. Ведь теперь у них нет поддержки. Но простому люду от этого не легче. У них отбирают последнее, набивая дворец провизией и прочим добром.
— Вот же свинья! — не выдержал Олаф.
— И не говорите, — скривилась Амалия. — Деградация на лицо. Может направить людей в столицу, пока свежо предание в памяти? Назначить виноватым…
— …свергнуть монарха руками фанатиков, сделав их героями в глазах народа и пустить все наши старания прахом? — закончила за нее Венге.
— Ну да… Об этом я как-то не подумала. Привычка. Такой сценарий в лиге тоже отрабатывали. На случай если подставной король возомнит себя истинным. Но делать то все равно что-то надо. Скоро начнутся голодные бунты.
— Она права, поддержала Лорена. А там и до эпидемии недалеко. Кое какие болезни здесь все — таки есть. Дизентерия, например.
— Я понял. Идея есть, но нужно время. Дайте подумать до утра, она слишком смелая.
— После вылазки в цитадель, я чего-то побаиваюсь. Насколько смелая, Торвик?
— Настолько, дорогая моя Венге, что наш друг Конрад под личиной короля навалит в королевские сапоги. Если все получится, то они и опомниться не успеют. Придется его обличить прилюдно и осадить… Судя по словам Лили, горожане уже настроены против своего правителя. Так мы убьем двух зайцев.
Глава 3. Родные стены
Для того, чтобы привести свой план к приемлемому состоянию, пришлось отменить запрет для Лили и переместиться вместе с ней в окрестности столицы. Вернее в места, граничащие с замком. Само величественное строение мало чем отличалось от моей изначальной задумки, но следовало в том убедиться. Дворец был построен на краю столицы, на высоком холме. Из окон его и террас открывался прекрасный вид на зеленые травяные луга и прибрежные скалы. Пейзаж изумительный, даже сейчас, после катаклизма. Меня интересовал прежде всего тронный зал. Этакое монументальное сооружение со множеством высоченных колонн белого мрамора, выступающего далеко за пределы фундамента. Длинный, наполненный светом зал со сводчатым потолком, остекленный до самого верха, с одной стороны которого находился трон, а с другой — гигантских размеров стеклянные створки, ведущие на округлую лоджию. Она же служила причалом для кораблей высоких гостей и личной яхты короля. Все в этом зале задумывалось так, чтобы человек одновременно восхищался величием и чувствовал собственную ничтожность. Впрочем, большое количество зелени и птиц немножечко отеняли общее впечатление, добавляя едва уловимый уют летнего сада.
Меня интересовало прежде всего остекление зала. Как и ожидалось, его практически не было. Каркасы окон и гигантских створок сорвало ураганом и они по большей части валялись далеко внизу, на травянистой лужайке. Это место можно считать самым защищенным в замке. Даже сейчас, когда флот королевства представлял собой жалкое зрелище, два сияющих корвета с белоснежными парусами парили поодаль от тронного зала. И это не считая дальнобойных пушек на крыше и в стенах дворца.
— Что скажешь Лили?
— Торвик, да тут же целая крепость! Я, конечно верю в тебя, но попахивает безумием.
— Может и так. Вот только здесь нас не ждут. Будь у меня обычный корабль, то не решился бы. Но Шарк Раал отлично владеет своим телом. Мы нанесем визит именно тут. А ты подстрахуешь.
— Ты… так доверяешь мне, что решил отменить запрет окончательно?
— Дело не в доверии Лили. Хотя… Наверное все же в нем. Я знаю на что ты способна и ценю твой ум. Тебя можно обвинить в жестокости, алчности, кровожадности, но не в глупости. Я ведь не слишком много прошу?
— Ого… — Лили слегка ошалела. — Вот это откровение, аж сердце сжалось. Мне прямо здесь отдаться?
Моя задумчивость заставила ее покраснеть. Ведь Венге рядом не было а проклятье никуда не делось. Предложение могло быть весьма кстати.
— Эй… Торвик, я не подумав. Нет, я не против, конечно, но сейчас не готова!
— Я так и понял.
— Ну так что… куда дальше?
— Возвращаемся в замок. Что хотел я увидел.
Остаток дня ушел на подготовку к отчаянной вылазке. Орсис создала специально для Олафа королевскую мантию, доспехи и венец, чтобы он выглядел максимально эффектно. Шарк Раал хорошо поохотилась, пополнив запас сил и от души окунулась в пресное озеро дабы отмыть обшивку. Дело довершили портовые работяги, отдраив борта и палубу до матового блеска. В перерывах между совещаниями Олаф и Лорена предпочитали находиться вместе с дочерью. Им было о чем поговорить, так что Венге я не дергал. Был момент, когда без нее стало совсем туго, но под руку вовремя подвернулась Лили. Я зажал ее в какой-то кладовой среди стопок выглаженного белья и немножечко обесчестил. На сей раз традиционным способом, так сказать, глядя в глаза. Мимолетный экстаз поднял настроение ей и подарил ясность мыслей мне.
К закату дня все было готово. Отужинав в полном составе последний раз, мы покинули замок Лорены. До столицы почти неделя пути, так что на додумывание плана еще будет время. Вопреки моим ожиданиям, Лили решила проделать весь путь лично, сославшись на недостаток впечатлений и однообразность жизни в замке. Судя по отчетам Орсис, ситуация в столице менялась ежечасно. Остатки королевского флота еще только выдвинулись в обратный путь, кое как починившись, а в городе уже зрел бунт. Пришлось все же подняться в эфирный океан и набрать приличную скорость.
К утру третьего дня, когда у ворот дворца уже собралась внушительная толпа горожан, «Черное лезвие» достигло пределов Солуса. Король собрал в тронном зале военный совет, пригласив на него
