второй главы:
— Небесная комната на втором этаже предлагает пятьсот тысяч золотых, есть ли желающие поднять цену?
Стоило ей сказать это, и по залу пронесся шум перешептываний.
Ароматная роса Тапира была интересной вещью, но очевидно не такой интересной, как «таблетки истинной любви». Однако все пять коробочек с таблетками были проданы в общей сложности за триста тысяч золотых. А эти пять бутылочек за пятьсот тысяч?
— Наверное, его купили родители какого-нибудь молодого лорда, — пробормотал кто-то внизу.
— Может какой-нибудь богатый клан решил побаловать своего наследника.
Какой-то совершенствующийся из толпы, страдавший отклонением ци, решился и сказал:
— Я заплачу пятьсот пятьдесят тысяч за эти пять бутылок.
— Ароматная Роса Тапира, текущая цена пятьсот пятьдесят тысяч, у вас все еще есть...
Но прежде, чем вторая глава Палаты успела договорить, еще одна серебряная пластина спустилась вниз по воздуху. Ее вновь сбросили со второго этажа. Она бросила взгляд на пластину и изумленно распахнула глаза.
— Прошу у всех прощения, я поняла неправильно. Клиент на втором этаже сказал, что он заплатил пятьсот тысяч за одну бутылку, в общей сложности два миллиона пятьсот тысяч...
Только дурак осмелился бы соперничать с Чу Ваньнином за такую цену. Когда слуга принес им в ложу пять бутылок Ароматной росы Тапира, Мо Жань почувствовал себя странно.
Два с половиной миллиона... Чу Ваньнин готов выложить такие деньги за сладости...
Заметив выражение его лица, Чу Ваньнин спокойно спросил:
— Что-то не так?
— Ха-ха, ничего страшного. Я просто не думал, что Учителю может понравится что-то подобное.
— Как мне могут нравиться такие детские вещи? Я купил ее для Ся Сыни, — соврал он.
У Мо Жаня от такой наглости чуть пар из ушей не пошел.
«Ну-ну, посмотрим, как долго ты сможешь притворяться!»
После этого товары, которые выставлялись, продавали один за другим. Хотя это были редкие травы или сокровища, они не представляли никакой ценности для Мо Жаня и Чу Ваньнина. Поэтому они пили чай, ожидая появления божественного оружия.
Мо Жань прислонился к занавешенной арке. Черная одежда выгодно облегала его тонкую талию, подчеркивая широкие плечи и длинные ноги. Он смотрел на шумную сцену внизу, потом поднял голову и посмотрел на ложу, занятую Духовной школой Жуфэн.
— Ах да, Учитель, а как дядя уладил проблемы в Персиковом Источнике? Вы ничего так и не рассказали мне.
— Не о чем рассказывать. Он не мог позволить этому делу получить огласку. Чтобы не спровоцировать нашего врага, глава, зная правду, мог только разорвать договор с юйминь и забрать Ши Мэя и Сюэ Мэна обратно на Пик Сышэн. Это наделало много шума среди практикующихся там учеников. Некоторые посчитали Персиковый Источник небезопасным местом для духовной практики и также покинули его. Должно быть, Е Ванси был одним из них, — Чу Ваньнин доел кусочек османтусового торта и взял еще один. — Глава сказал всем, что твои духовные силы были подорваны, и для восстановления ты погрузился в длительную закрытую медитацию на Пике Сышэн. Это позволит на какое-то время замести наши следы.
Мо Жань почесал в затылке.
— Звучит как целая гора неприятностей. Дяде тяжело пришлось...
Пока он бормотал, глава Палаты Сюаньюань использовала технику усиления звука, привлекая всеобщее внимание. Ее мелодичный голос, прекрасный, как осколки куньшаньского нефрита[80.5], донесся до каждого уголка зала.
— Следующий товар — редчайшее сокровище высшего качества. Его можно включить в первую десятку самых диковинных товаров, что продавались на этом аукциона за последние три года.
После этой фразы зал затих. А потом как будто в кастрюлю с кипящим маслом добавили ложку воды. Толпа взорвалась шквалом шепотков, в глазах людей появился жадный блеск. Что-то, что входит в первую десятку сокровищ, проданных Палатой Сюаньюань за последние три года? Что это может быть? Даже просто увидеть такое хотя бы раз в жизни было огромной удачей.
Покупатели становились все более взбудораженными, а напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Люди внизу с нетерпением ждали продолжения.
Чу Ваньнин тоже внимательно смотрел на лотосовый помост.
— Это то самое божественное оружие — Гуйлай? — тихо спросил Мо Жань.
Чу Ваньнин не ответил.
В тот же миг, когда каменная платформа опять раскололась, открывая содержимое, звонкий голос второй главы разнесся в воздухе:
— Пожалуйста, обратите внимание на это удивительное сокровище! Прекрасная костяная бабочка[80.6]!
— Что? — рука Мо Жаня непроизвольно дернулась, касаясь сетчатого занавеса. — Это не божественное оружие?!
Чу Ваньнин тоже не ждал такого. Он встал и подошел к Мо Жаню. Они оба посмотрели вниз, где из центра лотоса медленно поднималось каменное ложе. К его углам тянулось восемь цепей толщиной с запястье. Они переплетались, связывая отчаянно вырывающееся живое существо, полностью покрытое плотной тканью.
Появление этого сокровища еще больше накалило и без того кипящую атмосферу.
Неважно, как выглядела «прекрасная костяная бабочка», все здесь знали о выходцах из этого клана.
В давнюю эпоху, когда небо и земля не были разделены, демоны и люди сосуществовали в одном мире. В то время существовал клан демонов, которых называли «прекрасными костяными бабочками». Они не были сильны в бою, но в их телах было изобилие духовной энергии. Съесть плоть, выпить кровь такого демона или заняться с представителем этого клана двойным совершенствованием означало почти мгновенно многократно увеличить свою духовную силу.
Даже те, у кого не было духовных корней, могли мгновенно совершенствоваться до стадии основания фундамента. А те, у кого они были — достичь уровня старейшин. Из-за этого клан бабочек был почти полностью уничтожен во время войны небес и земли. Их захватывали в плен, брали в сексуальное рабство, или сразу же убивали, чтобы наесться их плоти и напиться их крови.
Теперь в мире практически не осталось настоящих демонов-бабочек, но среди людей все еще встречались потомки, в чьих жилах текла демоническая кровь прекрасных костяных бабочек. Большинство из них были обычными людьми, которые мало чем отличались от прочих совершенствующихся, но были и такие, чья кровь несла волшебную силу их предков.
Конечно, сила крови потомков была несравнима с мощью демонов прошлого, но она все еще могла заметно увеличить духовную силу того, кто потреблял ее.
Таких людей называли «прекрасными костяными бабочками», но за этими красивыми словами скрывалось только два значения: «постельные рабы» и «еда».
В зависимости от предпочтений покупателя, их или запирали в спальне, или съедали живьем.
Мир совершенствующихся не считал потомков клана прекрасных костяных
