из его участников, — настаивала Вера.
Я осмотрел траву и землю возле трупа и обнаружил следы.
— Вот, смотрите, тут еще отпечатки обуви. Наш убитый был не один. Остальные, получается, смылись. Вера Андреевна-то права. Зачем убегать от товарища, если не скрываешься от закона?
— Ну так пули летают, — пожал плечами Петр Петрович, но уже заметно повеселев и поверив в версию со сбежавшими зэками.
— Нужно звонить в область и узнавать, — задумчиво проговорил я. — Странно, что нас не только не задействовали, но и даже не информировали о таком ЧП.
— Бардак! — привычно махнул рукой Виктор Степанович. — На зонах везде бардак! Военная прокуратура хреново работает. Я позвоню своему однокласснику, пускай разбирается!
— Не один?.. А остальные беглецы где? — чесал лысину Кулебякин. — Нужно их догнать! Морозов! Поручаю тебе немедленно приступить к поисковой операции. Возьми мой пистолет, — он тут же протянул мне ПМ.
Хорошо хоть сам не почесал в чащу, преследовать. Всё-таки начальство у меня до известной степени адекватное, когда не палит в белый свет.
— Я лучше у Виктора Степановича наган попрошу, у вас патронов мало осталось.
— Слышь, Степаныч, — повернулся к нему Кулебякин. — А ну и правда, дай ствол молодому. В целях, так сказать, содействия органам!
— Я и сам орган, — хмыкнул прокурор, но револьвер мне протянул. — Береги его, сынок. От деда мне достался… Он с него беляков бил в семнадцатом.
— Вы же говорили, что от отца? — улыбнулся я, беря в руки наган.
— Да какая разница, главное, что пистолет добрый. Надежный.
— Спасибо, — кивнул я, принимая подношение.
А про себя подумал, что наган вообще не пистолет, а револьвер, но большинство не разбирается в таких тонкостях, а по мне — лишь бы стрелял. Ведь я действительно собирался сейчас взять Мухтара, Тулуша и идти ловить беглых зэков. Интересная штука — жизнь. Никогда бы не подумал, что буду ловить тех, кем был сам в прошлой жизни.
Краем глаза я наблюдал и за Верой. Она была вся собранная, сосредоточенная и абсолютно трезвая. Как легавая сделала стойку на дичь, рассматривая место происшествия, тело и кровь на траве, вдавленные следы. Не девушка, а Шерлок Холмс в юбке. Хотя сейчас она была в спортивном костюме. И откуда она знала про побег, когда наши начальники не знали? Ну понятно, с области же перевелась, это мы тут в глуши сидим.
Успокоил я себя так, но сам своим словам не поверил. Блин, что-то тут нечисто…
— Вера, можно тебя на минуту? — позвал я прокурорскую, решив пораспрашивать.
Кулебякин уже ускакал к бобику с рацией и давал указание зарегистрировать сообщение дежурной части об обезвреживании одного из беглых преступников. Я нисколько не сомневался, что убитый был в бегах. Не только моя одноклассница наблюдательная, я тоже многое заметил: загар лишь по контуру робы, прическа-ежик, желтые от крепкого чифира зубы. По всему видно, что совсем недавно он чалился в местах не столь отдаленных. Уж мне ли не знать.
— Да, Саша, конечно, — подошла ко мне следачка.
Я огляделся и, убедившись, что нас никто не слышит, задал не дававший покоя вопрос.
От авт ора
Друзья! Стартовал с новой серией сегодня. И снова попаданец в милиционера. Только в девяностые.
Матёрый полковник МВД оказывается в теле зелёного летёхи из убойного отдела в 1996. Город под контролем бандитов, но мент-попаданец знает, как его спасти: https://author.today/work/393049
Глава 3
— Откуда ты знала про побег? — прямо спросил я следачку.
— Ну, Саша, я где работаю-то? — обезоруживающе улыбнулась Вера.
— Я тоже не пчеловод, — мотнул я головой, отметая шутки, — но ничего не знал. Нас не ориентировали. Я мог бы списать это все на бардак. Но прокурор, твой руководитель, тоже не в курсе.
— Вы тут в своей глуши сидите, мира не видите, — игриво и без злобы проговорила Соколова. — Я же из области приехала.
Можно было подумать, что Угледарск — чуть ли не Москве ровня. Как же.
— Там ты работала, ага, я знаю, — продолжил я. — И тебя отправили в ссылку в прокуратуру Зарыбинска, а про причину — ты не хочешь говорить. Я это помню…
— Так и есть, Саша. А к чему такие вопросы? Странные…
Вот теперь она немного нахмурилась.
— Ну знаешь, ты сама только что сказала, что мы не центр мира. И даже не окраина, а ещё подальше. А тут вдруг беглые зэки нарисовались. В Зарыбинске… Такого отродясь у нас не было.
Конечно, сам я был в должности недавно, и жил здесь всего-то год, но от старослужащих наслышан, какова криминальная обстановка в нашем любимом городке. Хоть я и называл его «жопой мира», но всегда любя и, если можно так выразиться, в хорошем смысле. Ведь всем известно, что без жопы никуда. На ней сидят, если женская, то ею любуются, а еще из нее ноги растут, чтобы ходить можно было, ну и много разных функций у нее еще есть.
— Я слышала это от своего начальства, — поджала губы девушка.
— А, ну понятно… А скажи мне, пожалуйста, Вера Андреевна, сколько этажей в здании городской прокуратуры Угледарска? И на каком этаже сидит прокурор? Это самое твое начальство?
— Саша… Ты что? Меня проверяешь? К чему такие вопросы? — обиженно всплеснула руками следачка и надула немного по-детски губы. — Не ожидала от тебя…
— Да-да, извини… — задумчиво пробормотал я. — Что-то меня понесло. Чего это я, правда? Ты же Верка Соколова, моя одноклассница. Да мы с тобой…э-э, три года за одной партой!
— Два года, — уточнила девушка.
— Ну да! Но там два за три было. Я же тебя за косички хотел все подергать, но мал был и стеснялся! Чего с пионера взять-то?
— Это было в девятом и десятом классе, Саша. Мы были комсомольцами, — Вера прищурилась и внимательно на меня смотрела, будто изучала. — Ты разве забыл?
Теперь, получается, уже она меня проверяла. А я, как назло, ни хрена не помнил из школьной жизни Сашка. Впрочем, и всю остальную жизнь его я не помнил. Оно и к лучшему, это не мои воспоминания, а чужих мне не надо. А вот кое-какие знания ментовские со школы милиции от него в
