Ему всё едино и всё сгорит.
Нет, о смерти я своей не думал, да и мысль скорее забавная, чем связанная с реальностью. Но даже так, у Лилит, деда и Бессмертных были все инструкции. Я озаботился об этом заранее, когда мой старик узнал правду.
Инструкции эти просты. Смерть Охотника вызывает во Вселенной… Эхо? Рябь? Пусть так. Душа нашего брата столь сильна, что Вселенная содрогается, когда мы погибаем. Её лихорадит так, что рождаются новые миры и гаснут звёзды. И если я погибну, неважно как, то Орден услышит моё эхо. Они не пропустят столь мощный выброс энергии, а Карта Миров, с отметкой моего местоположения, вспыхнет, подобно солнцу.
Вот тогда я не завидую всей падали, что скрывается в этом мире, ведь сюда придёт Орден. И мои братья будут в ярости. Они уберегут моих близких, как и этом мир, уничтожив любую угрозу. А то, что братья найдут на ком выместить злость — я не сомневался. Одной только информации об Эмиссарах хватит, чтобы начать Великую Охоту.
Услышав, как дверь помещения открылась, я вышел из транса и замер в позиции удара. Дагахар недовольно вспыхнул, желая продолжения и ещё подпитки энергии, которую я слабым каналом пускал к нему во время тренировки.
— Господин, — подошёл ко мне Терентий, с опаской косясь на молот. — Всё готово. Вылет через четыре часа.
Я кивнул, убрал Дагахара в ключ и выдохнул.
Первая часть плана, не самая сложная, но муторная — приезд в столицу. Не знаю найду ли я время на встречу с Демидовым, который мне уже все уши прожужжал, что он вернулся домой и надо отпраздновать его победу на Турнире. Предстояло много волокиты, как бумажной, так и словесной. Как минимум — разговор с Багратионом и моё участие, как добровольца в Африканском Эпицентре. Проблема в том, что я хочу поехать туда в одиночку, а так не принято. Добровольцев собирают в команды и только потом отправляют, если речь идёт об обычных Охотниках различных классов, а не Абсолютов. Те могут и в одиночку кататься по всему миру, выполняя поручения Империи, если какое-нибудь государство просит помощи.
Схема, на самом деле, такая себе. Собрать кучу людей, не сработавшихся между собой, и куда-то отправить… Впрочем, большинство Охотников Центра так, или иначе, сотрудничают и привыкли к друг другу. Это я белая ворона, привыкшая работать в одиночку. Ну, точнее, без бойцов Центра в своей группе.
— А где Лилит? — спросил я у Снежинки, которая решила мне помочь собрать вещи в дорогу.
— С Яриком и А’таром уехала, — ответила эльфийка, укладывая футболки и штаны в мой чемодан. — А что?
— Нет, ничего, — немного подумав, отмахнулся я.
После озвученного Агаресом условия, демоница немного странно начала себя вести. Как минимум, за время завтрака, она молчала и была словно в тяжёлой задумчивости. Поговорить мы не успели, меня позвал к себе дед, а теперь она уехала. Ладно, в следующий раз.
Захар подогнал машину, прислуга упаковала мой чемодан в багажник, но я не спешил садится. Одна мелочь помешала.
— Пап, а ты скоро вернёшься? — немного грустно спросила Елена.
— Скоро, — я погладил её по волосам, заметив улыбки на лицах провожавших.
Радует, что дед и остальные домочадцы приняли малышку, как полагается. Без вопросов, правда, не обошлось, но ничего критичного. Мой старик так вообще не удивился и воспринял с лёгкостью, сказав, что удивляться со мной уже разучился. Единственное, его волновало, могут ли быть от Елены проблемы, раз она не человек, а живая Ель. Что примечательно, успокоил его не я, а Снежинка. Кому, как не эльфийке, знать всю правду о Древних Лесах. Она вообще чуть ли от радости не прыгала, когда поняла, кто мелкая такая. Особенно отличился Ярик, почуявший, что теперь он не самый младший член нашей семьи и может выступать на ролях старшего брата. Стеснялся, правда, пока не познакомился с мелкой поближе и не узнал её, а теперь вон, защищает её, когда та косячит и пульт от телека сломала.
Агареса не было в особняке и он не провожал меня, свалив в Африканский Эпицентр, чтобы проверить местность и найти лучшее место для боя по моей просьбе. С его способностями к манипулированию пространством это плёвое дело, а сидеть дома он не захотел. Огород посадил и оставил Ефрема следить за ним, решив смотаться в Африку, пока Ярик на занятиях в школе.
Попрощавшись с домочадцами и получив в дорогу бутерброды, сделанные Тамарой Петровной, загрузился в машину и двинул в аэропорт.
— Господин, всё хорошо? — улыбнулся Захар и бросил на меня взгляд через стекло заднего вида салона.
— Да, — спустя несколько секунд раздумий, кивнул я. — Не о чем беспокоится.
Вырулив на трасу, он прибавил ход, а я посмотрел в окно на стень Царицына и ощущал… Нет, не тревогу, но нечто похожее. Будто что-то упускаю.
Но что именно?
* * *
Тем же вечером… Римская Империя… Ватикан…
Тёплый ветер, доносящийся со стороны Тирренского Моря трепал листву в прекрасном саду дворца Ватикана. Свет фонарных столбов, расположенных вдоль дорожек, освещал всё вокруг и разгонял темноту ночи.
~Чирк-Чирк~
Отчётливый скрежет разносился эхом в тишине этого места, словно кто-то точил клинок. Но это был отнюдь не сталь, забиравшая жизни.
~Чирк-Чирк~
Сидевший в одной из беседок мужчина высек искры и положил странную на вид пилочку для ногтей на деревянный столик, подул на свои ногти.
Удовлетворённо прищурив красные глаза, он осмотрел итог своей работы и улыбнулся.
— Как всегда — идеально, — приятным баритоном сказал он.
Проходившая по дорожке прислуга заметила сидевшего в беседке мужчину, и быстро прибавила шаг. Приказ Святейшего Маркуса был прост и ясен. Не тревожить и даже не попадаться на глаза его достопочтенному гостю. С ним запрещалось говорить, а все нужды и приказы слуги выполняли так, чтобы гость их не замечал.
Впрочем, эти правила гостя даже устраивали. Он утопал в том благоговении, какое исходит от смертных людишек. Их почтении, раболепии и признании собственной слабости.
Правильно, черви должны
