ней.
— ЧТО ЭТО?!! — завопила она, когда увидела в прихожей на полу мертвую тушку зайца. — Боже! Рейз! Ты зачем притащил его? О!.. — Иви сердито глянула на волка. — Никогда больше не приноси мне таких подарочков. Это совсем не романтично принести мне мертвого зайца.
Она бегом устремилась в чулан, там отыскала коробку и морщась, завернула зайца в тряпку, упаковала в коробку и тихо стоная взяла лопату. Затем уселась в кармобиль, а волк побежал по дорожке ведущей в сторону леса.
— Замечательно! — воскликнула она, всплеснув руками. — Большой пес пошел на прогулку.
Иви дернула рычаг, крутанула руль и поехала за ним к лесу. Там она, ворча и ругаясь выкопала у дерева ямку и похоронила зайца. Волк рыкнул на нее и скрылся в лесу.
Иви уселась в кармобиль, — Если он еще кого-то притащит мне в знак привязанности и заботы, я тогда не знаю, что с ним сделаю.
Всю дорогу, что она ехала до целителей, то не переставала злиться на Рейза. И с таким видом вошла в главный корпус, что охрана на посту даже встрепенулась.
— Что случилось? — к ней вышел навстречу страж.
— Мне срочно нужен главный целитель Саливан.
— Он у себя в кабинете и… - не успел он договорить, как Иви не дослушав помчалась по коридору завидев еще издалека, как дверь кабинета отворилась и вышел главный целитель, читая на ходу какие-то бумаги.
— Саливан! — она подбежала к нему.
— Иви? — вгляделся он в ее взволнованное и расстроенное лицо. — Что-то случилось?
— Да! — чуть ли не гаркнула она. — Рейз не оборачивается. Он живет как волк, ну как домашний волк у меня дома.
Целитель вздернул бровь и некоторое время помолчал словно обдумывая, что ей сказать.
— Дайте ему время.
— Сколько? Он вообще разумен?
— Как и мы с вами, Иви. Вам не стоит тревожиться. Не торопите его, оборот также болезнен для него. Иви…
— Да.
— Вам нравится его зверь?
Иви немного растерялась от такого вопроса, — Нравится. Он очень красивый.
— Как ваше с ним общение?
— Да никак! — вскричала она. — Такое ощущение, что я завела себе питомца, то есть огромную, охотничью собаку.
Целитель улыбнулся, — Его волк принял вас.
— Он и раньше меня принимал.
— Раньше он был агрессивен, но с ваших слов, теперь он как домашний питомец. Замечательно!
— И долго он таким пробудет? — расстроилась Иви. По ее мнению, в этом не было ничего «замечательного».
— Пока Рейз сам не захочет.
Иви горестно вздохнула: — Я боюсь, что он застрянет в своем звере.
— Ему сейчас очень хорошо, — улыбнулся Саливан.
— А мне нет! — на ее лице было угрюмое выражение.
— Вам надо пропить успокаивающий отвар, — целитель с беспокойством взглянул на нее. — Вы слишком разволновались.
Иви поджала губы, — Он мне принес на завтрак дохлого зайца.
— Так он выказывает свою заботу.
— Это как-то не романтично. Я не голодаю.
— Это звериные повадки и выражение любви. И что вы сделали с зайцем? — прокашлялся целитель, пряча улыбку.
— Похоронила его, — насупилась Иви скрестив руки на груди. — А по-вашему, что я должна была сделать? Съесть его?
Главный целитель достаточно долго смотрел на нее.
— Вам определенно нужен успокаивающий сбор, Иви. Простите, но я спешу к больному. Обратитесь к дежурной на посту, она выдаст вам сбор трав. Пить его желательно на ночь.
— Спасибо, — пробормотала глубоко разочарованная, Иви. Получив сбор, она поехала в столовую, чтобы переговорить с Марком о пище для волка, и договорилась с ним, что каждое утро до завтрака будет забирать несколько килограмм сырого мяса на одну порцию, так как хранить было негде.
Забрав корзины с провизией для себя и для волка, она на выходе столкнулась с Ашаром и настоятельно ему порекомендовала поговорить с другом на счет его образа. Ашар лишь улыбался.
Сердитая Иви вернулась домой, снесла продукты в погреб и отправилась на тренировку, там она встретилась с Чиаррой и нажаловалась ей на Рейза.
— Я не понимаю, почему он не становится человеком? — Иви в сердцах била подвесную грушу.
— Может не хочет? — пожала плечами Чиарра.
— Как думаешь он все понимает? Саливан говорит, что разумен, но что-то не похоже, — Иви нанесла по груше ряд ударов.
Чиарра наблюдавшая за ней хмурилась.
— Видимо ему настолько хорошо в теле волка, что он этим наслаждается и не торопится к обороту.
— Спасибо, утешила, — проворчала Иви.
— Не кипятись, подожди, пусть Рейз насладится волчьей жизнью. Поверь мне, зверем быть прекрасно.
— Но ты же не бегаешь пантерой по лесу.
— Ну я же тебе говорила, что люблю быть в образе человека.
Иви остановилась и с тревогой посмотрела на подругу, — А если ему так понравится, что он не обернется?
Чиарра сложила руки на груди.
— Не паникуй! Дай ему несколько дней, но, если он так и останется волком, то его нужно заставить обернуться.
— Это как? — напряглась Иви.
— Создать ситуацию, в которой он не задумываясь обернется. Инсценируем либо несчастный случай, либо заставим его ревновать.
— О! Нет! Только не ревность. Ты хочешь, чтобы он кого-нибудь загрыз? — Иви решительно отвергла эту идею. — Но вот на счет стрессовой ситуации с моим участием идея не плохая.
Подруги еще некоторое время позанимались, затем каждая вернулась к своим обязанностям. Чиарра на склад, а Иви домой.
* * *
И все последующие четыре дня Иви проводила время с волком — она ездила на кармобиле, а он бежал рядом, они гуляли по лесу и отдыхали у озера. Часто она брала с собой фолианты и расположившись на пледе читала, делала записи, а волк блаженствовал рядом с ней. Иногда она видела в чаще леса серого волка и ее волк убегал к нему, вместе они пропадали до самого вечера. Иви наблюдая за ними пришла к выводу, что целитель Саливан обучал Рейза.
За эти четверо суток она уже привыкла проводить с волком каждый день, но, когда она просыпалась его рядом не было. Иви смекнула, что он ждал, когда она уснет и уходил в лес, чтобы охотиться. Волки же все-таки ночные охотники. И Иви огорчало, что он сам по себе, приходит и уходит, когда и куда ему угодно. Прямо как настоящий волк. Они оба были одиночками, оба были великолепными созданиями, оба ходили сами по себе.
И они оба вошли в ее жизнь.
— С тобой легко, когда ты такой, но мне нужен мужчина, — пробормотала она, засыпая и почувствовала, как встрепенулся волк под ее руками.
На шестой день Иви провела ночь без сна. Рейз не пришел к ней, а она ждала. Она то бродила по комнате, то садилась у огня
