нервно дернулись, — … председатель, — добавил, чтобы как-то сгладить углы. — Добрый вечер.
— Ужин еще не готов, поэтому можете пока скоротать время, прогулявшись по дому, — великодушно предложил нам гостеприимный хозяин. Гостеприимный хозяин особняка, роскошный ремонт в котором был сделан на деньги моего отца…
Возможно, мысли частично отразились на моем лице, потому что Харин предупредительно дернула меня за рукав, увлекая за собой в гостиную.
Некоторое время мы поддерживали со стариком зрительный контакт. Его какой-то даже оценивающий взгляд еще сильнее раздражал меня, но с огнем я решил не играть. Однажды обязательно настанет момент, когда придется ему в спешке собирать вещички и сваливать отсюда куда подальше. А пока… Пока что я просто вынужден играть по его правилам.
Вопреки моим ожиданиям, гостиная не претерпела значительных изменений. Всё те же ряды высоких книжных шкафов у дальней стены, черный рояль напротив панорамных окон. Разве что обивка диванов, стоящих напротив камина, изменилась.
Горько осознавать, что эта комната настолько хорошо была мне знакома.
Я обошел ее по кругу, пока Харин сидела на одном из диванчиков, закинув ногу на ногу, и молча наблюдала за мной. В ее голове сейчас крутится целая масса неприятных мыслей, связанных с моим приглашением в эти стены, и не нужно обладать особой эмпатией, чтобы догадаться об этом.
Остановился я только напротив камина. Взгляд задержался на расставленных над ним рамках с фотографиями и… подумать только, на одной из фотографий я даже узнал себя!
Темноволосый мальчишка стоял на ней с хмурой физиономией, приобнимая за плечо маленькую девчушку с двумя забавными хвостиками, а взгляд его был направлен в сторону. Парня наверняка уговорили позировать, чтобы сделать такое милое фото, и я даже помню, кто именно…
* * *
— Ну давай, Алексей, еще одну на долгую память! — уговаривала мать своего сына, стоя напротив детей на корточках и пытаясь захватить нужный кадр в объектив пленочного фотоаппарата. — Ты же не знаешь, когда еще сможешь увидеть Харин!
— Мне это и не надо… — пробубнил мальчишка под нос, всем своим видом выказывая недовольство.
А вот девочка широко улыбалась. Ей явно нравилось такое повышенное внимание к себе со стороны взрослых, и она крутилась вокруг них, как юла, умудрившись засветиться чуть ли не на каждой фотографии.
— Ты слышал мои слова! — раздался зычный голос профессора Волкова, и только после этого сам его обладатель показался в дверях гостиной. — Миён, ну что за детский сад ты тут устроила, в самом деле⁈ — прикрикнул он на жену, и та медленно опустила фотоаппарат, закусывая губу. — Собирайся. Забирай Алексея. Мы уходим отсюда. Сейчас же!
Сын с матерью удивленно переглянулись. Девчушка же села на пол, приоткрыв рот и наблюдая за всем происходящим, практически ничего не понимая.
— Оглохла ты, что ли, Миён⁈ Давай-ка, в темпе!
— А я еще раз повторю вам, уважаемый профессор, — донесся еще один низкий мужской голос из коридора, — что ваши действия противоречат всем нормам морали! И если вы не остановитесь сейчас, то рано или поздно сильно пожалеете о том, что творите. Я вам это обещаю.
— Это мы еще посмотрим, господин Чен, — едко и высокомерно усмехнулся Александр, широким шагом пересек гостиную, больно схватил за запястье жену и бросил угрюмый взгляд на мальчишку. Взгляд его при этом был изучающим и вряд ли теплым. — Пойдем, Алексей.
Да мальчик и сам был бы рад наконец-то вернуться домой, чтобы продолжить начатую в комнате войну между фигурками людей и динозавров. А еще, чтобы эта маленькая Харин не болталась под ногами.
— Алексей! — неожиданно окликнули его, и в гостиную вошел немолодой уже мужчина в деловом костюме с иголочки и с проседью на висках. — Тебе вовсе не обязательно слушать своего отца, если ты этого не хочешь. Ты всегда можешь остаться у нас настолько, насколько пожелаешь.
— Нет, ну это уже ни в какие рамки не укладывается! — воскликнул профессор и всё же схватил за руку оторопевшего от такого внезапного предложения сына. — Вот, что я скажу вам, господин Чен. В последний раз. Если вы хоть пальцем притронетесь к этому ребенку, я сделаю всё, чтобы Хэвон с нашего проекта не получил ни единого вона!
— И правильно, — не отрывал мужчина взгляда от испуганного лица мальчишки, волей судьбы ставшего яблоком раздора. — Ведь этот проект уже давно следовало прикрыть. Учитывая, во что он превратился…
— Я его породил, и я же волен распоряжаться им так, как хочу! — парировал Александр, направляясь к выходу.
— Миён, — с нотками отчаяния в голосе обратился мужчина к брюнетке, покорно склонившей голову перед авторитетным мужем. — Какая же ты мать, если позволяешь обращаться так с собственным… с собственным сыном? Если же ты вообще осознаешь всю тяжесть того, что происходит, попробуй хоть как-то этому противодействовать!
В ответ на такую просьбу женщина, впрочем, ничего не ответила. Ребенок лишь непонимающе смотрел на взрослых — их речи были ему непонятны.
— У вас еще есть шанс одуматься, господин Волков! — вдогонку крикнул Чен Джи-Хун, но слова его частично утонули в рёве Харин, испугавшейся агрессивного поведения взрослых. — Помяните мои слова! Однажды вы пожалеете обо всем, что сделали! Пожалеете тогда, когда станет уже слишком поздно… — чуть тише добавил он перед тем, как входная дверь за семейством Волковых захлопнулась с той стороны.
* * *
Странно. Воспоминание совершенно случайно всплыло в памяти, но готов поклясться, что до настоящего момента совершенно позабыл о нем.
Выходит, этим завершился наш последний визит в особняк семьи Чен, ведь уже на следующий день мы садились на самолет до Нью-Йорка. Припоминаю, что отец сильно спешил. Просил нас с матерью взять всё самое необходимое, заверяя, что с остальными вещами постепенно разберется служба доставки.
Но к чему была вся эта спешка? И что старик имел в виду, говоря, что не позволит так обращаться со мной? «Так»… это как? Что вообще произошло между нашими семьями в тот злополучный день? И я даже не могу прямо спросить его об этом, чтобы не вызвать подозрений…
— Тебя настолько сильно заинтересовала эта фотография? — выудила меня Харин из беспокойных мыслей.
Девушка стояла сейчас рядом со мной, сложив руки за спиной и разглядывая то самое фото с недовольным мальчишкой и улыбчивой девчонкой.
— А кто это? — как бы между прочим осведомился у
