— ни-ко-го. И ничего. Кровати бережно заправлены, отпечатков не оставили, следов борьбы тоже не было видно ни в одном из домов.
— Даже в участок с такими исходными данными не пойдешь… — обреченно сделал выводы детектив. — Деревня превратилась в поселение-призрак, но без каких-либо улик двигать расследование в нужном направлении не выйдет. Не думаю, что есть смысл вообще здесь что-то искать — работали профессионалы.
Пожалуй, впервые я видел Джинхёка таким озадаченным и беспомощным.
— Аукцион… — вновь завел он насущную тему, как только мы уселись в машину, и я демонстративно закатил глаза. Прямо как моя сестренка. Наверное, это у нас семейное. — Мы просто обязаны посетить его, Алекс! Если там у нас не получится выйти на след доктора Сугахары или организатора, то другого момента может и не представиться. Ты ведь понимаешь это?
— А ты понимаешь, что если они настолько обнаглели, значит, безнаказанность слишком уж расслабила их? — ответил ему вопросом на вопрос. — Чтобы провернуть подобное, нужны либо стальные яйца, либо атрофированные вусмерть мозги. Не думаю, что дряхлый старик, переживший вторую мировую, обладает первым. А вот вторым — пожалуйста.
— И что ты предлагаешь⁈ — подался ко мне детектив, пытаясь прочитать намерения по моему ничего не выражающему лицу. — Просто ждать, пока они наберут еще пару сотен подопытных? Пока они завербуют себе целую армию из людей со сверхчеловеческими способностями⁈
— Вряд ли местные рыбаки, которым десятков за шесть перевалило, годятся на такую роль.
— Но ими-то они не ограничатся!
В самый ответственный момент у меня зазвонил телефон. Как раз кстати, чтобы Джинхёк побыл наедине со своими мыслями и обработал поступившую в мозг информацию. Закончит орать — обсудим увиденное, как нормальные люди. В полицию он идти собирался… Ага, конечно. Местные копы кошелек-то пропавший вернуть не всегда могут, а разобраться с лабораториями безумного доктора и подавно не сумеют.
Я ожидал, что связаться со мной решили подчиненные для консультации по рабочим вопросам. Отсутствовал я недолго, но доложить начальству о каких-то мелких проблемах — само собой разумеющееся.
Однако ожидания мои не оправдались. Пак Джису — вот, чье имя у меня высветилось на экране. Не скажу, что морально успел подготовиться к нашему разговору. Особенно, если результаты анализов ДНК на митохондриальный состав наконец-то готовы.
— Слушаю, госпожа Пак, — тем не менее, принял вызов, попытавшись абстрагироваться от ворчащего рядом Джинхёка.
— Результаты анализов готовы, — прямо уведомила меня девушка безо всяких церемоний.
И почему-то смолкла. Мне это уже не понравилось.
— И?..
— На самом деле… — теперь менее уверенно продолжила она, — … они были готовы раньше. С неделю, наверное. Я просто никак не могла расшифровать их и осознать в должной мере.
— Специалист по генетике не смог расшифровать результаты генетического теста? — нервно усмехнулся я.
Хотя мне было совершенно не смешно. Должна же быть причина такого… непрофессионализма.
— Результаты показались мне неполными. Пришлось проводить дополнительные тесты. Думала, что закралась какая-то ошибка… Но они все были одинаковыми. Можно сказать, что только сегодня я поняла, в чем именно состояла их странность и с чем это связано.
— Если можно, то пока что коротко. Более подробно поговорим в офисе.
— Что ж, — услышал я нотки неудовольствия в голосе Джису. Вероятно, она хотела погрузить меня в свои исследования прямо здесь и сейчас с головой, но моя голова сейчас и так была занята не менее важными вещами. — Тогда если коротко, то ни у тебя, ни у твоей сестры… — на этих словах я непроизвольно затаил дыхание, — … нет матери.
Глава 8
«Ни у тебя, ни у твоей сестры нет матери», — эхом отдавалось в моей голове, когда Джису уже бросила трубку, не прощаясь.
Ничего не понимаю.
Как… как такое вообще может быть? Я же ясно помню, пусть и прохладную, но хоть какую-то заботу Миён обо мне. Семейные фотографии в фотоальбоме, которые мы вместе просматривали не один раз. А этот ее отчаянный шаг с побегом, тайными родами и передачей моей новорожденной сестры чете Чхве?..
С какой стати ученый-генетик вообще могла прийти к таким странным выводам? Или в ее аппаратуре для проведения анализов и впрямь что-то заклинило?
— Алекс? — осторожно позвал меня детектив.
Его ворчание по поводу недостатка улик и последующих действий доктора Сугахары временно отошли на второй план, поэтому можно только гадать, как я выглядел со стороны после рокового звонка. Дрожащая рука всё еще держала телефон возле уха, из которого теперь раздавались лишь короткие гудки. Краска медленно сходила с моего лица, а неподвижным взглядом я таращился в лобовое стекло, не моргая.
— Алекс! — уже громче попытался достучаться до меня Джинхёк.
— Я… должен вернуться в Хвангапур, — отойдя от первоначального шока, провернул ключи зажигания, и машина тронулась с места. — Это важно.
Мысли гудели и вились в голове комариным роем. Трудно было сосредоточиться на чем-то одном. Колеса автомобиля увязали в зловонной грязи, а я, в свою очередь, так же крепко увяз в своих рабочих обязанностях и желании докопаться до правды.
Взять билет на первый же авиарейс до Хвангапура, на паром или на той же арендованной нами машине проехаться по мосту, соединяющему материк с островом. Да, наверняка, пару часов придется простоять в пробках, но оно того стоило. Я должен был как можно скорее встретиться с госпожой Пак, окончательно разобраться в своем происхождении и узнать, не допустила ли она ошибку. Потому что эта ошибка могла стоить и мне, и моей сестре слишком дорого.
— Но ты же прилетел сюда в командировку. Вместе со своими подчиненными, — спокойным тоном спустил меня лейтенант с небес на землю. Он вот был мужчиной отходчивым, ну а я давно уже утратил эту добродетель. — Или у тебя появились дела поважнее?
Работа. Повышение. Должность директора по финансам и экономическому развитию.
Стоило вспомнить, с какой целью я вообще принял для себя решение устроиться во влиятельную корпорацию «Чен Групп» и начать стремительный подъем по карьерной лестнице.
Конечно же, всё ради мести семье Чен, которую я долгое время, да практически всю свою жизнь, подозревал в убийстве родителей. Хотелось самостоятельно достичь вершины, чтобы в момент раскрытия своей настоящей личности свысока взглянуть на старика Джи-Хуна и заявить ему, что корпорация будет унаследована мною не только по праву рождения. Что я действительно достоин взять ее под свое управление, а также не словом, а делом доказал, что способен на это.
Но к чему я пришел сейчас? К тому, что в смерти моих родителей виновен некто, кто с большой долей вероятности не имеет к семье
