234
Выбравшись из медкапсулы, Дикий увидел старшину, поджидавшего его у выхода.
— Ну что, боец, готов? — спросил Тренг.
— К чему? — уточнил Дикий.
— В целом — ко всему, — ухмыльнулся старшина. — А сейчас, пока твоя сеть не активировалась, двигай за мной. Покажу тебе твое место в кубрике.
После установки нейросети требовалось время, от нескольких часов вплоть до суток, для того, чтобы выйти на расчетные параметры и активироваться. Уже двигаясь за старшиной, Дикий краем уха слушал его наставления.
— Не нарывайся, понял? — говорил ему старшина. — На тебя мои ребята и так зуб имеют. Ты знаешь, что помимо своей работы им еще полигон «прописали»? Ежедневно! А гонять их знаешь, кому приходится? Мне!
— А почему тебе, кстати?
— Потому что я три срока в десанте отслужил! Кстати, я и твоим наставником буду. Так что не расслабляйся. Сеть активируется, к боевому комплекту тебе доступ дадим. И тогда каждый день на полигоне прыгать будешь. Стрелять ты умеешь, двигаться тоже, но групповой бой надо отрабатывать, — старшина приостановился. — Ну, вот мы и пришли.
Дикий вошел в открывшуюся дверь. Небольшой тупиковый коридор с шестью дверьми. Старшина сразу же подошел к одной из них. Дверь причмокнула приводами, открывая доступ в десятиместный кубрик с откидными лежанками в два яруса, длинным столом по центру и двумя рядами шкафчиков рядом со входом.
— Занимай любое место. Твой шкаф под тем же номером, что и на койке. Санузел и душевая общие, следующая дверь, — старшина махнул рукой. — Устраивайся, в общем. Жди активации сети. Я перед обедом за тобой зайду.
— Понял, — ответил Дикий, и покачнулся, опершись о стену.
Лицо старшины в его глазах расплылось, а поверх него как будто возник странный экран со значками-пиктограммами. Все это вызвало дезориентацию, и Дикому пришлось привалиться к стене, чтобы не упасть.
— Что? — удивился старшина. — Все нормально?
Дикий, как мог, описал ему свое состояние.
— Это сеть активировалась. Быстро же она у тебя! — улыбнулся старшина. — Мне в свое время, помню, четыре часа ждать пришлось. Хорошо! Сворачивай инфо, иначе видеть плохо будешь.
— Как свернуть? — спросил Дикий.
— Через меню. Мысленно управляй. Все просто! — нахмурился старшина.
— Понял… сейчас попробую.
— Ну что? — уточнил Тренг через пару минут.
— Вроде получилось, — неуверенно отозвался Дикий. — Но картинка все равно перед глазами стоит.
— Головой тряхни. Это зрительный фантом, так ты его уберешь, — посоветовал старшина.
Тряхнув головой, Дикий на самом деле убрал стоявшую перед глазами картинку.
— Вижу, что получилось, — ухмыльнулся старшина. — Тогда поставь подпись на документе, который тебе сейчас придет. ИскИн уже зарегистрировал тебя в корабельной сетке, капитан пришлет тебе файл.
Перед глазами Дикого заморгал какой-то значок. Действуя по подсказанному Тренгом алгоритму, файл удалось принять и раскрыть. Быстро пробежав глазами сухой текст, Дикий согласился с прописанными условиями и с предложенным «возвратом документа отправителю». Тряхнув головой, убирая фантом, он вопросительно посмотрел на старшину.
— Вижу, ты справился. В сегодняшний график я тебя не включал, занятия начнутся завтра. Настрой время на внутрикорабельное, и пока что можешь отдыхать. Прием пищи по необходимости. План корабля запроси у ИскИна. Кстати, могу тебя обрадовать: капитана и местного доктора решили записать на тебя. Получишь премию!
Тренг развернулся и потопал к выходу.
— Старшина! — остановил его Дикий. — Почему я могу занять любое место? А остальные?
— Остальные? — Тренг пристально посмотрел в глаза Дикому. — А остальных больше нет. Живых трое осталось, и все они сержанты. У них отдельный кубрик, но сами они пока что в медблоке.
— Значит, погибли? — уточнил Дикий. — В том бою, что был недавно?
— Кто-то в последнем бою, кто-то раньше. Жалеешь, что согласился? — старшина искоса посматривал на Дикого, следя за его реакцией.
— Нет, не жалею, — ответил Дикий. — Вся наша жизнь — один бесконечный бой. Кто-то раньше, кто-то позже… но я постараюсь не умирать!
— Молодец, парень! Хороший ответ! — Тренг вновь посмотрел Дикому прямо в глаза. — Добро пожаловать во Флот, боец!
235
— Ты допустил непростительную оплошность, Трикс, — проскрипел неприятный голос.
— Но, куратор, я не ощутил в нем заинтересованности в моей оговорке… — попытался оправдаться Трикс.
