требовал! Так ты не станешь Призмой!
– Я же вам говорю: они уже были такими. Я их разыскивал много месяцев, и когда нашел, они выглядели вот так. После всех ваших угроз в мой адрес… Наконец-то они у меня в руках – и это пустышки! Я так и знал, что вы мне не поверите.
– Ты их уничтожил!
– Я бы не посмел к ним прикасаться. Старуха умерла у меня на руках, а я ее до сих пор боюсь! Она была абсолютно спятившая. Я видел ловушки, которые она расставила у себя дома, – огненные ловушки, притом что повсюду вокруг были расставлены бочонки с порохом!
«Не тяни слишком сильно, Кип. Пускай наживка поболтается в воде».
Андросс с сомнением поглядел на Кипа:
– То есть карты уничтожил либо Гэвин, случайно или намеренно, либо кто-то другой, кому посчастливилось их найти и сделать то же самое – случайно или намеренно… Где они были?
– В набивке мешка для бокса в тренировочном зале Гэвина.
Андросс подумал.
– То есть едва ли их мог отыскать кто-либо еще. Разве что Железный Кулак решил вступить в игру… Да, конечно, он скорее мог не заметить скрытую ловушку… Хотя нет. Это Гэвин. Именно так он и узнал о…
Глаза Андросса внезапно загорелись, и Кип понял, что старик заглотил приманку. Ложь пришла в соответствие с какими-то представлениями в его собственном уме; он даже едва не выдал Кипу какую-то ценную информацию, думая вслух. «Слабость паука: видеть часть паутины в каждой болтающейся нитке».
– Давай-ка, парень, перечисли мне все карты, какие помнишь. Может быть, я смогу что-то уловить из их названий или имен людей, которые были на них изображены.
– Но я смотрел на них совсем недолго, – взмолился Кип. – И это было шесть месяцев назад! – «Орхолам, смилуйся! Даже если я начну заново произносить их вслух, это может… освежевать мне мозги». – Ну ладно, ладно. Кажется, какие-то я все же помню…
Он сел и прикрыл глаза, всем видом показывая, что пытается вспомнить, а на самом деле просто боясь, что у него опять закружится голова.
– «Мерцающий Плащ»…
Перед глазами тут же поплыло – и вот он уже идет по причалу следом за великолепной задницей Нии, собираясь убить Янус Бориг… Кип с трудом сглотнул.
– Там было написано «для светореза» и что-то там такое еще… Я запомнил, потому что никогда прежде не слышал о светорезах. Наверное, можно было спросить у кого-нибудь из люксиатов или магистров, но я боялся, потому что…
– Меня не интересуют твои интерпретации. Только названия.
– «Зимун Танцор», – продолжил Кип.
…И вот он стоит на палубе огромной баржи, глядя на спину Гэвина Гайла, стараясь казаться более маленьким и слабым, чем он есть на самом деле. Под рубашкой у него спрятан нож, и он теребит его, выбирая удобный момент…
– Зимун? – переспросил Андросс. – Ты помнишь эту карту? Что там было изображено?
– Вас вроде бы не интересовали мои… – Кип заткнулся, увидев взгляд Андросса. – Я не помню, что он делал, но это был Зимун. Совершенно точно Зимун.
– Будь ты проклят за то, что отдал карты Гэвину, а не мне! – в сердцах сказал Андросс.
– Вообще-то в тот момент вы еще пытались меня убить.
– Продолжай! Эта девчонка Маларгос явится с минуты на минуту, и меня не должно быть здесь, когда она придет. Давай быстрее.
«Все равно что по доброй воле совать руку в огонь…» Хватит ли у него сообразительности? Он должен был выдать деду перечень, не задумываясь слишком надолго, чтобы тот не заподозрил, будто Кип выбирает, что говорить; и перечень должен был быть достаточно длинным, чтобы Андросс поверил, что он ничего не утаивает, – но и не настолько длинным, чтобы у того появились подозрения насчет того, почему он помнит так много. И если в перечне не будут встречаться в нужной пропорции ожидаемые и неожиданные карты, он все поймет. Он поймет! «И все это я должен делать с раскалывающейся головой и галлюцинациями, пляшущими вокруг меня каждый раз, стоит мне только открыть рот… О, проклятие!»
– «Новый Зеленый Выцветок», «Зарождающийся Выцветок», «Кремневое ружье», «Убийца Морского Демона», – отбарабанил Кип.
«Этот последний… это же тот чертов пират! Это Пушкарь!»
– «Мерцающий Плащ»… Уф, простите, его я уже называл… Э-э… «Диди Падающий Лист», «Усем Дикий», «Ахейяд Яркая Вода», «Самила Сайех». – Кипу казалось, что его вот-вот вырвет. Он уже начинал забывать, кто он такой. – «Зеркальный Доспех». «Падший Пророк»…
Он едва не назвал «Черный Люксин» и «Господина»!
– «Глиссер», «Кондор», «Вив Серая Кожа», «Агбалуский мясник», «Воспламеняющий мушкет», «Сожженный Отступник», «Ан… Ангарский Змей»!
Андросс слушал его с молчаливой сосредоточенностью, сказавшей Кипу, что он запоминает каждое название. «Запоминает все с одного раза! Этот человек не может не бесить!» В конце концов он заговорил:
– Что ж, гайловской памятью ты по крайней мере наделен, это уже что-то. Хорошо. Ты не видел там Орею Пуллавр или одного из моих сыновей?
– Орею?..
– Белую! – раздраженно бросил Андросс, нетерпеливый, раздосадованный.
– Нет… Нет. Я искал своего отца, но так его и не увидел.
– Значит, некоторые карты где-то в другом месте, – сказал Андросс. – Может быть, они остались невредимы.
Кипу это почему-то показалось смешным: его дед был так уверен в своих суждениях! Уж если он считал кого-то важной фигурой, то не сомневался, что эта фигура должна попасть на карту. «Он думает, что его мнение – это суд истории. Ну и осел!»
– Один, последний вопрос, – сказал Андросс. – Тебе не попадалась карта Светоносца?
Лицо Янус Бориг было неестественно бледным, чуть ли не светящимся в свете отраженных молний. «Ты, конечно, не прихватил мои кисти? – спросила она. – Потому что теперь я знаю, кто Светоносец». И с этими словами она умерла.
– Это… это был я, – тихо проговорил Кип.
Быстрее, чем большинство людей успело бы справиться с потрясением, лицо Андросса Гайла претерпело ряд изменений – сперва шок, потом возмущение и наконец гнев.
– Ты лжешь! – гаркнул он.
Жилы натянулись веревками на его шее. Он сделал шаг вперед, словно намереваясь ударить Кипа.
– Конечно, лгу, – согласился тот.
Тон его голоса говорил: «Идиот, я просто хотел посмотреть, как ты задергаешься!»
Он увидел, как его презрение, словно камертон, выявило гнев Андросса Гайла, ставший из горячего холодным в то же мгновение, как старик понял, что его подначивают. Однако Кип еще не закончил:
– И для меня очевидно, что вы тоже лжете. Вы же сами и подбросили мне идею насчет того, что я могу быть Светоносцем, – чтобы меня помучить. Но я знаю, что ничего подобного не существует. Я вижу все ваши
