неприятные ощущения становилось все сильнее, медленно сводя меня с ума. Я постоянно не высыпалась, стала раздражительной, и даже самые любимые свои блюда ела без аппетита, просто чтобы поддерживать энергетический баланс. Тэль смотрел встревоженно и вопросительно, но я не знала, как сказать, что его давние опасения были не напрасны и пророческий дар медленно убивает меня, сводя с ума. Попросил пройти обследование — согласила, делал успокоительный отвар — пила. Но обследование не показало ничего, кроме нервного истощения, а отвар вообще на меня не действовал. И в глазах мужа поселился страх. Именно после этого я поняла, что хуже уже некуда и, уведя на остров, все ему рассказала, потребовав дать обещание, что не сдастся и будет жить, даже когда меня не станет.
— Я этого не допущу, — тихо но решительно произнес Тэль, прижимая к себе.
— Как? Невозможно попасть на Путь второй раз, ты ведь сам говорил.
— Это не совсем так, — качнул головой эльф. — Невозможно активировать пентаграмму, отправляющую на Путь, но есть и другой способ. Пока я добирался до короны и возвращался обратно, научился и сам перемещаться по мирам. Думаю, именно этого и хотел мой далекий предок, унося ее и оставляя путеводную нить. На подобные переходы способен не каждый и, скорее всего, именно данная особенность является необходимым условием перехода на Путь членов нашего рода. Возможно, это тоже должно было как-то служить пробуждению способностей. Не знаю.
— То есть теперь ты можешь отправиться в любой мир? Абсолютно любой? Погоди, а почему тогда ты не перебросил меня на Путь, когда Син не вернулся эвакуатором?
— Я не могу кого-то туда просто отправить, лишь взять с собой. А ради него я все же не готов был рисковать своей жизнью, как, впрочем, и твой. В твоей квалификации как боевого мага я ничуть не сомневаюсь, но Путь умеет преподносить сюрпризы.
— Ясно, — вздохнула я. — Но это ведь значит, что тебе и теперь придется пойти со мной. А у меня нет ощущения, что я смогу вернуться обратно. Во всяком случае не в ближайшее время.
— Это не важно, — улыбнулся Тэль. — На старом континенте успешно правит триумвират, я практически не вмешиваюсь в их дела. Маугли тоже справляется на удивление хорошо для своего возраста, да и Айн его всегда поддержит. Из отца получится отличный наставник и советник. Если корона останется активной после нашего ухода, Ли получит статус наместника, а если нет… Даже интересно, кого в таком случае выберет свет творения. Будет забавно, если следующим Владыкой эльфов действительно станет вампир.
— Бедные эльфы, — рассмеялась я. — Столько потрясений на их век выпало, что и не позавидуешь.
— Это с какой стороны посмотреть, — не согласился Владыка. — Восстановление связи между континентами и прекращение нашествий орков стоят того, чтобы поступиться некоторыми традициями.
— Некоторыми?
— Именно. Хоть Маугли и вампир, но рос и воспитывался он у нас, а потому вряд ли станет что-то радикально менять, понимая, какую роль традиции играют для эльфов.
— Тут ты прав. Но все равно давай немного отложим отправление, я потерплю. Нужно ведь дела завершить, попрощаться со всеми.
— Учебный год закончить, — понятливо продолжил Тэль.
— И это тоже, — не стала я кривить душой, на которой заметно полегчало от осознания, что жизнь продолжается и мы с мужем по-прежнему будем вместе, а значит справимся с чем угодно.
На то, чтобы разобраться со всеми вопросами и передать дела ушло несколько больше времени, чем мы рассчитывали. Оповещать об уходе из этого мира широкие массы не стали. У эльфов в курсе были члены правящего рода, высокие лорды, Лис, Талир, наиболее приближенные советники, ректоры академий и генералитет. У людей и того меньше — королевская семья, Кайден с Элтаром, призрак Таврима и юные маги, которых я навестила перед самым уходом. Ну и, конечно же, Райн. А еще аркшарры, живущие при гарнизоне Дикой долины. Тамерлан так расстроился, что даже порывался отправиться с нами, но получил от Крона веское «Рррааауу» и сник окончательно.
Уходили мы тихо, без помпы и толпы провожающих, заранее подготовив экипировку и концентраторы со всем необходимым для долгой дороги и сложив вещи у меня дома. Проснулись в день отправления рано. Тэль — потому что всегда так вставал, а я еще с вечера начала мандражировать, не находя себе места. Муж даже предлагал отправиться, не откладывая до утра, и переночевать в доме Айна на Пути, но я все же решила, что не стоит менять планы и неимоверным усилием воли взяла себя в руки. Ведь, если захочется, сходить в дом, где столько лет жил его отец, мы можем и утром.
Сам процесс переноса чем-то походил на перемещение по заданным характеристикам объекта, а скорее всего, и был его прародителем. Во всяком случае здесь тоже не имелось портального окна и требовался некий образ, служащий маяком. На этот раз им служила арка выхода и не столько потому, что я оказывалась возле нее во сне, сколько по причине того, что она была единственным, что не изменилось на Пути с тех пор, как на нем еще юным повелителем побывал Тэль.
Еще минуту назад нас окружала привычная обстановка маленького уютного дома, подаренного когда-то своей невесте эльфийским Владыкой, и вот я уже касаюсь рукой шершавого камня арки. Если бы не стоящий рядом Тэль, можно было бы принять это за очередной сон. Но он рядом, и я знаю, куда лежит наш путь, однако не могу не спросить:
— Хочешь побывать в доме отца?
— Это по дороге?
Эльф предельно собран и насторожен. Видимо предыдущий поход сюда дался ему действительно непросто. Но теперь его подготовка полностью соответствует требованием сильнейшей группы службы быстрого реагирования, а все последние месяцы Элир лично натаскивал нас на парный бой в самых экстремальных условиях. Мы даже Дикую долину прошли в сопровождении Вейлера и Черного доктора. Дважды. И второй раз они вообще ни разу не вмешивались, просто страхуя. Да и во время первого прохождения Вейлер просто излишне опекал своего ненаглядного Владыку, за что получил от того сердитую отповедь.
— Нет, — покачала я головой. — Но тут недалеко.
— Тогда не стоит. Ты чувствуешь куда нам нужно?
— Скорее просто знаю. Вон туда, — махнула я рукой, указывая направление.
— Значит полетели, — улыбнулся он, еще раз окинув взглядом каменную арку, бывшую последним
