Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 71
– Отпустите, пусть умоются, – скомандовал он, поразмыслив.
Железные ладони отпустили плечи и голову. Костя осторожно шевельнулся. Из носа текло немилосердно, и поскольку Виорел вроде как не спешил к мойдодыру, Костя решился и с опаской встал. Никто не препятствовал; он быстренько умылся и приложил к многострадальному носу полотенце.
Когда Костя обернулся, никого, кроме Виорела, в комнате уже не осталось. Исчезли все, бесшумно, словно призраки, и даже дверь была плотно прикрыта. Напарник выглядел неважно – сидел криво, лицо тоже было в крови, но разбит у него был не нос, а губы.
– И чего дальше? – спросил Костя испуганно.
Он действительно боялся, потому что не понимал происходящего.
– Валить надо, – хрипло произнес Виорел и с усилием встал.
Напарник тоже кое-как умылся, шипя от боли и часто срываясь в судорожный кашель. Костя, осторожно присев, подобрал с пола бумагу зервара и деньги, включая те монетки, которые оставались на виду, не закатились под мебель. Оружие Виорела визитеры, надо понимать, прикарманили.
Приведя себя в относительный порядок, Виорел взял у Кости документ и спрятал – то ли во внутренний карман, то ли просто за пазуху. Гимнастерка Кости внутренних карманов не имела, только внешние нагрудные, но не факт, что Виорел носит в точности такую же. Деньги напарник мрачно пересчитал и сунул в карман брюк.
– Кто это был вообще? – на всякий случай спросил Костя.
– Хер его знает, – мрачно отозвался Виорел. – Но это точно не бандиты. Это какая-то спецконтора. И не факт, что джавальская.
По-видимому, из этого можно было сделать какие-то значимые выводы, но Костя слишком слабо владел местными реалиями, чтобы справиться с этим самостоятельно.
– Кого-то они ловят, похожего на нас, – произнес Виорел почти без выражения.
– Тех двоих, которые после нас поезд догоняли? – озвучил напрашивающийся вывод Костя.
– Скорее всего.
Виорел помолчал, потом очень осторожно приложил руку ко лбу, словно проверял – не поднялась ли температура.
– Если они нас отпустили, – глухо сообщил молдаванин, – значит, мы нужны не только им. И они надеются, что конкуренты тоже отвлекутся на нас, потеряют время.
Костя и сам подозревал что-то подобное.
– Ну, здорово, – буркнул он, с трудом удерживаясь, чтобы не соскользнуть в полную моральную безнадегу.
Виорел медлил еще минут пять, потом, видимо, мысленно принял какой-то план действий и решительно встал:
– Пошли!
Деталями своего плана он с Костей не поделился. Но вряд ли в этот план входило второе нападение, которое произошло через минуту-другую, едва они вышли на тесное крыльцо гостиницы-маакуте.
Виорел шагнул через порог первым; Костя понял, что происходит неладное, когда откуда-то слева, со стороны, противоположной ступенькам, вынырнули два типа с револьверами в руках. Скорее всего они поджидали спинами к стене гостиницы, поэтому из помещения увидеть их было невозможно.
Грянули два выстрела. Виорел оступился и начал оседать на рефлекторно дернувшегося назад в помещение Костю.
«Господи, куда же я, дурак, вляпался!!!» – подумал Костя с отчаянием, а потом увидел, что на одежде Виорела расплываются два темных кровавых пятна.
Больше всего ему захотелось оказаться дома – отчаянно захотелось, как любому человеку, который внезапно столкнулся со смертельной опасностью и страстно желает выжить, который готов поверить в любое мыслимое и немыслимое чудо, лишь бы оно оказалось спасительным.
Виорел был очень тяжелым, Костя его не удержал, и они вместе упали на пол перед самой дверью. Стрелявшие мелькнули перед крыльцом – еще пару секунд, и они взбегут по ступеням и окажутся в маакуте.
И тут чудо все-таки произошло.
Костя вообще не понял, что это: лежа на полу джавальской гостиницы, он вдруг увидел кусочек комнаты Виорела, где они считаные дни назад готовились к походу в Центрум. Сам Виорел лежал головой к этой дыре между мирами, в нескольких сантиметрах от нее.
Костя хотел домой и увидел дом. И, не раздумывая, пополз, пихая перед собой тяжелое тело напарника, отвоевывая у судьбы дециметр за дециметром.
Проход был низкий и узковатый, как подвальное оконце в его родной пятиэтажке, Костя протискивался туда с упорством схваченной за хвост лисы и с тем же упорством толкал обмякшего Виорела.
Упорство победило – из неуютного и смертельно опасного места они переместились в такую желанную вологодскую квартиру.
Последнее, что Костя увидел в Джавале перед тем, как его собственный ботинок пересек невидимую черту, – это перекошенное лицо типа с револьвером. Кажется, он намеревался упасть на четвереньки и выстрелить еще раз.
Но не успел – Костя поджал ногу, и лаз закрылся. Просто растаял в воздухе, а на его месте возникла стена с висящим зеркалом, одним из четырех в комнате Виорела.
Невзирая на чудесное спасение, Костю затрясло.
– Блокнот, – неожиданно произнес Виорел слабым голосом.
– Что? – вскинулся Костя.
– Верхний ящик стола. Блокнот. Черный.
«Елки-палки, Вира же ранен!» – внезапно осознал Костя.
Он вскочил с колен и метнулся к письменному столу напротив окна. В верхнем ящике действительно нашелся блокнот в черной затертой обложке и почему-то с надписью «Паспорт».
– Буква «эс»! Семен Миронович!
Трясущимися руками Костя открыл нужную страницу. Действительно, есть некий Семен Миронович. И телефон его.
– Мобильник на столе!
Костя поспешно схватил телефон – тот был предусмотрительно оставлен на зарядке, поэтому во время звонка повторить собственные подвиги с отключением трубки в самый неожиданный и неподходящий момент Костя, к счастью, не мог. Он быстро набрал номер, и неведомый Семен Миронович отозвался почти сразу.
– Повторяй за мной! – велел Виорел свистящим шепотом за секунду до ответа. – Просто повторяй, и все!
– Хорошо! – Костя закивал; в тот же миг громко и отчетливо, так, что расслышал не только Костя, но и лежащий на полу Виорел, Семен Миронович произнес:
– Слушаю!
– Виорел, – сказал Виорел.
Костя послушно повторил это в трубку.
– Огонек!
– Огонек, – упавшим голосом странслировал Костя.
– Дома.
– Дома…
– Сейчас буду, – без тени удивления пообещал Семен Миронович и дал отбой.
– Дверь отопрешь, – велел Виорел и закрыл глаза. – Там просто, сначала нижний замок, потом верхний.
Костя боялся его трогать. Сам он перепугался еще сильнее, чем во время стрельбы в маакуте, и впал в странное душевное состояние – мысли словно окостенели и замерли, хотя теоретически можно было попробовать Виорела перевязать. Но было страшно навредить, потому что санитар из Кости уж точно получился бы куда худший, чем носильщик.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 71
