Газлайтер - Григорий Володин

Лена и Камила устраиваются рядом со мной на татами. Лакомка тем временем довольно ерзает у меня на коленях упругой попой, устраиваясь поудобнее.

— И всё же, Даня, что нам делать с Гвиневрой? — спрашивает Лена, слегка хмурясь. — Она ведет себя так, будто она теперь с нами.

Хорошо, что сейчас рядом нет Светки. Имя Гвиневры действует на неё как красная тряпка на быка.

— Пусть пока побудет в статусе внештатного специалиста, — спокойно отвечаю я, перебирая пальцами золотые локоны альвы. — Её знания в медицине слишком уникальны, чтобы ими разбрасываться.

Камила тут же подхватывает тему, пытливо заглядывая мне в глаза:

— Значит, ты ей совсем не доверяешь?

— А с чего ей вообще доверять⁈ — дверь распахивается, и в комнату влетает Света, легкая на помине. Видимо, её интуиция на Целительницу сработала даже через две стены. — Она же классическая перебежчица! Сегодня она лечит нас, а завтра снова наденет балахон Организатора!

Я смотрю на её пылающие щеки. Сейчас идеальный момент, чтобы перекинуть ответственность. Усмешка сама собой лезет на лицо.

— Раз ты так в этом уверена, Светлана Дмитриевна, то именно ты теперь за леди Гвиневру и отвечаешь. Назначаю тебя её личным куратором.

Света осекается на полуслове. Её глаза округляются, а гневная тирада застревает в горле.

— Я?.. Ты это сейчас серьезно, Даня?

— Абсолютно, — я смеюсь одними лишь глазами, наблюдая, как она отчаянно пытается найти причину для отказа. — Ты ведь ей не доверяешь больше всех, верно? Вот и присмотри за ней. Лучшего надсмотрщика мне не найти. Согласна? А заодно поможешь освоиться в Багровом дворце.

Света только хлопает ртом, осознавая, что её же собственная подозрительность загнала её в ловушку. Телепата не обхитрить. Проглотив возражения, бывшая Соколова лишь обиженно поджимает губы.

— Кого-нибудь тебе оставить? — спрашивает Лакомка, почуяв, что беседа и мои калибровки на сегодня окончены.

— Кто там следующий в очереди? — со скукой спрашиваю я.

— Лена, — альва кивает на шатенку и с явным сожалением поднимается с моих колен. — Пойдемте, девочки, не будем мешать королю отдыхать.

Дверь захлопывается, оставляя нас вдвоем. Лена выглядит такой свежей и душистой, что я совсем не против устроить небольшую тренировку на татами. Однако, когда я притягиваю её к себе, все мои движения становятся предельно осторожными и бережными.

Причина очевидна — моя самая первая девушка в положении. Я понял это не сразу: на этот раз Астрал не содрогнулся в мощном резонансе, как это было при зачатии Данилы Даниловича. А значит, наш с Леной ребенок не будет обладать такой разрушительной мощью, что, честно говоря, к лучшему. Хватит с этого мироздания неугомонного Олежека и Данилы Даниловича. Третьего «стихийного бедствия» реальность может просто не пережить. У Лены будет дочка, тихая и спокойная, и сейчас моя главная задача — обеспечить ей мир, в котором она сможет счастливо расти.

Когда Лена, довольная и умиротворенная, засыпает прямо на татами, я набрасываю халат и, выключив свет, направляюсь в кабинет. Там меня уже ждет Маша. Она одета в облегающие треники и короткий топик — видимо, только что закончила тренировку. На коже еще поблескивает легкая испарина, а дыхание чуть сбито.

— Даня, пришел доклад от Оли, — произносит брюнетка.

— От Ольги Валерьевны? — машинально уточняю я.

Маша звонко смеется, прислонившись к косяку:

— Как официально ты называешь собственную невесту, Ваше Величество!

— Просто проявляю уважение, — немного смущаюсь. И правда, чего это я? Привычка — вторая натура.

— Оля сообщила, что процесс твоего признания официальным Консулом идет полным ходом, — продолжает брюнетка. — Она сейчас буквально живет на переговорах, продолжая дожимать монархов.

Я задумываюсь. Ольга — моя невеста, и её преданность делу восхищает, но нам нужно ускоряться. Во-первых, пришло время сделать ей официальное предложение. А во-вторых — нельзя затягивать со свадьбой. Официальный брак превратит великую княжну в мою полноправную соправительницу, дав ей юридические рычаги и полномочия, чтобы выступать от моего имени на любом уровне.

— Позвонишь ей? — спрашивает Маша, направляясь к выходу. — Она как раз закончила встречу и сейчас свободна. Если, конечно, ты не слишком устал после «тренировки» с Леной, — брюнетка подмигивает.

— Силы найдутся, не переживай, — я звонко шлепаю её по филейной части. Брюнетка со смехом подпрыгивает на месте, бросает на меня многозначительный взгляд и, виляя бедрами, скрывается за дверью.

Намек же понят. Я активирую связь-артефакт. Разговор с Олей проходит тепло, в её голосе слышится искренняя радость. Вскользь я упоминаю, что наш Золотой Дракон немного приболел. Оля тут же обеспокоенно засыпает меня вопросами о своем любимом летуне. Мне приходится потратить добрых десять минут, чтобы успокоить её и заверить, что это лишь временная слабость из-за «неправильной диеты», и лучший Целитель самой Организации уже взял ситуацию под контроль.

Как только связь прерывается, я вызываю к себе лорда-дроу Зара и Ледзора.

— Для вас есть работа, лорды, — произношу я, откидываясь в кресле.

Зар скептически косится на Одиннадцатипалого, приподняв тонкую бровь:

— Ты тоже теперь лорд?

— А то, хо-хо! — Ледзор довольно ухмыляется. — А еще я официально барон Российского Царства, лорд Золотого Полдня, лорд Багровых Земель и старший дружинник Тавиринии.

Титулов я Одиннадцатипалому отсыпал щедро — так действительно проще вести дела с представителями разных миров, когда у твоего доверенного лица за спиной целый список регалий. Ну а значок дружинника… Это отдельная история. Его Ледзору вручил Великогорыч, когда они вместе бухали.

— Отправляйтесь в Мир Падальщиков вместе с турбо-пупсом… то есть, кхм, лордом Лианом, — отдаю я приказ.

— С Организатором? — Зар недовольно кривит губы, явно не в восторге от такой компании.

— Именно. Только у Организации сейчас есть ключи доступа в этот закрытый мир. Кубок Перелива сработал там как катализатор, сформировав целые легионы тварей из накопленной боли излеченных. Ваша задача проста: оцените масштаб катастрофы и доложите, насколько там всё плохо. В бой без приказа не лезть.

— Хрусть да треск, сделаем в лучшем виде! — басит Ледзор, хлопая по рукояти топора.

Когда лорды расходятся, я замираю в кресле, пытаясь выбрать одну из тысячи горящих задач. Но выбор решается сам собой. Красивая вальяжно заваливается прямо на ковер в образе огромной, грациозной