Славик, наш будущий Провидец, врать не станет. А династические союзы — лучший способ намертво привязать сильных вассалов к Роду. Тут все средства хороши.
Хотелось бы уже со всех ног бежать к сыну, но безопасность рода превыше всего. Первым делом я переместился во внутренний двор Багрового дворца. Нужно было хоть краем глаза взглянуть на Астральные Карманы.
Оказавшись у западной стены возле башни под названием Капкан, я проследил за всей цепью Карманов. После создания Астрала-2 Карманы сами перенастроились на новый источник и теперь жадно черпали энергию оттуда. К старому Океану Душ возврата нет. Со временем без калибровки они бы истончились и развеялись, но я вернулся, и теперь этого не допущу.
— Дорогой! — из марева ближайшего Кармана выпорхнула гибкая фигура.
Шельма — высокая, опасно-горячая брюнетка в одном лишь кожаном лифе и облегающих штанах — с разбегу запрыгивает на меня, обвив руками и ногами, словно коала дерево.
— Слава Астралу! — жарко выдыхает она мне в шею.
— То есть мне? — усмехаюсь я, намеренно отклоняясь назад и дразня демонессу.
— Конечно, тебе! Кому же еще! — она всё же ловит мои губы коротким, властным поцелуем, а затем пытается увлечь за собой, в густую тень садовых кустов.
Я мягко, но непоколебимо удерживаю её на месте:
— Позже, избранница. Сначала я должен увидеть сыновей.
— Да, конечно… — Шельма нехотя разжимает объятия, но продолжает льнуть ко мне всем телом, будто проверяя, не иллюзия ли я. — Знаешь, я так боялась! Думала, Карманы схлопнутся, когда Астрал начал меняться. Без твоей калибровки от них бы за годы ничего не осталось… Слава тебе, что ты вернулся!
— Кстати, о Карманах, — я заглянул в её потемневшие глаза. — Легионеров, которых я оставил тебе, скоро материализую навсегда. Они заслужили право на жизнь. Тем более что это солнечники Эльдорадо, они не преступники и достойны второго шанса.
— Хм, а кто тогда будет охранять Карманы вместо них? — Шельма удивленно округляет глаза.
— У меня ещё в Океане Душ возникла одна идея, — я перехватываю Демонессу за талию, и мы ментально переносимся в мой Бастион.
Сам замок пуст, но в его бесконечных каменных лабиринтах кипит жизнь. Из укрытия в стене мы наблюдаем, как по коридорам мечутся, рыча и скрежеща когтями, Демоны всех мастей.
— Ты добавил Демонов в Легион, дорогой? — Шельма замирает, опешив от этого буйства первобытной силы.
— Да. Раньше это было невозможно, но я… немного поднатаскался в управлении астральной энергией.
— Немного? Пф-ф! — Шельма зябко передергивает плечами. — От тебя веет такой мощью, что у меня колени почти подкашиваются.
Я, правда, вижу, как у моей Демонессы мелко и часто дрожат бедра. Шельма всегда была невероятно чувствительна к ментальным колебаниям, а сейчас, когда я вернулся с силой, способной перекраивать миры, её инстинкты буквально вопят о близости высшего хищника. Моя мощь давит на неё физически, заставляя мышцы непроизвольно сокращаться. Чтобы не доводить её до обморока, я сознательно притупляю свои эманации, убирая лишнее давление. Шельма тут же шумно, с надрывом выдыхает, словно с её груди только что сняли гранитную плиту.
— Мы еще придумаем, как окончательно приручить этих Демонюг, — я коротким кивком указываю на беснующихся внизу «астралососов», чьи когти высекают искры из камня Бастиона. — Вбить им в головы подчинение грубой силой я могу в любой момент, это не проблема. Но я хочу большего — закрепить в них устойчивые поведенческие паттерны, чтобы они служили роду не из страха, а на уровне базовых рефлексов.
— Звучит чертовски интересно, — Шельма хищно оскаливается, обнажая острые клыки, и я чувствую, как её первоначальный испуг быстро сменяется азартным возбуждением.
— Когда мы доведем эту работу до конца, — я внимательно смотрю Демонессе прямо в глаза, — я отвяжу тебя от Карманов. Ты станешь первой в мире полноценной живой Демонессой.
— Ты имеешь в виду… полную материализацию без привязки к конкретному месту? — голос её слегка дрожит от неверия.
— Ты и так больше не привязана жестко к Багровому дворцу, Шельма, неужели ты до сих пор этого не осознала? — я позволяю себе снисходительную улыбку.
— Что⁈ Когда ты убрал поводок⁈ — хлопает она глазами, застыв.
— Только что. А вообще сейчас я говорю о большем. Возможно, ты когда-нибудь хотела бы иметь своих детей…
В этот момент она замирает, глядя на меня совершенно неверящим, ошарашенным взглядом. Пухлые губы непроизвольно приоткрываются, а в глазах вспыхивает такая гамма эмоций, которую сложно описать словами.
— Дорогой… ты правда… ты правда готов это сделать для меня? — шепчет она, боясь спугнуть видение.
— Детей, рожденных от бывшей Демонессы, у меня еще не было, — усмехаюсь я, пожимая плечами. — А в этой жизни, как ты знаешь, я привык пробовать всё.
— Дорогой! — Шельма снова срывается с места и прыгает на шею. От мощного выброса её сексуальной и ментальной энергии даже Демоны в нижних ярусах лабиринта начинают беспокойно ворочаться и глухо рычать.
С огромным трудом мне удается утихомирить разошедшуюся Демонессу. Ограничившись парой долгих, обжигающих поцелуев, которые ни за что не могли заставить меня забыть о сыне, я возвращаю наши разумы из ментальной проекции в реальность. Оставив Шельму приходить в себя, я телепортируюсь на верхние этажи дворца — время семейных встреч наконец пришло.
Я бесшумно возникаю за спиной Ольги Валерьевны и мягко опускаю ладони ей на плечи, притягивая к себе. Бывшая княжна Гривова вздрагивает от неожиданности, но тут же расслабляется, узнав.
— Даня! — она стремительно разворачивается в моих объятиях, на мгновение прижимаясь щекой к груди, но тут же с видимым усилием отстраняется, заглядывая мне в глаза. — Наконец-то ты здесь! Но не трать время на меня, немедленно иди к Камиле! Она места себе не находит, ждет тебя каждую секунду!
— И дождется, — я позволяю себе короткую полуулыбку и неспешным движением провожу пальцем по её щеке, убирая выбивавшуюся из прически непослушную прядь волос. — Одна минута ничего не решит. А где Маша с Леной и Гвиневрой?
— Лена с Машей совсем выбились из сил, бедняжки. Они только-только уснули у себя в комнатах, — Ольга устало поправляет платье. — Они ведь всю ночь напролет провели рядом с Камилой, поддерживали её как могли. А что касается Гвиневры…
— Она никогда не оставит свою «сестру»-роженицу без присмотра, — раздается от
