– А если не тот?
– Тогда будем искать другого. Я знаю, где находится относительно постоянный вход в Комнаты, которым пользуются сектанты. Твое боевое задание – привести туда Генри. Скажешь ему, что тебе известно место, из которого можно попасть в любое помещение на Парке, такого человека это должно зацепить. И держись подальше от Лагаймов. Беспринципные люди, с ними связаны всякие очень нехорошие вещи, – она снова многозначительно прищурилась. – Твоя знакомая напрасно им доверяет, это может закончиться плохо.
– Их семейный телохранитель считает себя собакой, – мстительно сообщил Морис.
Анджела в ответ презрительно хмыкнула.
В общем, они поняли друг друга. Стоило с самого начала все ей рассказать. Шоколадная Анджела оказалась сведущим человеком, ничего не стала выбалтывать Макаронине и одолжила денег на Фата-Моргану, для встречи с киллером в импозантной обстановке. До этого Морис был в знаменитом ресторане всего один раза, и то копил несколько месяцев.
Генри запаздывал. Пока его нет, можно не спеша пить коктейли и дегустировать деликатесы. Глаза разбегались, Морис заказал всего понемножку. Вот только что он скажет Шоколадке, если киллер так и не появится?.. Ну, он же не виноват, что встреча не состоялась, поскольку не отвечает за Генри – это с точки зрения здравого смысла. Однако у Шоколадной Анджелы логика довольно-таки своеобразная, особенно если речь заходит об ответственности.
«Расшибись в лепешку, но сделай то, что велено. А если не сделаешь, хотя бы расшибись!» – примерно так можно изложить ее позицию.
Вдобавок она очень любит наказывать, ее прозвали в Новогодней Службе Сержантом не за просто так.
Зато она выслушала Мориса, отнеслась к его бредовой истории серьезно. Протянула руку помощи. За это можно многое простить – и сержантский тон, и застарелый запах пота от блузки с грязным воротничком, и отжимания перед строем.
Но лучше бы киллер все-таки пришел, а то ведь она спросит, на что Морис потратил ее деньги, если встреча не состоялась?
На незийский пряный коктейль «Марадига», на маринованные вапаны с Кесола, всего-то несколько штук на дне вазочки (эти вапаны ему, кстати, совсем не понравились), на кусочек шиайтианской рыбки н’вароси в знаменитом двуцветном соусе… Морис подозревал, что после такого отчета Анджела рассвирепеет.
Допив «Марадигу», он решил, что чему быть, того не миновать, и надо наслаждаться моментом, не забивая себе голову моделированием и бесконечным проигрыванием предстоящего объяснения.
Вокруг плещется музыка и бушует цветовая феерия, соседи справа и слева рассматривают в бинокли девушку, одиноко сидящую в центре зала, и спорят – настоящая она или нет.
Морис тоже отметил серебристую фигурку за маленьким столиком на ярко освещенной площадке. Возбужденные реплики в конце концов его заинтриговали, он поднял и навел на нее бинокль.
Может, виноват был незийский коктейль, только и дожидавшийся момента, чтобы проявить свою коварную сущность, но Морис был ошеломлен так, словно небосвод содрогнулся и Млечный Путь сверкающей снежной лавиной обрушился ему на голову.
В первый момент показалось, что это сама Вероника Ло снизошла на землю с блистающих небес! Потом присмотрелся и понял – не Вероника, но тип внешности тот же, и по красоте она не уступает Веронике Ло.
Вот интересно: живая это девушка или прекрасная кукла – робот, созданный дизайнерами «Иллюзориума»?
На ней было струящееся серебристое кимоно, перехваченное в талии поясом под змеиную кожу, и высокие серебряные сапожки на шпильках. Черные волосы убраны в строгую прическу, в ушах покачиваются бриллиантовые серьги. Фарфорово-белая кожа. Огромные глаза с грозовой темно-синей радужкой осенены длинными загнутыми ресницами.
Черты прелестного лица настолько тонки и совершенны, что она просто не может быть настоящей! И то, что весь зал ее беззастенчиво рассматривает, а ей нипочем, она спокойно ест мороженое и выглядит расслабленной, уверенной, немного задумчивой – тоже неправдоподобно.
«Робот, – решил Морис. – Но какой потрясающий робот…»
Он не сразу обратил внимание на то, что кто-то, остановившись рядом, зовет его по имени, да потом еще слегка удивился: что этому длинноволосому пижону с резковатыми чертами худощавого интеллигентного лица от него понадобилось?
Хорошо, вовремя спохватился: киллер прибыл, как договаривались. Сам же битых полчаса упрашивал его встретиться в Фата-Моргане, «чтобы обсудить кое-что интересное», а Генри, видимо, не ждал от Мориса выгодного заказа, потому что ссылался на насыщенную программу осмотра достопримечательностей, но в конце концов уступил.
– Да-да, привет, присаживайтесь, – все еще находясь под впечатлением этой неправдоподобной, чарующей красоты, предложил Морис.
Генри уселся напротив, глядя на него с ироническим, но в общем-то вежливым ожиданием.
– Я бы хотел извиниться перед Лианой Лагайм и Марсией, – Морис покривил душой, но ему нужна была отправная точка для разговора, а кроме того, если Генри – их друг, конфликт стоит замять ради дальнейшего сотрудничества. – Жалко, что я так расстроил девочку. Передайте, пожалуйста, что я сожалею.
– Хорошо, передам.
– Что-нибудь выпить не хотите? Я угощаю…
– Благодарю вас, – небрежно бросил Генри, протянул руку с длинными зеркально-фиолетовыми ногтями к настольному терминалу и заказал чашку кофе.
«Не принимает угощение от кого попало, знает себе цену!» – восхищенно отметил Морис и перешел к главному, торопясь все выложить, пока хорошо воспитанный киллер не допил свой кофе и не ушел.
Проходя подготовку в Новогодней Службе, он краем уха слышал о заброшенной лыжной базе, которая когда-то находилась в их ведении, но ее давно закрыли и законсервировали. Говорят, там есть такие странные двери, через которые можно войти в любое другое помещение на Земле-Парк, надо только хорошо его себе представлять. Звучит, как сказка, но дыма без огня не бывает, и что-то необычное там, скорее всего, действительно есть – типа экспериментальная гиперпространственная установка для доставки рождественских подарков от Санта-Клауса, но потом от этой идеи отказались, потому что могут воспользоваться преступники. Он нашел в старом шкафу в подсобке план той базы. Кто-то вычертил на листе бумаги от руки, но грамотно и детально, со всеми пояснительными надписями. Вот бы съездить туда и посмотреть, но ему нужна компания. Решил позвать Генри с Дигной, если те не против (Анджела сама предложила, кроме киллера, захватить еще Дигну и Бланку – «пусть вас будет четверо, на всякий случай»).
Судя по блеску в глазах, Генри на приманку клюнул. Дигна в разговоре с Софьей утверждала, что ему на Парке заказали кого-то хорошо охраняемого, но он до сих пор не выполнил заказ, потому что никак не может до клиента добраться – если так, двери, которые ведут, куда пожелаешь, будут для него в самый раз!
– Интересно… – он усмехнулся с оттенком скепсиса. – Почему бы и не посмотреть?
Чашка у него в руке медленно меняла цвет с коричневого на бордовый.
– Об этой базе все давно забыли, – добавил Морис. – Не пустить нас туда никто не сможет. Если там вдруг окажется какая-нибудь охранная сигнализация, мы извинимся, скажем, что ничего не знали, и просто покатаемся на лыжах.
Генри кивнул, поставил чашку на теперь уже сиреневую столешницу и рассеянно оглядел зал, но вдруг заинтересованно приподнял брови:
– О, Лейла здесь! Пойду, раскланяюсь…
– Потом еще на два слова! – попросил Морис, когда он встал. – С этим делом лучше не откладывать, а то чем ближе Новый год, тем больше нас гоняют!
Киллер прошел сквозь голограмму, которая изображала танцующие цветы, исчез за массой извивающихся под музыку стеблей и пышных бутонов. Морису подумалось, что у женщины, с которой он хочет раскланяться, имя забавное, как перезвон колокольчика: Лей-ла. Несерьезное имя. Совсем не то, что Клеопатра или Вероника.
– Ну все, ты пропал, – сказали у него за спиной.
Морис выпрямился в кресле. Мышцы спины болезненно напряглись, и в то же время он подумал, что эти слова не обязательно относятся к нему.
– Жертвоприношение состоится на следующей неделе, – негромко произнес тот же голос.
Вот теперь он обернулся. Выждав несколько секунд, медленно, как будто осматривался просто так.
Обычная для Фата-Морганы легкомысленная публика… Но кто-то же это сказал! В проходе между столиками колыхалась голограмма, изображающая темно-красные, оранжевые и фиолетовые заросли актиний, облепивших коралловый риф. Тот, кто угрожал, может прятаться за ней.
Морис окинул отчаянным взглядом зал, теперь уже в поисках Генри, потому что больше не к кому обратиться, больше никто не станет его слушать… А когда, наконец, увидел, кого искал, в первый момент был так поражен, что и Комнаты, и сектанты с их жертвоприношением, и Шоколадная Анджела с ее хитроумным планом вылетели у него из головы. Киллер с Земли разговаривал с той самой девушкой в серебристом кимоно!
